Лоскутный мешочек тетушки Джо - Луиза Мэй Олкотт

Много детей ходило потом посмотреть на одинокую эту могилу, и никто из них не потревожил на ней и листика. И никто не смеялся над краткой эпитафией, ибо из нее проникали в их души другие слова:

«Блаженны милостивые».

VI

Что сделали девочки

– Очень жалко, что я не смогу поехать, но папа говорит, что не сумеет отправить меня этим летом в Ньюпорт. Ты же знаешь, сколько мы потеряли во время большого пожара. Каждый из нас теперь вынужден от чего-нибудь отказаться, – сообщила Нелли с таким глубоким вздохом, будто жертва ее была неслыханно тяжела.

– Мне тоже жалко. Я ведь так люблю слушать твои рассказы о летних приключениях. Они для меня все равно что самой путешествовать. Эх, было бы путешествие в Ньюпорт чуть подешевле, – вздохнула в свою очередь Китти Фишер, самая близкая подруга Нелли.

– Наверное, папа мог бы позволить мне все же провести там недельку, но на мою одежду пришлось бы так сильно потратиться, что я и заикнуться об этом не смею. В Ньюпорте нужно очень прилично выглядеть, а у меня нет ни одной новой вещицы.

– Уверена, что и старые твои вещицы, как ты их называешь, достаточно хороши для любого места. Вот бы мне иметь такой гардероб! Я была бы совершенно счастлива. – И Китти обвела глазами комнату подруги, где красовались словно бы разложенные напоказ несколько платьев и шляп.

– Ах, дорогая, знала бы ты, как мгновенно модницы замечают прошлогодние туалеты. Ведь все мои знакомые девушки прекрасно помнят, как я была одета тем летом, и я не получу от поездки ни малейшего удовольствия. Нет уж, предпочту провести время здесь или укроюсь в Нью-Гемпшире, у тети Бекки. Там уж точно никто не обращает внимания на одежду. Чем она проще, тем лучше. Хотя скучно там, как в склепе. А я так тоскую по морю.

– Но ведь можно поехать и в какое-то более дешевое место, – задумчиво начала подруга и вдруг продолжила с воодушевлением: – Послушай, мы можем вместе туда отправиться, и ты совсем не почувствуешь себя одиноко. Мэри Нельсон недавно приглашала меня письмом приехать к ней к океану. Это такое милое тихое местечко с пляжем, который будет в полном нашем распоряжении, и с маяком, и со скалами, и с рыбацкими лодками, и с прочими маленькими радостями.

– А за пансион сколько надо платить? – поинтересовалась Нелли.

– Десять в неделю, – ответила Китти. – Включая купальню, лодки и старый экипаж.

– А кто туда отдыхать приезжает?

– Местные учителя. Семьи с детьми. И еще молодые люди, которые разбивают на мысе палаточный лагерь.

– И старая одежда действительно там сгодится?

– Мэри пишет, что ей достаточно платья для лодочных прогулок, а на вечеринках она появляется в белом утреннем. Я решила туда отправиться, когда ты уедешь в Ньюпорт, но теперь предлагаю ехать вместе. Увидишь, как развлекаемся мы, бедные люди, без всяких хлопот и суеты.

– Тогда я еду. Папа вообще-то хотел, чтобы я где-нибудь все-таки отдохнула и, думаю, не сочтет такие затраты чрезмерными. Сегодня же соберусь, а назавтра – в путь.

И на следующий день они действительно отправились в путь, и Мэри встретила их с большой радостью. Марм Уолси, пожилая владелица пансиона, быстро обустроила девушек. Пансион ее оказался уютным, тихим, с просторными комнатами, очень просто обставленный, но днем и ночью полный свежего морского бриза. Он стоял на скале. Лодки швартовались у самых его дверей. Купальни располагались совсем поблизости на ровном пляже. А по ночам в туман и в лунные ночи прямо над мысом весело мигал маяк.

И начались для обеих девушек чудесные дни. Рано утром они окунались в море, покачивались жаркими часами в гамаках на продуваемой бризом террасе, рыбачили с лодок, скакали по скалам или, облюбовав тенистые уголки, проводили время то за чтением, то за рукоделием.

Наряжаться здесь отдыхавшие решительно не желали; и когда Нелли, робея, однажды показалась в изысканном шелковом платье, ей категорически объявили, что вечерние туалеты не допускаются, вслед за чем общим голосованием была принята шуточная резолюция, грозящая всем, кто последует примеру Нелли, штрафом. Мода здесь ограничивалась удобными фланелевыми лодочными костюмами. И можно себе представить, как обрадовалась бы виду розовощеких девушек, движения которых ничто не сковывало, поборница комфортной женской одежды мисс Элизабет Фелпс.

Молодым людям из палаточного лагеря не потребовалось много времени, чтобы обнаружить русалок из бухты, и благодаря цепи случайностей, которые обычно на отдыхе следуют одна за другой, довольно скоро все без особых церемоний перезнакомились. После этого количество развлечений значительно возросло. Юноши устраивали под луной на скалах костры и концерты. Веселые пикники затевались во всех рощицах, всех бухточках, заросших водорослями, и вообще в любых подходящих местах. А дуэньями на таких совместных сборищах выступали матери, которые привезли на отдых стайки своих непослушных детей. И как же удивились эти скромные учительницы, когда поняли, что три подруги – вовсе не городские заносчивые модницы, а девушки, стремящиеся приятно и с пользой провести тут время.

Нелли решительно наслаждалась всем этим, испытывая постоянное удивление, что чувствует себя здесь гораздо лучше, чем в Ньюпорте. Она просто забыла: ведь на курорте ей приходилось переодеваться несколько раз на дню и танцевать по ночам в душных залах. А вся физическая активность сводилась там к езде в экипажах или лодочным прогулкам, причем на веслах всегда сидел кто-то другой.

– Воздух и тишина, что ли, причиной, но я так изменилась, что папа, наверное, меня не узнает, – сказала Нелли по прошествии почти месяца. – Загорела. Руки от гребли окрепли. Наверное, все платья придется потом расставлять.

– Ты запасаешься здесь энергией и здоровьем на целый следующий год. Как бы хотелось мне, чтобы бедные девушки имели возможность каждое лето проводить месяц-другой подобным же образом. Я имею в виду бедняжек, которые теряют здоровье не от вредных привычек и увеселений, а от трудной работы, – сказала Мэри, зная не понаслышке об изнуряющем каждодневном труде. Ей самой много лет пришлось быть гувернанткой, да к тому же еще ухаживать за больной матерью и заботиться о младших братьях и сестрах.

– Ой, но здесь ведь у вас так дешево. Любой, по-моему, может это себе позволить, – ответила Нелли, гордясь, что выбрала столь экономный отдых.

– Тебе это, может, и дешево, но множеству бедных девушек, которые зарабатывают три-четыре доллара в неделю, только мечтать о таком остается. И я часто задумываюсь, неужели богатым людям не было бы приятно подарить им здоровье и радость за цену, которая наверняка для них совсем незначительна?

– Будь у папы материальное положение как до пожара, я бы, пожалуй, хотела заняться чем-то таким, и у меня бы,