Безумная Ведьма - Элизабет Кэйтр

поживает в не менее чистокровном Оттланде, — хмыкает Видар. Все взгляды устремляются на него. — Что? Вчера мы имели честь очень по-королевски от него сбежать. Война, кстати, до сих пор не вышел на связь.

— Вы вчера попали в бойню?! — Себастьян задыхается от возмущения.

— Ага, а ещё… — Видар поворачивает голову на Паскаля, — …твоя сестрица с разбега сиганула в Альвийский каньон. Я думал, она нас убить хочет.

— Слушай, тебе мало одного седого, охреневающего от твоих выходок, мужчины?! — взгляд Паскаля темнеет. — Ты хочешь, чтобы вся наша семья окрасилась в цвет малварского снега?!

— Ну, у меня от природы примерно такой цвет волос, — пожимает плечами Рави. — Так что – не страшно.

Эсфирь сдерживает непрошенную улыбку на губах.

— Нет, нет и ещё раз нет! Я люблю свой цвет волос! — Изи сверкает раздражением в глазах, поворачиваясь на Эсфирь. — Уясни это!

— Полегче со своей королевой, — хмыкает Видар.

— Моя королева чуть не умудрилась утопить моего короля! — фырчит Изекиль.

— Технически, я больше не король Первой Тэрры.

Тишина и ошалевшие взгляды однозначно спутники не только завтрака, но и в принципе любого мира, где есть Видар и Эсфирь. Паскаль невозмутимо объявляет слуге о том, что ему нужен стакан успокоительного, а лучше бутылка.

Себастьян первым подрывается с места и, разворачиваясь к Первому сердцу Тэрры, преклоняет колено, опуская ладони на пол.

— Он опять знал больше нас? — бурчит Файялл, но повторяет движение генерала.

— Ты шутишь? — Изекиль ещё раз моргает, но поняв, что Видар ухмыляется, а Эсфирь ошарашенно оглядывает происходящее, повторяет за мужчинами.

— Пожалуйста, не нужно этого, — Эффи посылает умоляющий взгляд Видару.

— Меня это тоже жутко бесило. Разбирайся теперь сама, — он невозмутимо отпивает кофе.

Спустя несколько мучительных минут для Эсфирь – Поверенные всё же поднимаются с пола и, кивнув своей королеве, возвращаются к столу.

— Я правильно понимаю, что он теперь консорт Первой Тэрры? — ошарашенно спрашивает Паскаль.

Поверенные молчат, не смея обсуждать выбор своего короля даже перед семьёй, в особенности – перед Эсфирь. Для них её господство оказалось незыблемым и правильным. Земля приняла её. Видар преклонил перед ней колено. Они – тем более. А ещё – все трое поняли: Истинный Король, хотя и консорт родной земли, является единственным законным наследником всей нежити.

— Технически, Кас, я теперь… — самодовольно начинает Видар.

— О, нет-нет-нет, замолчи, пожалуйста! Технически, по-семейному, — быстро тараторит Паскаль.

Видар прячет довольную улыбку за скотской усмешкой. Ему нравилось, что каждый в этом помещении считал их своеобразный кружок по интересам – семьёй. Надо же, а ведь когда-то все они с лёгкостью и небывалым наслаждением могли попереубивать друг друга. Хотя, к чему юлить, они готовы к этому и сейчас. Только теперь бойни станут более очаровательными и привлекательными.

— Я могу вернуться к Тимору? — стервозно выгибает бровь Эсфирь.

— Как мы выявили, он сам постоянно возвращается. Нет нужды, — усмехается Баш, тут же получая по рёбрам от Изекиль.

— Ну-ка, стоп! — Фай резко поворачивает голову на Эффи. — Получается, когда мы все затерялись в людском мире, то в нашем остались маленькая пикси и Тимор?! Один на один?!

— Ну, не считая, моих воронов. Но я им почти сразу отдала приказ защищать Тэрру. До тех пор, пока моя нога вновь туда не ступила, они не имели права вернуться ко мне.

— Это значит, что у ублюдка был доступ к Альвийскому подлиннику? — Фай поворачивается к Видару, но выражение лица короля нечитаемое.

Все факты указывали на то, что доступа у Тимора и Тьмы не было, иначе ни Видар, ни Эсфирь не вернулись бы обратно. Они умерли бы ещё в мире людей. Но… как?

Эффи снимает с безымянного пальца два кольца. Обручальное сразу же возвращает на место, а вот помолвочное… Ведьма несколько раз оглаживает камень, ловко вынимая его, а затем происходит то, отчего все теряют дар речи (наверное, это стоит принимать штатным состоянием). На ладони ведьмы вместо аккуратного изумруда появляется увесистая книга. Видар тут же забирает её, чтобы та случайно не свалилась с тонкой руки.

— Это было вторым, что я сделала, когда очнулась, — Эсфирь слегка улыбается, наблюдая за тем, как во взгляде Видара появляется безумная гордость. — Вот почему я выжгла память. Я не могла допустить, чтобы Тимор всё понял. Тогда мы бы здесь не сидели. Точнее, вы. Он хочет власти. Нашего наследника. Нет, Кас, я не беременна! — закатывает глаза Эсфирь, когда видит выражение лица брата. — Но Тимор изобретателен. Он хочет заставить нас создать ему наследника, чтобы в конечном итоге – стать его регентом, чтобы ребёнок стал марионеткой, потому что как только мы сыграем свою роль – он убьёт Видара.

— А, следовательно, умрёшь и ты, — тихо шепчет Равелия. — Умно. Дьявольски умно.

— Да. Поэтому мы должны их немножечко опередить. И всё, что я прошу у вас – оставить Тимора мне. Это слишком личные счёты.

— Тогда я забираю Тьму, — быстро вставляет Видар.

— Позвольте узнать, а что вы оба хотите с ними сделать? Если их хрен убьёшь? — Паскаль попеременно переводит взгляд с Видара на Эсфирь.

Оба выглядят крайне недовольными друг другом, но определённо замышляющие одно и тоже. Опять. Себастьян покачивает головой из стороны в сторону, а потом думает о том, что пора бы действительно перекрашиваться в пепельного блондина. Заранее. Предупреждён – вооружен. Ну, а что? И будут они отрядом хреновых снежинок. Себастьян закрывает рот ладонью, лишь бы не рассмеяться в неподходящий момент.

— Я полагаю, что цель у нас одна – заполучить их энергии, подавив сущности. Говоря простым языком, поглотить, — усмехается Видар, восхищённо оглядывая жену. Хаос, он думал, что придётся снова действовать за её спиной!

— Это опасно! — Кас снова подскакивает на месте. — Это… это… Эсфирь, нет! Ладно этот придурок, но ты… ты…

— Она тоже далеко не ушла, — довольно улыбается Видар.

— Нет, он ещё и улыбается! — злится Изекиль. — Вы посмотрите на него!

— Эсфирь, ты точно выжгла память, а не мозг?! — вступает Равелия, наблюдая за тем, как её Верховная встаёт за спину Видара.

— Все высказались?