Да здравствует Королева эльфов! - Дж. М. Кёрл

ее, и боль стала его вечной спутницей. Впрочем, стоило перестать о ней думать, как она, казалось, немного отступала. Возможно, ему и впрямь нужно было уйти отсюда. Это помогло бы отвлечься от всего, что он вынес за последний месяц. От пыток в клетке Ньюардена от рук Брунарда, последовавшего сразу после сокрушительного удара дракайны. Но хуже всего была потеря Лэйолы. Их магическая связь разорвалась именно тогда, когда они поняли, что любят друг друга по-настоящему. Когда приняли, что им суждено быть вечными спутниками. Создатель, он любил эту эльфийку больше собственной жизни.

– Я не могу больше сидеть здесь сложа руки.

Тэйн схватил темно-коричневую кожаную сумку и прошелся по комнате, собирая вещи, что пригодятся в дороге.

Весстан неотступно следовал за ним.

– Посмотри, как тебя изнурила пробежка в несколько шагов. И ты надеешься в одиночку сразиться с хорошо обученными солдатами? Снова биться с Матэйкисом или вердраком? Ты едва выжил, Тэйн. Если бы не твоя кровь и целительная мазь, ты был бы мертв. Ты же знаешь, я бы с радостью помог тебе больше, но моих сил не хватит.

– Силы возвращаются ко мне. В таком состоянии мне потребуется день или два, чтобы пешком дойти до портала, а потом еще время до замка. Надеюсь, к тому моменту не будет слишком поздно.

Он уже начал обдумывать план. К замку вели всего два пути: через мост или вниз по горному склону, в который была встроена крепость. Это означало, что пригодный маршрут был только один.

– Одумайся. Тебе нужен отдых.

Свирепо взглянув на него, Тэйн обернулся:

– Я отдыхал неделями, пока любовь всей моей жизни голодала, и кто знает, что еще с ней делали! Больше я отдыхать не стану.

Весстан выждал несколько мгновений и мягко произнес:

– Тэйн, ты сегодня впервые смог выйти из этой хижины. Раньше тебе требовался всего день или два на исцеление, но в твоем нынешнем состоянии до портала ты не доберешься.

– Нет. Доберусь.

Благодаря решимости он мог свернуть горы. Он верил, что это возможно, а значит, так оно и было. Именно так он справлялся со всеми трудностями в прошлом. Тэйн сунул в сумку сменную одежду и плащ. Вскоре он уже застегнул оружейный пояс, закрепил мечи за спиной и был готов выйти за дверь.

Весстан вскинул подбородок и взял свой посох:

– Тогда я иду с тобой.

Сжав челюсти, Тэйн уставился на Весстана. Старый маг неплохо передвигался по этой небольшой поляне, но такое путешествие было ему не по силам, а сам Тэйн в своем состоянии помочь бы не смог.

– Ты справишься?

– О, я не так слаб, как тебе кажется.

В этот момент с кухонного стола раздался пронзительный визг Тиф, указывающей на окно.

– Эльфы! Сюда идут два эльфа! Нет, три!

Тэйн и Весстан быстро переглянулись. Прекрасно. Теперь им придется держать ответ перед Лесными эльфами, и оставалось лишь надеяться, что Тэйна не узнают. Если только… Он подошел к окну.

– Кто знает, что я здесь?

– Только Лейф и Эвалин. Однако нашу переписку могли перехватить.

Отдернув белую занавеску, Тэйн выглянул наружу. К дому приближались двое мужчин в рыжевато-коричневых плащах с накинутыми капюшонами. На них были темно-зеленые туники с кожаными наручами, черные перчатки и штаны угольного цвета. Оба были увешаны оружием: мечами и кинжалами. У того, что шел слева, на бедре висел небольшой топор. Между ними ступала более хрупкая фигура, вероятно, женщина, закутанная в плащ цвета темного шоколада. С такого расстояния было не разобрать, друзья это или враги.

Глава 4

Лэйола замерла, глядя на Пайпер. Синяки и порезы покрывали ее тело, щеки ввалились, а одежда висела мешком на исхудавшей фигуре. Ох, Пайпер. Лэйола рыдала в башне, жалея себя, а ее подруга, очевидно, претерпела куда худшие муки. И все же она с вызовом вскинула подбородок, готовая умереть. Комок подступил к горлу Лэйолы, и она медленно поднялась на ноги. Ей отчаянно хотелось броситься к подруге, но нож у тонкой шеи Пайпер удерживал ее на месте.

– Пожалуйста, отпустите ее. Она здесь ни при чем.

– Ее судьба целиком зависит от тебя, – с ухмылкой произнес Тенэйбрис. Он повел худыми плечами, чтобы лучше видеть Пайпер, и коротко кивнул державшим ее стражникам. Лезвие вонзилось глубже, и по коже пробежала струйка крови.

– Нет! – взмолилась Лэйола. Ноги снова ослабели. Вопреки желанию Пайпер, она не могла этого допустить. Думай, Лэйола, думай!

Матэйкис улыбнулся, вновь обнажая острые клыки:

– С такими чувствительными душами так легко играть. Итак, ты согласна сделать то, что тебе велят?

Лэйоле стало дурно.

– Зачем все это, если можно было просто приказать?

Если удастся выиграть хотя бы день, чтобы найти выход из этой ситуации…

Матэйкис уставился на нее, пригвоздив к месту своими абсолютно черными глазами.

– Почему бы и нет?

Он пошевелился на стуле, и тот тихо скрипнул под его мускулистым телом.

– У меня предостаточно времени, чтобы сломить тебя, если ты предпочитаешь пожертвовать друзьями, а не просто согласиться. Мне безразлично, какой путь ты изберешь, хотя этот, признаюсь, куда занимательнее.

Сломить меня?

Она не хотела даже представлять, что это может означать, но возвращение Черного Мага будет стоить гораздо больше, чем жизнь Пайпер. Почему Варлетт не потребовала плату по их уговору? Она взглянула на вердрака. Лэйола была ей должна. Она упомянула об этом в лесу, прямо перед тем, как… пронзила Тэйна своей рукой. Когти, что сейчас сжимали кубок с вином, не несли на себе и следа содеянного. Где ивовое ожерелье ее матери, которое Варлетт украла? Неужели оно уничтожено навсегда?

Король Тенэйбрис застонал и вскочил на ноги. Он с размаху ударил ладонью по столу, отчего зазвенела посуда. Опираясь руками о белоснежную скатерть, он тяжело подался вперед, нависая над Лэйолой. Она заставила себя не отпрянуть.

– Я брошу тебя в тюремную повозку и убью каждого, кого ты знаешь. Поняла?

Пайпер и Лэйола переглянулись. Рыжеволосая воительница едва заметно покачала головой. Проклятие. Лэйола не могла позволить Пайпер принести себя в жертву. Должен быть другой выход. Если она согласится, то выиграет время и сумеет что-нибудь придумать.

Тенэйбрис одним движением руки смахнул со стола три винных кубка. Один из них упал на пол и разлетелся вдребезги. Лэйола вздрогнула от звона разбитого стекла. В наступившей тишине было слышно, как на пол льется вино.

– Убейте ее!

– Стойте, стойте, – взмолилась Лэйола. – Я… я сделаю это. Только не убивайте ее.

Пайпер еще сильнее обмякла в руках