Лоскутный мешочек тетушки Джо - Луиза Мэй Олкотт

стоял холодный, и она отобрала для Мэгги из гардероба дочери уютное теплое серое платье, красный капор, шерстяные чулки и несколько шалей, которые защитят от любого ветра. Энни ведь от всех невзгод защищали теперь небесные силы, хотя, возможно, в своих земных вещах она и сохранила частичку себя, чтобы еще кому-нибудь принести добро, как при жизни старалась утешить и поддержать каждого, кто в том нуждался.

И вот наконец все было готово к отъезду Мэгги. Скромный ее скарб упаковали в легкую корзину, которую она при необходимости могла без усилий нести сама. На внешней части корзины имелась карточка с краткими сведениями о маленькой путешественнице, и такая же карточка висела на ее платье.

И цепочка неизвестных девочке, но искренних друзей пришла в движение. Одни передали ее с рук на руки проводнику нью-йоркского поезда. Другими она была принята от него и доставлена на пароход. Очень бы мне хотелось увидеть, как эта малышка вышагивает со своей корзинкой по палубе – так беззаботно, словно ей предстоит пойти на часок-другой в гости к подружке, а не пересечь Атлантический океан. И все потому, что на каждом этапе долгого пути ее сопровождали неравнодушные люди. Они по-родственному заботились о малышке, снабжая ее по мере сил вещами, в которых она могла нуждаться.

Третьего марта пароход отвалил от американских берегов, а двенадцатого причалил в порту Ливерпуля. За это время веселая общительная Мэгг успела стать любимицей как пассажиров, так и команды. Словом, еще путешествуя, чувствовала она себя почти как дома и вскоре действительно очутилась в родном доме и в пылких объятиях тети.

Путь длиной в четыре тысячи миль! Волшебная сила деятельной благотворительности! Множество добрых людей приняли девочку в свое сердце. Консул и владельцы парохода жаждали увидеть отважную путешественницу. А тетя, привезя ее к себе на Комершиал-инн, Компстолл, принялась писать множество признательных писем, и почтальоны опускали их в ящики по обе стороны океана.

Все время, пока я писала эту историю, взгляд мой обращался к фотографии.

Очень красивая девочка. Фотограф поставил ее на стул. Перед ней на столе корзина с игрушками. Волнистые волосы откинуты назад, так что полностью открыто сосредоточенное лицо. Взгляд девочки задумчив. Видно, что ступает она по земле своими крепкими ножками очень уверенно. Чудесная маленькая героиня. Тетя обожает ее, гордится ею и часто описывает успехи племянницы американским друзьям. Я думаю о Мэгги, живущей в прекрасном доме, и мне почему-то верится, что там, где распростерт скрытый от наших взоров и более прекрасный, чем Англия, мир, мама Мэгги присматривает заботливо за маленькой Энни.

III

Веселое Четвертое июля

В тот год стали модными вечеринки на ступенях, вот и собралась однажды вечером примерно дюжина молодых людей, облюбовав крыльцо дома Энни Хедвин и разработав там под сенью сумерек план, который чуть позже очень успешно осуществился.

– Я лично рад, что нам теперь выдают на праздник ограниченный запас пороха и что хлопушки запрещены. От них было столько неприятностей. Люди и лошади пугались грохота. Дома загорались. А искры прожигали дыры в одежде, – сказал Фред, оседлавший вместе с еще несколькими юными джентльменами ворота.

– Да, нынешнее Четвертое июля будет сильно отличаться от прошлых, без салюта три раза за день. Власти боятся. У старой пушки такая отдача, что кому-нибудь может снова оторвать руку, как год назад, – подхватил Элли Дикенс, главный щеголь этой компании, вытягивая вниз безукоризненные манжеты, в надежде восхитить Мод своими новыми запонками.

– Чем же нам вечером-то заняться, если бала не будет? И лишены мы его только по той причине, что старшему поколению, видите ли, наскучило танцевать. Ужасная несправедливость! – выдохнула досадливо хорошенькая Белл, которая танцевала как фея, никогда от этого не уставая.

– Хоть гонки наши на лодках отменить не посмели. Испугались небось, что если они и это запретят, то быть мятежу, – выкрикнул длинный Герберт, растянувшийся на лужайке у ног черноглазой Джулии.

– Мы просто обязаны изобрести какое-нибудь развлечение на сегодняшний вечер. Думайте и предлагайте. План должен быть потрясающе увлекательным, но безопасным! – воскликнула Грейс.

Проведенное без веселья время представлялось ей напрасно потраченным. Сейчас, например, она, улучив момент, незаметненько опустила в карман Джека Стратта жабу и с нетерпением ожидала момента, когда он полезет за носовым платком.

– Давайте назначим приз за лучшую идею. На раздумья всем пять минут, а потом предлагайте. Самый хороший план приведем в исполнение, – сказала Энни, очень довольная таким живым началом вечеринки.

Остальные ее поддержали и, умолкнув, погрузились в сосредоточенные размышления, которые время от времени прерывал чей-нибудь вопль: «Придумал! А хотя нет. Не годится!» Подобные реплики встречались компанией краткими взрывами хохота, за которыми вновь следовала тишина.

– Время вышло, – объявил наконец, глянув на свои золотые карманные часы-луковицу, Фред.

Все предложения оказались по-своему интересными, однако после длительной дискуссии большинство одобрило идею Герберта. Он предложил пуститься вечером в плавание на лодках. Должно было выйти очень красиво. Они и катанием насладятся, и фейерверк увидят, который власти организовали на вершине горы, и отдохнут, не подвергаясь никаким опасностям.

– На каждую лодку повесим по цветному фонарику. Во-первых, для красоты, а во-вторых, уж точно тогда в темноте не столкнемся с какой-нибудь другой посудиной, – подала мысль Энни, которую водные прогулки всегда немного страшили.

– А почему бы тогда не осветить лодки полностью? Устроим что-то вроде китайского праздника фонариков. Я недавно как раз читал о таком и знаю, как это делается. Скажете, плохо? – И Фред, загоревшись своей идеей, так резко всплеснул руками, что едва не свалился с ворот, а из карманов его высыпалось несколько библиотечных книжек. Очень было похоже на то, как выбрасывают из корзины воздушного шара положенные туда для балласта мешки с песком.

– Да! Да! – поддержали его нестройным хором остальные мальчики, которым воображение уже весьма ярко нарисовало китайский праздник.

– Фред и Энни достойны первого приза. Их планы действительно гениальные. Мы же можем не просто покататься, а устроить процессию лодок с фонариками. Выйдет куда эффектнее давно всем надоевшего фейерверка, – обогатила замысел новой идеей Элли.

– Да! Да! Правильно! – по-разному, но с одинаковым пылом отозвались остальные и с энергией, свойственной людям их лет, пустились в дальнейшую разработку плана захватывающего предприятия.

– Давайте все кем-нибудь переоденемся, – сказала Джулия, обожавшая театр.

– Каждый изобразит какой-то забавный персонаж, – добавила Мод, представляя себе, как изумительно станет выглядеть со своими светлыми волосами в роли русалки.

– И, проплывая под мостами, мы будем петь, – добавила еще больше красочности в задуманное празднество очень любившая музыку Энни.

– Жаль, лодки еще танцевать не заставишь. Представляете, как было бы здорово, если бы они с фонариками могли вальсировать