Негодный подарок для наследника. Снежные узы - Мария Вельская

Ли Ссэ тут же умолкла. И вцепилась ему в шею, дёргая чешую.

— Не тяни, — пыхнул ноздрями, — магией держу, не уроню.

Драгхо было запрещено летать над Сяомэнем. Только по личному разрешению императора, которое у Вэйрина Эль-Шао было.

Огромный змей взметнулся в воздух под тихий вопль. И уже там, на границе туч, расправил тонкие лепестки крыльев, поймал восходящий поток воздуха, и устремился вперёд.

Он никогда раньше не носил на себе никого. Но Ли Ссэ не раздражала. Она была частью его самого.

Мысли скользили плавно, медленно, ткалось кружево, сплеталось в узор.

Могло ли быть иначе? Она спросила — увидел бы он ее, не будь уз? Вэйрин Эль-Шао раскрыл пасть, вильнул хвостом, рассекая снежную тучу.

Поймал снежинки. Закусил парой вредных морозных никши — низших пакостников.

Нет. Вряд ли. Не будь уз, они бы вообще никогда не встретились. Скорее всего. Не будь уз — он бы никогда не посмотрел на чужеземку. Вернее, может и обратил бы внимание — больно ярко она сияла, но сблизиться было бы невозможно. Но… Но это уже случилось.

А ведь могло бы и не выйти.

Не будь она такой, какая есть. Искренняя, смелая. Болезненно честная и верная. Будь она иной — и все бы было иначе.

Он бы не приблизил такую женщину к себе. Посадил бы в золотую клетку до конца жизни, обеспечив всем необходимым.

Ли Ссэ наверху что-то завопила — больше от восторга, чем от ужаса.

Змей рванул быстрее, закрутил хвост спиралью, потом вытянулся стрункой.

Связи значат все. Но договорной брак, чаще всего, это путь в пропасть. Вэйрин Эль-Шао это давно понял. Рядом должна быть та, кому ты можешь подставить спину. А не та, кто в нее нанесет удар.

К тому же — практично заметила часть сознания, девчонка здесь сирота. Почти. Лисий папаша не в счёт. Давить на нее со стороны ее родни некому. А со своей родней он уж как-нибудь разберётся…

Вэйрин прижмурился. Некстати в памяти промелькнули воспоминания о последней встречи с матерью…

…Минно-Шао была огорчена. Госпожа была недовольна упрямством сына.

Наверное, поэтому и вызвала его сюда, в модный дом подруги, на нейтральную территорию.

— Ты позоришь нас перед родом Сеи, — тихо молвила, тяжело опустившись в низкое кресло.

Только теперь стало заметно, как мать устала и осунулась. Тащить род — непросто. Но скоро он избавит ее от этой ноши.

— Было сложно договориться с ними снова. Да, они ненадёжные союзники, — горькая складка расчертила высокий лоб, — но нам нужен сейчас хоть такой, самый хрупкий баланс. Вэйрин, — сухие пальцы вцепились в его рукав. Госпожа Минно выглядела почти раздавленной, — в империи заговор давно пустил корни. Это не пустая глупая прихоть. Я только пытаюсь нас спасти. Прошу тебя, прими дары рода Сеи и отправь наши. Поговори со свахой. Не… Я ничего не имею лично против этой чужеземки. Ты знаешь, что для меня дороже всего всегда было твое счастье. Мне было бы безразлично, кто станет наследником императора. Если бы этот самый наследник нас не тронул. Но гарантий… нет. Не теперь. — Горький вздох. — Если тебе так нужна эта девушка…

— Ни слова больше, — он не был зол. Он ждал этого разговора, знал, что мать скажет это. Пусть он и не встал ещё во главе рода, но давно был в курсе всех дел, — я знаю ситуацию. Не оскорбляй Ли Ссэ. Мы связаны с ней, — обронил неохотно, — узами, что выше любых земных. Она связала меня по незнанию. И спасла. Выдернула из ледяного сна. Ты сама ведь уже давно подозревала нечто подобное.

Он уже расспрашивал Ли Ссэ о том, как она попала к нему в спальню. И по уклончивым ответам осознал, что без божественных чар здесь не обошлось. Богиня? Хранители мира?

Мать прижала пальцы к губам. Прекрасное лицо ее превратилось в маску. Наверняка подозревала. Но точно — точно, конечно, знать не могла.

Мать действительно любила его. И ненавидела слово "власть". Игры прежнего императора отняли у нее все, чем она дорожила. Она не желала такой же участи своему сыну. Но быть даже самым младшим принцем — не всегда безопасно.

— Я прекрасно понимаю важность помолвки с Сеи Линг, — жёстко усмехнулся Вэйрин. Широкие рукава одеяния мягко взлетели птицами, — нам необходимо дать понять роду Сеи, что мы их ни в чем не подозреваем, что все ещё рассматриваем как союзников. Я понимаю, почему давит император… Он ведёт свою игру. Я прекрасно знаю, кого он прочил в наследники, когда меня убрали. Это был достойный выбор. Теперь игра продолжается.

Мать вскинулась. Вэйрин качнул головой.

— И я буду тянуть столько, сколько возможно. Если не будет никакого иного выхода — я соглашусь на помолвку, — добавил резко.

Он ничего не сказал о женитьбе. Ему не было жаль Сеи Линг. Он не видел эту женщину своей женой и не собирался давать клятвы перед Небом и Вратами. Клятвы, которые он бы не выполнил.

В крайнем случае… змей внутри оскалился. Да, он сделал бы многое, чтобы сохранить свой род и страну. Долг — превыше всего.

И все же. Он знал одно — женитьба на этой женщине в его планы не входила. Все равно, что змею пригреть. Да и теперь этот вариант был для него закрыт. В любом случае. Безвозвратно.

Когти сжались и разжались. Он просто не мог. И не имел право ставить на кон судьбу лисицы.

И все же Линг — не ее сестра. Она всего лишь очередная пешка.

Пешек безжалостно сметают с доски. Но он не любил воевать с женщинами. Особенно, если это — лишь беспомощная кукла. Если у него будет возможность — он постарается спасти даже эту дуру.

— Я тебя услышала и поняла, Вэйрин, — мать склонила голову, — я вижу, ты действительно увлечен этой девочкой. Я лучше многих понимаю, что в нашем роду эль-драгхо не могут существовать без чувств, на едином голом расчете. Я не могу пока полюбить ту, которую ты выбрал, потому что не знаю ее, но постараюсь принять, — она гордо выпрямилась.

Что же. Он даже не предполагал, что мать так быстро смирится.

Вэйрин на миг замер. Он увлечен? Он желал Ли Ссэ. С тех пор, как она появилась в его жизни, у него не было других женщин. Ему нравилось наблюдать за тем, как она общается с сокурсниками. Как парирует удары. Как отчаянно бьётся над каждой задачей. Как заставляет себя поверить.

И больше всего восхищала