Все, что мы не завершили - Ребекка Яррос

помешать этому браку. Не могла убрать синяки с лица Констанс и не сможет никогда. Но она может помочь ей сбежать в вымышленные миры, пусть даже только на время.

— Хорошо, — кивнула она. — Прочитай мне последнюю строчку.

Джеймсон посадил свой «спитфайр» почти идеально, спокойно и плавно, хотя сам не испытывал никакого спокойствия. Немцы быстро приняли ответные меры, и бомбардировки усилились в десять раз, если не больше.

Теперь в британских ВВС было уже три эскадрильи, полностью состоящие из американцев, готовых рисковать жизнью на ежедневной основе. Ходили слухи, что ближе к осени они снова наденут американскую форму, но Джеймсон давно перестал обращать внимание на слухи.

Он зарулил на отведенное ему место и передал истребитель наземной бригаде механиков. Он мог бы поклясться, что его мышцы протестующе заскрипели, когда он выбрался из кабины. В последнее время Джеймсон проводил в небе едва ли не больше часов, чем на земле, и для тела это не прошло незамеченным. Он уже и не помнил, когда в последний раз ночевал дома. Кажется, несколько недель назад.

Тех немногих часов, которые ему удалось провести со Скарлетт, было катастрофически мало. Джеймсон скучал по своей семье с такой пронзительной болью, что сердце рвалось на куски, но с каждым днем становилось все очевиднее: скучать ему придется еще долго… Чем бои дальше от его дома, тем лучше.

— На сегодня все, — объявил Говард, победно вскинув руки. — Что скажешь, Стантон?

— Насчет чего? — спросил Джеймсон, снимая шлем.

— Насчет того, чтобы провести вечер за пивом и выпустить пар.

— Если у нас и вправду свободный вечер, то я лучше поеду домой, — отозвался Джеймсон. При одной только мысли о доме его губы сами сложились в улыбку.

— Да ладно, Стантон, — вклинился в разговор Бостон, догнавший их у ангара с зажженной сигаретой в зубах. — Отпросись у жены… как там британцы говорят… получи добро у своего кухонного командира.

Джеймсон покачал головой, и Говард рассмеялся.

— Ты просто не понимаешь, Бостон, — сказал он с улыбкой. — Стантон скорее вернется домой к своей великолепной жене, чем проведет вечер в компании парней.

— Последние две недели мы проводим все вечера в компании парней, — возразил Джеймсон. — И если бы у кого-то из вас была женщина, которая хоть вполовину так хороша, как моя Скарлетт, вы бы тоже не спешили отпрашиваться.

Кроме того, он возвращался домой не только к Скарлетт. Уильям уже начал ползать, его маленькое тельце менялось так быстро, что Джеймсон не поспевал за этим следить.

— Я слышал, у нее есть сестра, — сказал Бостон.

— А у сестры есть жених, — отозвался Говард.

Джеймсон стиснул зубы. Мало того что Констанс выходила замуж за людоеда, так еще и Скарлетт мучилась чувством вины за сестру.

— Лейтенант Стантон! — окликнул Джеймсона кто-то из летчиков.

— Если сегодня меня не отпустят домой, — сказал Джеймсон Говарду, — я угоню самолет и устрою аварию.

— Ни за что не поверю, пока не увижу своими глазами, — усмехнулся Говард, хлопнув его по спине.

Разумеется, Джеймсон не собирался специально разбивать самолет, но эта мысль была очень заманчивой, если в итоге у него появится возможность провести пару дней с семьей. Он махнул рукой парню, который его позвал и теперь мчался к нему со всех ног. На вид тому было не больше девятнадцати лет, или, может быть, это сам Джеймсон чувствовал себя на десятки лет старше своих двадцати четырех.

— Лейтенант Стантон, — произнес запыхавшийся парень.

— Чем могу быть полезен? — спросил Джеймсон, уже готовясь к тому, что сегодня опять не получится побывать дома.

— К вам посетитель.

— У него есть имя?

— Я его не запомнил, — признался парнишка. — Он ждет в комнате отдыха. И очень настаивает, что ему надо с вами увидеться.

Джеймсон вздохнул и провел рукой по мокрым от пота волосам. Он не только провел много часов в самолете, но и пропах им насквозь.

— Ладно, я быстренько приму душ…

— Нет! Он велел звать вас сразу, как вы приземлитесь.

— Хорошо. — Джеймсон мысленно попрощался с желанным душем. — Уже иду.

Сказать, что в комнату отдыха он вошел в дурном настроении, — это вообще ничего не сказать. Ему нужен был душ, и Скарлетт, и Уильям, и горячая еда, а не какая-то срочная встреча неизвестно с кем, и…

— Мать честная! Дядя Вернон? — Джеймсон разинул рот, увидев, кто именно сидит в одном из кожаных кресел у дальней стены.

— Наконец-то! — Дядя с улыбкой поднялся ему навстречу и заключил в медвежьи объятия. — Я уже отчаялся тебя дождаться. У меня вылет через полчаса.

— Как ты здесь оказался? — спросил Джеймсон и только теперь обратил внимание, что дядя одет в американскую форму.

— Мама тебе не писала? — спросил дядя Вернон с лукавой улыбкой.

Джеймсон поднял брови, разглядев знаки отличия.

— Военно-транспортная авиация?

— Ну, не мог же я сидеть дома и беречь свою старую задницу, пока ты тут рискуешь своей молодой, верно? — Дядя Вернон пристально посмотрел на племянника. — Присядь, Джеймсон. А то как-то ты выглядишь… жутковато.

— Я так выгляжу уже два года, — возразил Джеймсон, но все равно сел. — Ты давно служишь?

— Уже почти год. Начинал как гражданский пилот, но меня все-таки заманили на службу. — Дядя Вернон указал на свою нашивку со званием.

— И дали подполковника, — заметил Джеймсон.

Дядя усмехнулся.

— Что предоставляет определенные привилегии. Например, можно задержать вылет на три часа и дождаться племянника из воздушного боя. Племянника, который, как мне сообщили, стал асом.

— Интересно, откуда у меня эти летные навыки?

— Ты превзошел все, чему я мог бы тебя научить. Чертовски рад тебя видеть, мой мальчик. Хотя теперь ты мужчина.

Джеймсон потер шею.

— Я все равно не вернулся бы раньше, даже если бы знал, что ты здесь.

Он никогда бы не оставил свою эскадрилью в небе.

— Просто я рад, что нам удалось повидаться. Жаль, я не смог познакомиться с твоей Скарлетт и моим внучатым племянником, но, возможно, нам удастся уговорить немцев не атаковать, когда я вернусь в следующем месяце. — Дядя сверкнул улыбкой, очень похожей на улыбку племянника.

— Я этим займусь, — сказал Джеймсон, старательно сохраняя серьезность, но не выдержал и улыбнулся. — И куда ты теперь?

Дядя Вернон выгнул бровь.

— Ты разве не знаешь, что это секретная информация?

— А ты знаешь, что я назвал сына Уильям Вернон? — Джеймсон поднял бровь в ответ.

Как легко было снова общаться с любимым дядей, словно этих двух с половиной лет и не было вовсе. Словно они сидели на крыльце у себя дома и наблюдали, как в небе Колорадо зажигаются