Трансильвания - Оксана Пелевина

– А я уже было подумал, что ты перестаешь видеть во мне своего врага.

– Я вас врагом не считаю. Но и другом не назову. Вы просто человек, с чьим присутствием в своей жизни я вынуждена мириться.

«И тот, кто весь вечер обращается со мной на ты, – заметила девушка. – Интересно, барон сам заметил, как перешел эту грань?»

«Невозможная, – в этот момент думал Эрих. – А я ведь пытался найти к ней подход. Ненадолго мне показалось, что мы чуть было не пришли к согласию. Но она снова взялась за свое. Я начинаю терять надежду на то, что мы с ней сможем существовать в мире. А вместе с надеждой я теряю терпение. И когда его совсем не останется, она пожнет плоды своего упрямства. Ей это не понравится. Зато я получу подлинное наслаждение. Она еще не знает, каким опекуном я могу быть. Я стану для нее самым страшным кошмаром. Возможно, лишь радикальные меры уберегут ее от новых проблем».

Погрузившись в молчание, Каталина и барон больше не пытались вступить в диалог. И спустя несколько мучительно долгих минут, Эрих направился к двери. Но у самого выхода его настиг голос подопечной.

– Как ваши запястья? Быть может, стоит их обработать?

Эта внезапная забота застала Эриха врасплох.

– Не волнуйся об этом. Вскоре все заживет.

– Вы уверены? Не хватало, чтобы вы подцепили здесь какую-нибудь болезнь.

– Тебя беспокоит мое самочувствие? – удивился барон.

– Конечно… – ответила Каталина, слегка смутившись. – Вы ведь должны быть здоровы, чтобы исполнять обязанности опекуна.

– За это можешь не переживать. Я буду.

– Тогда доброй ночи, барон.

– Доброй ночи, Каталина.

Ища подвох в вопросах девушки, Эрих вышел из землянки. Он десятки раз мысленно вернется к этому разговору, чтобы в конце концов понять, что в ту минуту Каталина была искренна в своей заботе.

Глава 15

Лицом к лицу

Из дневника Каталины Эстерхази:

«Все, что происходит со мной последний месяц, до сих пор кажется страшным сном. По ощущениям, еще вчера вместе с отцом мы собирались в театр, а теперь я сижу в холодной землянке в румынской глуши и всерьез задумываюсь о том, как бы выйти на след вампира, убившего папу. А быть может, я просто схожу с ума? Что, если мой разум играет со мной? Вдруг после смерти отца я не справилась и…потеряла рассудок? Нет, пожалуй, тогда не было бы так холодно. Все, что происходит сейчас – реально. И от этой действительности мне уже не убежать…»

День губернатора Хольцера не задался с самого утра. Выходя из дома, он обнаружил, что горничная не начистила его любимые ботинки. Затем, выйдя из дома, вернулся, забыв шляпу. А выходя из автомобиля поскользнулся, едва не упав в лужу. Усаживаясь за рабочий стол в своем кабинете, губернатор уже не ждал от этого дня ничего хорошего. За дверью в приемной, что-то уронив, извинялся перед госпожой Бауэр новый помощник мистера Хольцера. Его прислали из Австрии на замену почившего Петера Эстерхази. Но этот уже немолодой, однако совершенно нерасторопный господин, лишь выводил губернатора из себя.

«Боже, Петер справился бы с этим в два счета», – по сто раз на дню твердил мистер Хольцер.

Ближе к обеду госпожа Бауэр принесла корреспонденцию. Перебирая письмо за письмом, губернатор задержал внимание на слегка помятом конверте. Прочитав имя отправителя, он округлил глаза от удивления.

«Мисс Каталина Эстерхази? – удивился Маркус. – Хм, я слышал, она странствует».

Распираемый любопытством, мистер Хольцер разорвал конверт и достал оттуда письмо. Оно оказалось весьма коротким. Но, пробегая глазами по аккуратным строчкам, губернатор становился все мрачнее и мрачнее. Дойдя до конца, мужчина побагровел. На лбу выступила испарина. Расстегнув дрожащей рукой ворот рубашки, он принялся перечитывать письмо заново, надеясь, что неправильно понял его содержание.

Каталина писала:

«Уважаемый, мистер Маркус Хольцер.

Совершая путешествие по Трансильвании, я раскрыла истинную причину гибели моего отца.

Я заявляю прямо: Петер Эстерхази был убит.

И мне удалось узнать имя его убийцы.

Мистер Хольцер, как только получите это письмо, немедленно выезжайте в Трансильванию.

Я буду ждать вас 29 числа после заката солнца в заброшенном замке Поенарь.

Приходите один.

Утратившая веру в справедливость, искренне ваша, Каталина Эстерхази».

Открыв глаза, Каталина вновь увидела перед собой не потолок своей комнаты, а земляную насыпь.

«Это снова был не сон».

Пытаясь повернуться, она ощутила боль в затекшей спине. Сморщившись, перекатилась на бок и едва не упала на пол. Твердый неровный полог был худшим местом для сна. И за последние дни Каталина жутко измучилась, пытаясь найти способ выспаться. Умывшись в тазу с ледяной водой, заботливо приготовленном Ренатой, Каталина вспомнила, какой сегодня день.

«27-ое число. Значит, после обеда мы покидаем лагерь и отправляемся в замок Поенарь. Кажется, таким был план».

В дверь постучали. Но не успела Каталина ответить, как та распахнулась, и бодрым шагом в землянку вошел Марин.

– Ты должен был подождать за дверью, пока я не позволю войти, – недовольно произнесла Каталина. Наглость охотника не переставала поражать ее. – А вдруг я была не готова принять тебя?

– Можно подумать ты здесь голой расхаживаешь, – усмехнулся Марин и хитро добавил. – Или расхаживаешь?

– Нет, конечно! – возмутилась девушка подобному предположению.

– Так и думал. Я принес кое-что. Это тебе понравится.

Ухмыльнувшись, мужчина положил на деревянный полог светлое летнее платье. Оно выглядело совсем новым.

– Мои люди купили его в Брашове. Тебе нужно будет переодеться во что-то привычное для встречи в замке.

– Какая разница, во что я буду одета?

– Ты не должна спугнуть нашего гостя в первые же минуты. Он не должен заподозрить тебя в связи с охотниками, – объяснил Марин. – Ладно, давай, одевайся и выходи. Мы собираемся у костра, чтобы в последний раз обсудить наш план. Не задерживайся.

Марин вышел из землянки, и Каталина сумела переодеться. Платье, что принес Марин, было намного проще тех, что девушка носила дома. Ткань, фасон – все выдавало ее простоту.

«В любом случае, это лучше, чем те тряпки, в которых я хожу последние дни, – подумала девушка. – Я снова похожа на себя, какое счастье!»

Зеркала в землянке, конечно, не нашлось, но Каталина доверяла своему внутреннему голосу. А он твердил, что выглядит она довольно неплохо. Закончив приводить себя в порядок, девушка направилась к двери.

«Лучше выйду сама, а не то этот мужлан снова заявиться ко мне без спроса».

Открыв дверь, Каталина шагнула