Контракт с монстром - Анастасия Ригерман

смотрела в темное, мокрое стекло, за которым мелькал лес, и шептала про себя, будто давая обет: «Мы справимся. Мы должны справиться. Ради всех, кто стал пешкой в этой игре. И ради нас самих».

Внезапно машина резко затормозила, выбросив меня из сладких грез. Ремень безопасности врезался в плечо, и мир снова стал живым, опасным, осязаемым. Игнат выключил двигатель. В наступившей тишине, густой и давящей, был слышен только монотонный стук дождя по крыше, словно отсчет последних секунд перед бурей.

— Мы на месте, — тихо сказал брат. В его голосе не было ни мягкости, ни улыбки. Была только стальная, холодная готовность. — Арс с парнями тоже рядом. Выехали следом за нами. Держись поближе ко мне.

Я едва успела кивнуть, как с другой стороны лесной дороги, из-за черной стены мокрых елей, пробились два приглушенных луча фар. Они выхватили из тьмы завесу дождя, превратив ее в серебристую штору. В тот же миг в кармане тихо завибрировал телефон. Сообщение от Макса. Всего два слова: «Подъезжаем. Жди.»

Мое сердце, только что замирающее в сладком предвкушении, вдруг заколотилось с новой, дикой силой. Не от тоски, а от чистого адреналина, от понимания, что сейчас все изменится. Пришло время.

Я даже не подумала. Рука сама потянулась к ручке двери, пальцы скользнули по холодному металлу. Я забыла про куртку, про дождь, про осторожный взгляд брата и его предостережения.

— Юля, стой! — зарычал за спиной Игнат, но его голос прозвучал где-то далеко, за гулом в ушах.

Я выскочила из машины. Холодный дождь обрушился на меня мгновенно, пропитывая свитер, слепя глаза. Но я уже бежала. Ноги скользили по талому снегу, сердце рвалось из груди. Я бежала навстречу тем огням, которые медленно гасли, уступая место темным силуэтам, выходящим из машины.

И вот он. Выпрямился, вышел под дождь. Высокий, мощный, весь в черном, как сама ночь. Макс. Он увидел меня, и даже на расстоянии я почувствовала, как отступило напряжение между нами.

Я почти влетела в него. Мужские руки — сильные, уверенные — поймали меня, прижали к себе так страстно, что на миг перехватило дыхание. Это были не просто объятия. Одна его рука сомкнулась у меня на спине, другая вцепилась в мои намокшие волосы, прижимая мое лицо к широкой груди. Я услышала, как он глубоко, с каким-то почти животным облегчением вдохнул, вбирая мой запах. Мы так и застыли посреди лесной дороги, под ледяными струями, и мир сузился до точки соприкосновения наших тел. Я не чувствовала холода, не слышала дождя. Только жар его кожи сквозь мокрую ткань, стук его сердца — ровный, мощный, как ритм самой жизни, и безумное, всепоглощающее чувство: он здесь. Он со мной. Все кончено.

— Нельзя так, простудишься, — голос Игната прозвучал прямо у меня над ухом, сухой и натянутый, как струна. Его пальцы крепко впились в ткань куртки на моих плечах, будто он пытался не просто укрыть меня, а физически оттянуть назад, к себе. Его взгляд при этом не отрывался от Макса, сканируя каждую черту, каждое движение. Это был взгляд часового, оценивающего потенциальную угрозу у самых ворот.

— Спасибо, — тихо сказала я, кутаясь в куртку, но не отодвигаясь от Макса. Его рука осталась у меня на талии, твердая и неоспоримая. — Максим, познакомься, это Игнат, мой двоюродный брат. Игнат, это…

— Поверь, мы уже не раз «встречались», — перебил меня брат, и в его голосе прозвучал ледяной, едкий сарказм. — И не при самых лучших обстоятельствах. Так что в церемониях не нуждаемся.

В этот момент с глухим рокотом подъехал и резко затормозил еще один внедорожник. Из него, не спеша, словно выходя на парад, вышли Арсений и трое его верных Стражей. Все в полной боевой экипировке, лица скрыты под капюшонами от дождя, но осанка, жесткость во взгляде выдавали в них профессионалов. Арсений, высокий и невозмутимый, одним взглядом окинул нашу странную группу, и его глаза на мгновение задержались на фигуре Макса. В воздухе повисла тяжелая, звенящая тишина, которую не мог заглушить даже шум дождя.

С другой стороны, из тени за машиной Макса, материализовались двое его людей. Тимур, чье лицо обычно было искажено саркастической усмешкой, сейчас выглядел сосредоточенным и опасным. Рядом с ним — Назар, молчаливый гигант, чье присутствие ощущалось, как давление атмосферы перед грозой. Они не подходили ближе, заняв позицию чуть позади своего Альфы, готовые в любой момент ринуться вперед.

— И все-таки я рад этой встрече при новых обстоятельствах, — нарушил тягостное молчание Макс. Его голос был низким, ровным, без вызова, но и без подобострастия. Он сделал шаг вперед и протянул Игнату руку. Жест был открытым, но в его позе читалась вся мощь и уверенность вожака.

Игнат смерил протянутую ладонь взглядом, будто оценивая ловушку. Пауза длилась дольше, чем было прилично. Наконец, с едва заметным, почти невольным движением, он ответил на рукопожатие. Краткое, сильное, без лишней теплоты. Затем Макс протянул руку и Арсению. Тот ответил почти сразу. Ритуал был соблюден, границы — обозначены.

— Разведаем обстановку, — резко вернул всех к делу Арс, подходя ближе.

— Юлия, — обратился ко мне брат, и его взгляд стал приказным, — иди в машину и переоденься в защитный костюм. Полный комплект. Сейчас.

Это был не просьба. Я посмотрела на Макса. Он едва заметно кивнул, его глаза говорили: «Слушайся. Это важно». Игнат же просто указал подбородком на наш внедорожник, уже открывая планшет с картой местности.

— Тимур, Назар, — отозвался Макс, не оборачиваясь. — Осмотрите периметр.

Оба Волка молча растворились в темноте, двигаясь бесшумно, как тени.

Я, чувствуя себя немного не в своей тарелке под перекрестными взглядами двух лидеров, поплелась к машине. Через запотевшее стекло я видела, как они собрались вокруг планшета Игната. Две группы, веками враждовавшие, сейчас стояли плечом к плечу, склонившись над одной картой. Дождь стекал с капюшонов на экран, а они спорили, тыча пальцами в разные точки, выстраивая тактику. Это было невероятное, пугающее зрелище. И пока я с трудом залезала в прохладный, пахнущий резиной защитный костюм, мое сердце сжималось от острого предчувствия битвы, ради которой даже враги готовы были на время забыть о ненависти.

ГЛАВА 38 Врата

Юля

Лес стих, будто затаив дыхание. Даже дождь ослаб, превратившись в мелкую, колючую изморось. Мы шли цепочкой, нарушая тишину лишь приглушенным шуршанием моего костюма и осторожным хрустом веток под ногами. В ушах у каждого, включая меня, были миниатюрные устройства связи — об этом позаботились Стражи. Голоса в них звучали негромко, но отчетливо.