Призрак под толщей вод - Эмилия Джей

И Эсмира чувствовала, что её вот-вот затянет в пучину этой власти, нравилось ей это или нет.

Когда их с Дрэвином повели в зал, он наклонился к ней и прошептал:

— Нам нужно выбраться отсюда живыми, а нас здесь изрядно превосходят числом. Так что сделай мне одолжение, Пожар… — он запнулся, и её сердце тяжело забилось от этого прозвища. — И постарайся никого сегодня не убить.

Она метнула в него косой взгляд, а её губы изогнулись в ухмылке:

— Ничего не обещаю.

— Вот это сирена, которую я знаю. Страх тебе не к лицу, любовь моя, — он подмигнул, и приятное тепло разлилось у неё в животе.

— А вот и они! — голос Сирены прорезал воздух, вырывая Эсмиру из оцепенения. — Эсмира, Дрэвин, пожалуйста, не хотите ли присесть? — её улыбка так и лучилась радостью.

Сирена сидела во главе стола с золотой короной на голове, украшенной морскими ракушками, мерцающим жемчугом и драгоценными камнями, и указывала на два свободных места по правую и левую руку от себя.

Члены совета восседали на своих местах, облаченные в кремовые мантии. Их лица оставались бесстрастными; они молча разглядывали Эсмиру и Дрэвина, точно неведомых зверушек в позолоченной клетке.

С неохотой Эсмира скользнула на стул по левую руку от сестры, бросив быстрый взгляд на Дрэвина, который расположился напротив. Она отвела от него глаза, едва ощутив всю тяжесть его ответного взора.

Голос королевы нарушил невыносимую тишину:

— Добро пожаловать. И теперь, когда наши гости прибыли, да начнется пир!

Стоило ей произнести эти слова, как двери со всех сторон зала распахнулись, и в помещение плавной походкой вошли служанки и лакеи с накрытыми подносами в руках. Когда они расставили их вразнобой по всему длинному столу, причудливые крышки были сняты, открывая взору всевозможные яства — салат из ламинарии, устрицы, ризотто с морской травой и еще около десятка блюд, которых Эсмира никогда в жизни не видела, из-за чего она невольно сморщила нос.

Эсмира потянулась было за ложкой, но Брайар за её спиной испуганно ахнула, после чего сама перехватила прибор и принялась накладывать еду ей в тарелку, отчего у Эсмиры закипела кровь.

Оглянувшись через плечо, она произнесла:

— Брайар, в этом нет необходимости. Я более чем способна сделать это сама.

Однако горничная проигнорировала её слова; взгляд её глаз безмолвно умолял Эсмиру просто со всем этим смириться.

Она повернулась обратно к Дрэвину — тот, нахмурив брови, ковырял вилкой какое-то подобие щупальца. Когда он поднял на неё глаза, им обоим пришлось приложить усилия, чтобы сдержать смех. Он поднес руку к лицу, делая вид, будто почесывает бороду, чтобы прикрыть рот, прежде чем кто-то успеет заметить его ухмылку.

Эсмира заерзала на стуле, её колено под столом мелко подрагивало.

Сирена повернулась к ней:

— Эсмира, нам всем очень любопытно узнать, как именно вы оба нашли дорогу в Мэринис. И как вам вообще удалось выжить.

Последняя часть вопроса прозвучала многозначительно: королева на мгновение мазнула по ней взглядом, после чего перевела его на Дрэвина. Эсмира почувствовала, как внимание совета обострилось, их взоры внезапно стали более пристальными. Их интересовал отнюдь не пустой обмен любезностями — им нужны были ответы.

Дрэвин откинулся на спинку стула, оставаясь спокойным и собранным, как и всегда, — очевидно, подобные приемы были ему не в новинку, в то время как Эсмира чувствовала себя совершенно не в своей тарелке.

— Наши пути пересеклись при… менее чем идеальных обстоятельствах, — начал он гладко, словно рассказывал обыденную историю.

Один из членов совета, пожилой мужчина с волосами цвета соли с перцем, подался вперед:

— И что же это за обстоятельства?

Именно тогда, в то самое мгновение, Эсмира решила сохранить в тайне всё, что только возможно. По крайней мере, на данный момент. Они не знали этих людей и находились в заточении в чужом мире, на мили под толщей воды. Ей хотелось получше узнать ту, что звала её «сестрой», но её желание вернуться на поверхность было куда сильнее.

— Ну же? — вмешался другой мужчина, когда ни один из них не ответил достаточно быстро.

Дрэвин наблюдал за ней, выжидая с ответом, словно чувствуя, что что-то идет не так.

Под его пристальным взглядом Эсмира прикусила нижнюю губу, сдерживая порыв выдать какую-нибудь колкость, но понимала, что не может позволить себе безрассудство. Вместо этого она заставила себя встретиться лицом к лицу с выжидающими взглядами совета.

— Кораблекрушение, — отрезала она сухо. — Его судно затонуло неподалеку от небольшого островка, и я спасла его от неминуемой гибели.

По столу прошел гул интереса, члены совета обменялись взглядами. Выражение лица Сирены не изменилось, хотя Эсмира видела, что та взвешивает её слова, и гадала, сумела ли королева распознать ложь.

Взгляд Дрэвина буквально выжигал дыру на её щеке. Они не обсуждали никакой план — у них попросту не было времени. И теперь им придется подыгрывать всему, что будет сказано здесь и сейчас.

— И почему же ты бороздил столь южные воды, Дрэвин? — спросила Сирена.

Его глаза ни на мгновение не отрывались от Эсмиры.

— Был всего лишь матросом на торговом судне, исследовал новые акватории, только и всего, — ответил он. — Попал в течение.

— И что же ты рассчитывал отыскать в водах, которые оставались неизведанными на протяжении сотен лет? — бросила ему вызов Сирена.

Он слегка склонил голову набок, симулируя полное равнодушие.

— Скажем так, у меня были причины полагать, что в этих водах действуют силы, способные изменить баланс власти, — его глаза словно впитывали в себя Эсмиру. — И, как вы понимаете, определенные люди заинтересованы в том, чтобы держать подобные силы под контролем.

Сирена тихонько фыркнула.

— Думаю, ты имеешь в виду, что был пиратом, жаждущим наживы и затерянного золота.

Он ответил ей мимолетной ухмылкой — из разряда «вы не так уж неправы», — но поправлять её не стал.

— Власть, баланс, стабильность — всё это относительно, не так ли?

Губы Эсмиры приоткрылись при этих словах; она понимала, что он с тем же успехом мог бы снять их прямо с её языка.

Взгляд королевы задержался на нем еще какое-то мгновение, прежде чем она повернулась к Эсмире.

— И ты тоже постоянно обитаешь в этих южных водах, сестра?

На этот раз она не видела причин лгать.

— Нет, вообще-то нет.

— И зачем же ты оказалась поблизости? — вопрос застал Эсмиру врасплох: складывалось ощущение, что всё это превращается скорее в судебный допрос, нежели в ужин среди королевского двора.

Она отложила вилку.

— Прошу прощения, но какое это имеет