Друг отца. Под кожей греха - Anna

В один из дней приехал Синклер.

Без предупреждения появился на пороге, вошёл в дом и, не церемонясь, направился прямиком в мой кабинет.

Он медленно оглядел комнату, бутылки на полу, а потом остановил взгляд на мне.

— Ты выглядишь дерьмово.

Я налил себе ещё виски.

— Очень ценный комментарий.

Он сел напротив.

— Кроуфорд, хватит.

Я не ответил.

Он некоторое время просто смотрел на меня, потом провёл ладонью по лицу.

— Послушай… мне жаль. Правда. Но это её выбор. Ты не можешь заставить Стейси вернуться.

Я сделал глоток.

— Спасибо за философию.

— Тебе нужно принять это и жить дальше. Ты ведь жил без неё раньше.

Я поставил стакан так резко, что виски выплеснулся через край.

— Вон.

Синклер нахмурился.

— Кроуфорд.

— Я сказал, вон.

Несколько секунд он смотрел на меня так, словно пытался решить, стоит ли продолжать.

Потом поднялся.

— Ладно. Но ты ведёшь себя, как идиот.

— Дверь знаешь где.

Он ушёл.

С тех пор дом снова погрузился в тишину.

Я налил ещё виски и откинулся в кресле.

Перед глазами всплывали обрывки воспоминаний. Её смех на кухне. То, как она закатывала глаза, когда я начинал читать ей нотации. Как засыпала на диване, поджав ноги.

Чёрт.

Я провёл ладонью по лицу.

Щетина давно превратилась в полноценную бороду. Раньше Стейси обязательно бы что-нибудь сказала по этому поводу.

Скорее всего, что я выгляжу, как бездомный.

Я потянулся к телефону и снова набрал её номер. Опять — холодный, механический голос автоответчика.

— Стейси… — выдохнул я. — Просто… вернись.

Тишина.

Я отключил вызов, бросил телефон на стол и откинулся в кресле. Глаза закрылись сами собой.

—— ✤ ——

Разбудил меня звонок в дверь. Я наклонился к монитору и, открыв трансляцию видеонаблюдения, увидел Синклера и Зои. Через систему умного дома можно было говорить с улицы. Нажав на кнопку, сказал:

— Идите к чёрту.

Синклер поднял голову, посмотрел прямо в камеру.

— Адриан.

Я уже собирался отключить звук, когда он добавил:

— Зои считает, что тебе стоит кое-что узнать о Стейси.

Я сразу разблокировал дверь, и уже через минуту они переступили порог кабинета.

— Боже… — Зои скривилась, — ты и правда выглядишь отвратительно.

Я откинулся в кресле.

— Ты пришла только для того, чтобы сообщить мне это?

Она скрестила руки.

— Нет. Я пришла, чтобы моя дочь не повторила моих ошибок.

Я нахмурился.

— О чём ты?

Зои посмотрела прямо на меня.

— Стейси беременна.

В комнате воцарилась тишина.

Беременна.

Мысль медленно пробивалась сквозь туман в голове.

— Что?

Зои не отвела взгляд.

— Она ждёт ребёнка.

— Этого… не может быть.

Голос прозвучал хрипло.

— Кристофер… это твой великий план? Решил так меня «в чувства» привести? Честно… не впечатляет. Но спасибо за старания. А теперь — проваливайте.

Синклер тяжело вздохнул, шагнул вперёд и посмотрел на меня так, что я замер. Никогда не думал, что он способен на такой взгляд.

— Кроуфорд. Ты должен поехать и вернуть её.

— Нет.

Он нахмурился.

— Что значит нет?

— Это был её выбор. Она решила уйти — пусть так и будет.

Зои резко шагнула вперёд.

— Кроуфорд, ты с ума сошёл?

Я сжал пальцы в кулак.

— Ничего не изменится, если я приеду и буду умолять её вернуться. Это бесполезно.

Синклер ударил ладонью по столу.

— Ты, чёрт возьми, должен взять ответственность! Она носит твоего ребёнка!

Я промолчал, все ещё не веря услышанному.

— Быстро поднял свою задницу! — сорвалась Зои.

Я вздрогнул от неожиданности, а Синклер предусмотрительно сделал шаг в сторону.

— Сейчас же забронировал ближайший билет на самолёт! — продолжала она. — И чтобы завтра Стейси была в этом доме!

Зои ткнула в меня пальцем.

— И ты признаешься Стиву во всём. Попросишь руки моей дочери и докажешь, что вообще её достоин!

Синклер вдруг замер, глядя на экран камер наблюдения.

— Вообще-то… — протянул он. — Тебе даже лететь никуда не нужно.

Я нахмурился.

— Что?

Он кивнул на монитор.

— Стив уже здесь.

Я повернулся к экрану.

У входной двери стоял Стивен. Через секунду раздался звонок. Молча нажав кнопку, я поспешно спустился вниз.

Стивен уже ждал в холле.

Мы остановились друг напротив друга.

По выражению его лица сразу стало ясно: разговор будет коротким.

И вряд ли спокойным.

Он не сказал ни слова. Просто шагнул ближе — и в следующую секунду его кулак врезался мне прямо в челюсть.

Стивен

Я начал догадываться, что между моей дочерью и моим лучшим — мать его — другом что-то есть, как только прилетел к ним в Нью-Йорк.

Сначала это было просто ощущение. То самое неприятное, зудящее чувство на краю сознания, когда вроде бы всё нормально, но какая-то мелочь всё равно не даёт покоя.

Подозрения появились во время ужина в ресторане. Вроде бы ничего особенного: обычный вечер, разговоры, смех, вино. Но я не мог не заметить, как Стейси искренне смеялась над шутками Адриана и внимательно слушала каждое его слово. А он, в свою очередь, невзначай касался её руки всякий раз, когда мог.

Окончательно всё стало ясно во время отдыха на берегу озера.

Мы тогда сидели у воды. Солнце уже клонилось к горизонту, воздух пах соснами и влажной травой. Я наблюдал за ними со стороны и в какой-то момент поймал себя на мысли, что всё настолько очевидно, что даже смешно.

Они влюблены.

Мои первые мысли… скажем прямо, не отличались дипломатичностью.

Я собирался разбить Кроуфорду лицо прямо там. Без разговоров. Без объяснений. А потом взять Стейси за руку, посадить в машину и увезти обратно в захолустный родной город, из которого она так отчаянно мечтала сбежать.

Но я не сделал этого.

Не потому, что передумал выбивать из него всё дерьмо — желание никуда не делось. Просто я видел, как она смотрела на него.

Она улыбалась. И впервые за восемнадцать лет эта улыбка была настоящей.

Я не хотел разбивать её сердце.

Так уж вышло, что счастье дочери всегда было для меня важнее собственных принципов.

Поэтому я сделал то, что делают все нормальные отцы в подобной ситуации.

Промолчал.

Хотя, если честно, это было одно из самых сложных решений в моей жизни.

Принятие пришло не сразу.

Оно вообще редко приходит быстро.

Вернувшись домой, я снова и снова задавал себе один и тот же вопрос: почему?

Почему молодая, умная, амбициозная девушка выбрала именно его?

Если честно, Адриан не плохой человек. Более того — я многим ему обязан. Но если смотреть правде в глаза, Кроуфорд всю жизнь был закоренелым бабником.

Когда я отправлял Стейси к нему в Нью-Йорк,