Синь-камень: лекарство от одиночества - Татьяна Снежко

одно место с разных ракурсов и в разное время суток: какой-то валун, озеро и лес. На некоторых – силуэт уходящего в закат мужчины. Здесь было даже бюро – письменный стол с выдвижной доской, а над ним закрытые полки со статуэтками Пушкина и Лермонтова.

Вот черт! Забыла спрятать планшет в ящик. Конечно, так торопилась на это провальное свидание! Быстро слизала с губ остатки огненного шоколада. Пока жуешь, перец чили совершенно не чувствуется, но как только шоколад начинает таять во рту, возникает остро покалывающее язычок и небо послевкусие. А еще шоколад – он как мед. Он то есть, то его сразу нет. Я скомкала обертку, засунула в карман китайского халата неведомо какого цвета и пошла убирать свое рабочее место.

Уложила все в ящик и только хотела резким толчком задвинуть, как какая-то странная сила не дала сделать это. Ой! Неужели я что-то сломала? Только этого мне еще не хватало. Я легонько подергала ящик в стороны. Нет, не хочет. Капитально так застрял.

Проверила руками сверху – ничего не мешает. Заглянула под ящик. О, как интересно! На нем снизу, оказывается, печать с вензелями и буквами. Разобрать сложно, что именно изображено, но я вспомнила, как дедушка-декоратор рассказывал о том, что в старину делали шкафы с двойным дном и ставили там метку. Может быть, и здесь так? Тихонько ощупывая ящик по периметру, я уже представляла себе, что найду царские облигации или тайный дневник какой-нибудь княгини девятнадцатого века. Тайна! Внутри все так и трепетало от предвкушения.

Мгновение – и я нащупала железный гвоздик, надавила, что-то щелкнуло, и дно ящика упало мне в руки. Сверху на крышке лежала обычная общая тетрадь с приклеенной свадебной фотографией. Н-да! Неожиданно. Судя по виду, тетрадь двадцать первого века, а история в ней о любви, которая закончилась свадьбой. Жаль. То есть хорошо, что свадьбой. Но жаль, что это не вековая тайна.

На фотографии – девушка с большими глазами, внешне настоящая невинная малышка, как Настенька из сказки «Морозко». А вот жених – прямо-таки великан двухметровый, настоящий Геракл! А на заднем плане – величественный Исаакиевский собор. Я устроилась в кресле и открыла первую страницу. Так и думала, что это дневник.

Первая запись – от 01.06.2020. «А дневник она начала писать ровно три года назад. Может, есть в этом что-то? Не живет ли здесь ее привидение?» – подумала я. Как-то много совпадений. И мансарда дешевая, и тетрадь нашлась 1 июня. Странно все это.

Принялась читать: «Я люблю тебя. Скучаю. Мне кажется, ты со мной, во мне, и от этой мысли мне безумно хорошо. И от этой же мысли я схожу с ума. Что мне делать теперь? Как жить? Вот уже год, как тебя больше нет. Хотя твое сердце до сих пор бьется. Значит, ты есть? Я просто схожу с ума. Я устала говорить сама с собой, с тобой. Психолог посоветовал вести дневник, потому что я не хотела отвечать на его вопросы. Надеюсь, это поможет мне разобраться в себе».

Что с этой девушкой произошло? Она уже сошла с ума, когда это писала? Так ее муж умер или находится в коме, раз его сердце еще бьется?

«Не думала, что когда-нибудь выйду замуж. Все, о чем я думала каждый день, – как выжить. Моя хроническая сердечная недостаточность из года в год становилась лишь хуже. Приступы одышки, жуткое ощущение „переполненности“ и тяжести в груди, постоянная усталость… Я вообще к тому времени, как встретила своего любимого Халка, устала жить.

Да! Я до мельчайших подробностей помню день, когда встретила его – мужчину, который подарил мне свое сердце. Раньше, когда я слышала эту фразу, мне было романтично приятно. А теперь она вызывает… боль, отчаяние.

В тот день в нашем доме случился пожар. Все выбежали, а я нет. Родителей дома не было. От страха и воя пожарной машины сердце так бешено стучало, что я стала задыхаться. И тут дверь выбили, и вошел он. Огромный, сильный, решительный. Мой спаситель. Я помню только его глаза цвета чистого неба.

На следующий день он пришел к нам домой и пригласил меня на свидание.

– Ты меня не знаешь, но я себя знаю. Если я влюбился, у меня ум за разум заходит. Я буду таким, каким ты захочешь. Я могу быть умным, могу забавным. Могу носить тебя на руках, а могу быть безрассудным и прыгнуть с моста. Исполню любое твое желание.

Дурачок. И правда, он стал таким – безрассудным влюбленным. И когда я сказала, что мое единственное желание – это жить, он обещал его исполнить. Только бы я была всегда рядом с ним».

Я с головой ушла в эту грустную историю любви Халка и девушки с хрупким стеклянным сердцем, которое могло разбиться в любую секунду. Я радовалась за них, и слезы текли от жалости к ним и осознания безысходности их союза.

Они поженились. И слова «наша первая брачная ночь» меня ввели в ступор. Я не ханжа, но читать эротику – это одно. А читать реальную историю – это как подсматривать в замочную скважину. Но… я не устояла. Это было не порно и даже не эротика. Это было чудесно и настолько трогательно, что я вконец расплакалась.

Боже мой! Как он ее любил. Столько нежности, столько любви в этом Большом Человеке, которого она просто боготворила! Он обнимал и целовал любимую так, чтобы ее сердце не беспокоилось, чтобы ей было удобно сидеть, лежать, стоять, дышать, смотреть… Каждое его прикосновение было осторожным, он прислушивался к ее сердцу, к ее дыханию. А она таяла в огромных лапищах Халка. Боже! Как же это мило!

Все! Не могу больше читать. Пора возвращать своей жизни обычный ритм и спать по ночам, а работать днем. Я буквально упала на кровать и тут же подумала: «А ведь эта парочка занималась любовью именно здесь. В этой квартире, доставшейся ей в наследство от прабабушки, в этой кровати, где теперь сплю я».

Вот это мужчина! Жениться на девушке, стоящей в очереди на трансплантацию сердца, с неясной перспективой в плане продолжительности жизни, – это подвиг. Если мне когда-нибудь суждено встретить своего тринадцатого, то пусть он развеет все эти ужасные проклятия, которые свалились мне на голову. Хочу, чтобы он полюбил меня такой, какая я есть, и сделал мой мир цветным. С этими прекрасными мыслями я уснула.

Проснулась я в очень романтическом