Все, что мы не завершили - Ребекка Яррос

мере, ей представлялось, что до половины, — чего-то похожего на настоящий роман. Скарлетт полностью погрузилась в мир своего творения, и стук клавиш пишущей машинки наполнил дом.

Она вздрогнула от громкого стука в дверь, ее пальцы застыли на клавишах, а голова резко дернулась в сторону непрошеного звука.

Он не погиб. Он не погиб. Он не погиб. Скарлетт шептала эту фразу как заклинание, пока шла в прихожую на негнущихся ногах.

— Он не погиб, — твердо произнесла она, потянувшись к дверной ручке.

Есть много причин, по которым кто-то мог постучать в ее дверь в такой час… Просто сейчас она плохо соображала и не смогла перечислить их сразу.

Скарлетт вскинула подбородок и распахнула дверь, готовая встретить любой удар судьбы, что ожидал ее по ту сторону.

— Констанс! — Она прижала руку к груди, пытаясь унять бешеное сердцебиение.

— Извини, что так поздно! — Констанс крепко обняла Скарлетт. — Я вернулась с дежурства, и мне сказали, что в Ипсвиче объявили воздушную тревогу. Я должна была убедиться сама, что вы целы.

— Мы с Уильямом целы, — заверила ее Скарлетт. — Но я не знаю, что с Джеймсоном. Я не видела его несколько дней.

Констанс чуть отстранилась, не размыкая объятий.

— Ему не дают увольнительную на ночевку вне базы?

Скарлетт кивнула.

— С тех пор как начались налеты, он был дома всего два раза, и то лишь для того, чтобы переодеться в чистую форму и быстренько поцеловать нас с Уильямом.

— Мне очень жаль. — Констанс покачала головой и опустила глаза, так что козырек ее форменной фуражки скрыл лицо. — У меня же была увольнительная на двое суток. Надо было приехать к тебе, а не в Лондон к родителям, на очередной сеанс подготовки к свадьбе.

Скарлетт взяла сестру за руку.

— Перестань. У тебя своя жизнь. Пойдем в дом…

— Нет, мне надо вернуться в часть, — ответила Констанс.

— Зайди хоть ненадолго. — Скарлетт посмотрела поверх плеча Констанс на новенькую машину, припаркованную у тротуара. — Час уже поздний, и если ты точно не можешь остаться на ночь, то хотя бы выпей со мной чаю. — Она присмотрелась получше, но не увидела на машине никаких военных эмблем. — Прекрасная машина.

— Спасибо, — уныло проговорила Констанс. — Это подарок Генри. Он очень настаивал, чтобы я его приняла. Сказал, что никогда не допустит, чтобы его невеста ездила на общественном транспорте. — Констанс пожала плечами и оглянулась на автомобиль.

У Скарлетт неприятно заныло в животе, когда она поняла, что сестра избегает смотреть ей в глаза.

— Пойдем выпьем чаю. — Она взяла Констанс за подбородок и заставила приподнять голову.

Внутри у нее все вскипело от ярости. Она готова была убить этого Генри.

В свете, лившемся на крыльцо из прихожей, она разглядела намечающийся синяк под глазом у сестры. Кожа в том месте была припухшей, местами красной, местами голубоватой — явный признак, что завтра там будет уже настоящий багровый синяк.

— Ничего страшного, — сказала Констанс, дернув головой.

— Заходи. — Скарлетт затащила ее в дом, закрыла за ними дверь и отвела сестру на кухню, где поставила чайник.

— Это просто…

— Если ты снова скажешь, что это ерунда, я закричу, — пригрозила Скарлетт, прислонившись к разделочному столу.

Констанс вздохнула, сняла фуражку и положила ее на стол рядом с пишущей машинкой.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала?

— Правду.

— Правда бывает разной.

— Только не между нами. — Скарлетт скрестила руки на груди.

— Я его разозлила, — тихо проговорила Констанс, глядя в пол. — Как оказалось, он очень не любит, когда его заставляют ждать или говорят ему «нет».

У Скарлетт защемило в груди.

— Тебе нельзя выходить за него замуж. Если он бьет тебя еще до свадьбы, представь, что будет после.

— Думаешь, я не знаю?

— А если знаешь, то зачем это все затевать? Я знаю, ты любишь наше поместье, оно для тебя память об Эдварде, но Эдвард точно бы не захотел, чтобы ты терпела издевательства и побои ради того, чтобы сохранить эту память. — Скарлетт подошла к сестре, опустилась перед ней на колени и взяла ее руки в свои. — Пожалуйста, Констанс, не делай этого.

— Я уже не смогу ничего отменить, — прошептала Констанс, и ее нижняя губа задрожала. — Объявления поданы. Приглашения разосланы. В следующем месяце мы поженимся.

Скарлетт почувствовала, как на глаза навернулись слезы, но не дала им пролиться. Она не виновата, что Генри Уодсворт был отпетой скотиной и моральным уродом, и все же Скарлетт не могла отделаться от ощущения, что сестра заняла ее место на гильотине.

— Время еще есть, — сказала она.

Взгляд Констанс внезапно стал жестким.

— Я тебя люблю, но этот разговор окончен. Я с радостью задержусь у тебя на часок, но при условии, что мы не будем затрагивать эту тему.

Скарлетт вся напряглась, но кивнула.

— Я хотела спросить, не нужно ли тебе позвонить в часть, но вижу, тебя повысили в звании, — сказала она с натянутой улыбкой, кивнув на нашивки на плече кителя Констанс.

— Да, — улыбнулась Констанс. — На прошлой неделе. Просто у меня еще не было времени тебе сообщить.

Скарлетт села на стул рядом с сестрой.

— Ты давно заслужила новое звание.

— Получилось забавно. — Констанс наморщила лоб. — Роббинс подошла ко мне после дежурства, вручила приказ и сказала, что с завтрашнего дня я приступаю к исполнению моих новых обязанностей. Даже как-то скучно, на самом деле.

На этот раз Скарлетт улыбнулась искренне.

— Он разрешит тебе остаться на службе? — спросила она, не сумев удержаться.

Улыбка Констанс погасла.

— Думаю, да. Как оказалось, в данном случае он не имеет права голоса как гражданское лицо, поскольку сам непригоден к военной службе по состоянию здоровья. Но мы обе знаем, что, если я забеременею…

— Да, знаем. — Скарлетт сжала руку сестры. — Раз уж твое ближайшее будущее не обсуждается, о чем будем говорить?

Взгляд Констанс упал на пишущую машинку.

— Я помешала тебе работать?

Скарлетт чуть покраснела.

— Ничего страшного. Это все пустяки.

Сестры встретились взглядом. Они обе знали, что это не пустяки. Для Скарлетт ее сочинения значили очень многое.

— Не хотелось бы тебя прерывать посреди грандиозного шедевра, — сказала Констанс, подняв брови.

— Вряд ли это шедевр, — ответила Скарлетт и поднялась из-за стола, чтобы снять с плиты закипевший чайник.

— Может быть, выпьем чаю, а потом ты мне подиктуешь. Побуду твоим личным секретарем. Я быстро печатаю.

Скарлетт усмехнулась, разгадав хитрость сестры.

— Тебе просто хочется подглядеть, что я пишу.

— Есть такое, — призналась Констанс. Она сняла китель, повесила его на спинку стула и села за пишущую машинку. — Можешь начинать прямо сейчас.

Скарлетт посмотрела на сестру долгим взглядом. Она не могла