История дворца Куньнин. Книга 1 - Ши Цзин

Спокойствие она сохраняла только внешне, сама же яростно проклинала себя. Казалось, Чэнь Шуи все-таки села на место и больше не спорила. Ей было жаль отказываться от учебы во дворце и упускать возможность устроить свою судьбу.

Ответ Се Вэя всем показался на удивление жестким. «Захочешь перечить – для начала хорошенько подумай» – таков был посыл.

Когда до конца часа Дракона оставалось не больше четверти часа, наставники отпустили девушек, велев напоследок повторить материал и предупредив, что завтра их ждет урок игры на цине. Первой из зала выбежала Чэнь Шуи. Сяо Шу и остальные в тревоге поспешили за ней.

Цзян Сюэнин чувствовала себя неловко и нарочно замешкалась. Подняв голову, она увидела, как Се Вэй спустился с возвышения и остановился. У нее пробежали мурашки по коже.

– Господин Се, – выдавила она.

Рядом с барышней мужчина казался значительно выше. В одной руке он держал свиток, а другую заложил за спину. Глядя на Цзян Сюэнин сверху вниз, младший наставник изогнул губы в улыбке:

– Сегодня вы вели себя на редкость послушно.

Глава 47. Мнимое благородство

«Послушно…»

У Цзян Сюэнин снова проступил холодный пот. Се Вэй намекал, что у нее нет ни капли достоинства? Она хотела возразить, но, вспомнив свои недавние слова, поняла, что ей не хватит наглости заявить, будто у нее вообще есть достоинство. Да и разве разумно дерзить Се Вэю, если можно спокойно пережить день? Девушка проглотила обиду.

К счастью, мужчина не ожидал ответа – прошел мимо и направился к выходу. Цзян Сюэнин проводила его взглядом: туман почти рассеялся, и в солнечном свете фигура Се Вэя казалась почти неземной, будто бессмертный спустился в царство людей.

Где же жестокость и кровожадность из прошлой жизни? И почему, интересно, наставник выглядел довольным, говоря с ней? Ведь еще недавно, советуя Чэнь Шуи удалиться, сдержанный Се Цзюйань явно был раздражен. И наверняка не без причины, иначе не сказал бы таких резких слов. Неужели пара угодливых фраз подняла ему настроение? Когда-то Цзян Сюэнин перепробовала в борьбе с ним всевозможные уловки и потерпела крах! Неужели задача решалась так просто?

– Нин-нин, ты почему не идешь? – позвали снаружи.

Цзян Сюэнин очнулась и увидела в дверях Шэнь Чжии. Видимо, та вышла вместе со всеми, чтобы утешить Чэнь Шуи, а потом заметила отсутствие любимицы и вернулась.

Тронутая таким вниманием, вторая барышня ответила:

– Уже бегу.

Во дворе Шэнь Чжии тихо сказала:

– У Шуи в семье строгие порядки. Господин Чэнь – человек властный: как сказал, так и будет. Поэтому она воспитана по его правилам. А ты тоже хороша! Разве можно при всех говорить то, что думаешь?

Цзян Сюэнин не стала оправдываться, просто признала вину:

– Я разволновалась. В следующий раз буду поосторожнее.

Шэнь Чжии уловила нотку уныния в ее голосе, встревожилась и поторопилась утешить:

– Не бери в голову! Шуи хорошая, на глупости не обижается. Ради меня она точно тебя простит.

«Не уверена», – подумала Цзян Сюэнин, но вслух, разумеется, подобного не сказала.

– Достаточно того, что ваше высочество беспокоится обо мне, остальное меня не тревожит, – с улыбкой поблагодарила она.

Шэнь Чжии поймала ее теплый взгляд. На губах барышни, нежных, словно цветочные лепестки, играла улыбка. У принцессы сразу участилось дыхание, щеки вспыхнули, сердце забилось сильнее. Она не посмела долго смотреть на это красивое лицо.

– Нин-нин, что ты говоришь?.. – Шэнь Чжии засмущалась и топнула ножкой. – Мне пора!

Приподняв подол платья, она поспешила прочь.

«Да что ж такое!» – вздохнула Цзян Сюэнин.

Она ведь просто хотела найти себе покровительницу. Что теперь Шэнь Чжии себе напридумывала?

«Спокойно! Это всего лишь дружба. Чистая девичья дружба!»

* * *

Чэнь Шуи не была избалованной и заносчивой, просто за всю жизнь ни разу не сталкивалась с таким унижением. Се Вэй как наставник имел право включить в программу не подобающие для барышень книги, ученицы же обязаны почитать учителя, а не перечить ему. Но Цзян Сюэнин – что она о себе возомнила, посмев назвать слова Чэнь Шуи несусветной чушью?

Выбегая из павильона, девушка не желала даже видеть обидчицу, словно боялась испачкаться.

Вернувшись в палаты Янчжи, все принялись утешать бедняжку:

– Кто в столице не знает, что вторая барышня Цзян не умеет себя вести? Мало ли что ляпнула. Разве она тебе ровня, сестрица Чэнь? К чему принимать ее речи близко к сердцу?

Одни говорили искренне, другие кривили душой. Ю Юэ злилась на Цзян Сюэнин за публичный позор и решила подлить масла в огонь:

– Всем и так ясно, что принцесса души не чает в этой девице. Мы, как дуры, подарки ее высочеству выбирали, а она их швырнула к ногам Цзян Сюэнин: дескать, на, выбирай! Что бы она ни сделала, принцесса ее выгородит. Сестрица Чэнь родом из знатной семьи, но разве это поможет? Мы ведь в императорском дворце! Лучше не связываться…

Сяо Шу бросила на Ю Юэ косой взгляд, а Яо Жунжун завистливо пробормотала:

– Все-таки вторая барышня Цзян умеет нравиться людям. Этого таланта у нее не отнимешь.

Чэнь Шуи совсем помрачнела.

– Ты считаешь это талантом? – фыркнула Ю Юэ. – Говорят, у Цзян Сюэнин ни ума, ни манер. Все же видели, как она проходила отбор. Если бы не покровительство принцессы, разве вторая барышня Цзян осталась бы во дворце?

Яо Си не участвовала в разговоре, но Чэнь Шуи вдруг повернулась к ней:

– Сегодня утром ты, кажется, шла рядом с этой девицей?

После истории с помолвкой Яо Си считала, что Цзян Сюэнин не такая уж и плохая. К тому же в аквариум окунули не ее, а Ю Юэ. Она и правда размышляла, не стоит ли из любопытства сблизиться с Цзян Сюэнин – выяснить, что связывает ее и Чжан Чжэ. Но, уловив общее настроение, поняла, что фаворитку никто не любит, и отказалась от этой мысли.

– Хотела спросить у нее кое-что, – пояснила она.

– Я уж подумала, ты с ней подружиться решила, – засомневалась Чэнь Шуи.

– Разве она достойна моей дружбы? – усмехнулась Яо Си.

– Вот именно! – подхватила Ю Юэ. – Разве она достойна быть подругой нашей старшей сестрицы Яо? Если сравнить родословную, их разделяет пропасть. То, что с этой девицей вообще разговаривают, уже честь для нее.

Фан Мяо слушала и посмеивалась. Внезапно в ее глазах блеснула лукавая искорка.

– Да уж! Жаль, что наследник Янь души в ней не чает. Лелеет, словно зеницу ока. Поэтому все и боятся ее задеть.

Никто не уловил подвоха. Ю Юэ решила, что Фан Мяо ей поддакивает, и с жаром продолжила:

– Не понимаю, что наследник Янь в ней нашел! Все знают: Цзян Сюэнин росла в нищете, ведет себя как беднячка, а выглядит так и вовсе вульгарно! Ни капли достоинства, совсем не похожа на благородную девушку. Тоже мне, красавица выискалась!

– Действительно! – кивнула Фан Мяо с самым серьезным видом. – Подумаешь, невидаль: брови потоньше, глаза побольше, носик чуть аккуратнее, губы изящнее, кожа светлее… А в остальном совсем некрасивая!

– Да-да… Только глаза и брови… –