Отвергнутая на Земле избранная в космосе - Таруна Поддубная

Урих уже был у себя на потолке, в своей нише, где ему было удобнее всего подключаться к системам корабля и держать связь сразу по нескольким уровням. Его волосы шевелились - быстро и сосредоточенно, то уходя в панели, то едва заметно меняя направление, словно жили отдельной нервной жизнью и помогали ему слышать не только то, что происходило на нашем корабле, но и все, что мелькало в сети между спасательными судами, группами бойцов и уцелевшими секторами станции.

Все пространство мостика было поделено на три рабочих кластера. Центральную часть занимали капитаны уцелевших кораблей. Их лица висели на больших галактических мониторах в отдельных окнах: кто-то докладывал, кто-то спорил, кто-то -выслушивал приказ и исчезал, чтобы через минуту вернуться с новыми цифрами. В кресле капитана нашего корабля сидел Валериан, и то, как естественно он там смотрелся, раздражало меня почти так же сильно, как и впечатляло. Он выслушивал то одного, то другого, почти не повышая голоса, раздавал приказы - коротко и точно, и даже уставшие капитаны, у которых за спиной были пожары, разгерметизация, погибшие члены команды и полусломанные суда, спорили с ним ровно до того момента, пока он не начинал говорить по-настоящему холодно.

Справа и слева от центрального блока висели еще две группы гало-мониторов. На них шла трансляция с разных участков станции, где продвигались бойцы: в технических коридорах, на жилых уровнях, возле медотсеков, у стыковочных шлюзов и в секторах, где повреждения были настолько нелепыми, будто кто-то не просто подрывал переборки, а нарочно бил в конкретные точки, прекрасно понимая, что именно рухнет, что перекосится, а что останется стоять, превратившись в ловушку.

Валериан не произнес ни слова. Просто заметил меня, поднял глаза от очередного доклада и едва заметным движением руки указал на левую группу мониторов.

Я подошел туда сразу. В ту же секунду мне на браслет пришла последняя сводка от Уриха. Я развернул ее движением пальцев и быстро пробежал глазами по данным. На текущий момент было спасено триста сорок два гражданских, из них девяносто один - в тяжелом состоянии, подтверждено обнаружение ста двадцати семи погибших, еще почти три сотни гражданских числились пропавшими без точного статуса. Были проверены полностью два жилых сектора, частично - медицинский уровень, ремонтный узел, три технических коридора и один грузовой контур. Закрытыми оставались несколько карманов станции, где либо не работала связь, либо ее что-то целенаправленно глушило. В нижней части сводки Урих отдельно выделил красным две строки: «Характер повреждений нелинеен» и «Часть дронов действует по нештатным маршрутам даже после подавления основной сети».

Вот это мне не понравилось больше всего.

Я поднял взгляд на мониторы и начал следить за группами поочередно. Одна продвигалась по жилому сектору, где стены были вспороты так, будто взрыв прошел не волной, а несколькими точными ударами. Другая проверяла технический переход, где половина потолка отсутствовала, зато переборки в местах соединения с коммуникациями были почти целыми, слишком целыми для общей картины. Третья вытаскивала граждан из полуобрушенного сервисного зала, и по тому, как лежали балки, по тому, куда ушли трещины, я все сильнее убеждался: это был не хаос. Не случайный каскад разрушений. Кто-то заранее знал, что делал.

— Урих, что у тебя по левому блоку? — негромко спросил я, не отрывая взгляда от мониторов.

— Последнюю сводку я уже скинул тебе на браслет, — сразу отозвался он по связи. — Там число спасенных, подтвержденные потери, проверенные участки и два сектора, которые мне совсем не нравятся. Повреждения слишком странные, а дроны после подавления основной сети все равно местами идут не по штатным маршрутам.

— Принял, — ответил я и раскрыл данные. — Что с девятым техконтуром?

— Пока - только частично проверен, — сказал Урих. — Группы прошли внешний периметр, вытащили выживших, но внутрь еще не добрались. Там глушится связь и слишком много помех по схеме. Смотри внимательнее именно этот кусок. Что-то там не так!

— Вижу, — тихо сказал я, переводя взгляд на левый ряд гало-мониторов.

Я бы ответил что-нибудь резче, но именно в этот момент на одном из левых экранов одна из спасательных групп вошла в широкий переходный зал, где свет работал урывками, а часть стены была вывернута наружу, обнажив сеть кабелей и внутренние балки станции. Бойцы двигались осторожно, двое шли впереди, один прикрывал тыл, еще двое сопровождали гражданских, которых только что вытащили из бокового отсека. Все выглядело напряженно, но контролируемо до той секунды, пока сверху не посыпались искры и из темного разрыва под потолком перед группой не рухнули сразу три ремонтных робота.

Они открыли огонь почти одновременно.

Зал вспыхнул резкими импульсами. Один из бойцов успел отбить первого робота в сторону, второй упал на колено и накрыл гражданских щитом, третий начал стрелять короткими, точными очередями, и вся сцена сразу превратилась в тот нервный, мгновенный хаос, где выживает не тот, кто храбрее, а тот, кто быстрее.

— Контакт на секторе девять-восток, — бросил я.

— Уже вижу, — отозвался Урих.

Я следил за перестрелкой почти не мигая. Роботы действовали странно: не как охранные единицы, не как обезумевшая техника, а как прикрытие. Они не просто пытались разнести группу. Они задерживали ее. Удерживали в зале. И именно тогда, за спинами машин, у самого дальнего пролома, я увидел движение.

Кто-то в длинном черном плаще...

Фигура была слишком высокой для обычного гражданского, лицо скрывал капюшон, а походка - вот это зацепило меня сильнее всего - была неровной. Существо слегка прихрамывало и двигалось не в сторону боя, а прочь, как будто происходившее его вообще не интересовало. Будто его задача уже была не там.

— Что за…

Я приблизил картинку сектора вручную, но фигура уже сворачивала в боковой проход. Плащ качнулся, мелькнул край темной ткани, и на секунду мне показалось, что под ним не было обычной пластики живого тела. Слишком гладкое движение. Слишком странный, будто заторможенный, шаг, припадающий на одну ногу.

Через несколько секунд все кончилось. Роботов добили. Один боец получил ранение в плечо, но остался на ногах. Гражданских быстро повели дальше. Группа осматривала зал, и именно тогда я рявкнул через плечо:

— Валериан. Иди сюда.

Лорд не любил, когда к нему обращались подобным тоном при чужих, но сейчас даже не посмотрел в мою сторону с раздражением. Просто передал очередной приказ капитанам, поднялся из кресла и подошел ко мне в ту секунду, когда я отправлял Уриху короткое сообщение: «Смотри левый блок.