Лоскутный мешочек тетушки Джо - Луиза Мэй Олкотт

друг другу разнообразные пугающие истории, меня осенило: «Поведаю-ка я о своем собственном призраке. Кто-то из присутствующих наверняка впечатлится до нужной степени и пожелает этой же ночью самолично ощутить присутствие мистера Такера».

Едва утерпев до момента, когда с просьбой о какой-нибудь истории обратятся ко мне, я, уж поверьте, расстаралась и, умолкнув, принялась в наивной уверенности ждать, что пораженные слушатели вот-вот разразятся аплодисментами.

Они и впрямь оказались поражены, однако совсем не так, как мечталось мне. Миссис Грант рассмеялась. Следом за ней зашлись в хохоте двое мальчишек.

Ошарашенная столь странной реакцией, я потребовала объяснения, и миссис Грант охотно дала мне его. И тогда расхохоталась уже я. Всего одной сказанной ею фразы хватило, чтобы призрак мой был уничтожен. Дело в том, что, как выяснилось, мистер Такер обитал, умер и даже, по слухам, действительно до сих пор являлся кое-кому из живых не в моем коттедже, а в полуразрушенном доме на другом конце аллеи.

– Тогда откуда взялись эти жуткие звуки? – поинтересовалась я, хоть и с облегчением, но все же слегка раздосадованная тем, что романтика рассеялась, словно дым.

– Да это все мой братец Пат, – вновь рассмеялась владелица пансиона. – Я решила, что вам, верно, страшно будет остаться на ночь совсем одной, вот и предложила ему составить вам компанию и поспать в задней спальне. Только голова-то у меня дырявая – и вас я об этом предупредить забыла. А храпун он у нас знатный. Так что никто в доме, слава богу, не стонал. Ну а капель… Вы же сами просили морской воды принести. Кто ж знал, что ведро, в котором служанка ее вам доставила, худым окажется? Из дырочки-то и капало. А Пат, когда ранним утром поднялся, лужу, конечно, сразу вытер.

Вопрос о бритве на столе отпал сам собой, но про грабителя рассказать мне все же хотелось. Ведь при встрече с ним я и впрямь проявила мужество и потому, полагая, что мое поведение будет всеми оценено по достоинству, осведомилась как бы ненароком:

– Похоже, у мужчин в Йорке принято, словно у тетеревов, по ночам сидеть на деревьях?

Взрыв хохота, которым ответили мальчишки, лишил меня последнего шанса на славу. Джо, один из них, едва отсмеявшись, так возжелал успеха, что даже решился сознаться в собственном прегрешении.

– Джонни хотел с утра пораньше ободрать последние вишни с того дерева, а мне и самому этих вишен было охота. Ну, я поднялся еще до рассвета… мы с Джонни все равно в четыре договорились на рыбалку вместе идти… и полез туда…

– И как, добыл ты свои вишни? – перебила я, стремясь взять пусть маленький, но все же реванш.

– Не-ет, – поморщился Джо и потер ушибленное колено.

А Джонни, ликуя, добавил:

– Видали бы вы, до чего он перепугался! Несся оттуда как угорелый. Ему-то откуда было знать, что в доме кто-то есть? Вот и слетел с дерева кубарем. Решил, будто в окне привидение. Да еще ногу зашиб и даже на рыбалку не смог пойти. А вишни потом все мне достались.

Комментарии, как говорится, излишни. Мальчишки, бухнувшись на стог сена, принялись весело тузить друг друга. Ну а миссис Грант поспешила на кухню, и раздавшийся вскоре оттуда смех дал мне понять, что мою ночную историю и там с удовольствием слушают.

XII

Китти на выставке

Китти была сиротой из работного дома. Изо дня в день ее загружали самыми разнообразными поручениями. То за детьми присмотреть, то сбегать куда-нибудь. Вот и сновала она неустанно взад-вперед. Этакая маленькая девочка на побегушках. Жизнерадостная, стремившаяся по мере сил оставаться хорошей и стойко верившая, что в жизни ее непременно случится какая-то удача.

Она часто слышала о сельскохозяйственных выставках, но, несмотря на то что устраивались они в их городе ежегодно, ей ни разу не удавалось туда попасть.

Интерес у нее, однако, к этому событию не угасал, и тем октябрем, о котором ведется речь, она незадолго до очередной выставки спросила у своего товарища по работному дому, Сэма:

– Ты вроде бы говорил, будто туда может бесплатно пройти любой, у кого есть что выставить?

– Да, если это что-то стоящее. Ну там хорошие фрукты или такая корова, за которую на выставке дают премию, – ответил Сэм, не отрываясь от колки дров.

– А что такое премия? – заинтересовалась Китти, отвлекшись от сбора щепок.

– Деньги. Кому много, а кому только доллар или еще того меньше, – пояснил Сэм.

– Очень бы мне хотелось там с чем-нибудь выставиться, но у меня нет ничего, кроме кисы, – погладила девочка белого пухленького котенка, который прыгал у ее ног.

– Так и пойди с ней. Она красивая, вдруг тебе за нее приз дадут, – ответил мальчик, симпатизировавший и Китти, и ее кошечке.

– Разве с кошками туда тоже можно? – всерьез озадачилась девочка.

– Ну, если уж кошка не скот, то я даже не знаю, что сказать, – усмехнулся Сэм.

– Тогда возьму ее, – приняла решение Китти. – Деньги не получу, так хоть выставку увижу. Только веди себя там хорошо, – нагнулась она к котенку. – Вдруг кисам тоже премия полагается? Тогда смогу на нее потом купить себе книжку сказок.

И Китти, представив такую возможность, запрыгала от радости.

Котенок тоже развеселился. Он перекувырнулся, спугнул цыпленка, вскарабкался по спине хозяйки ей на плечо и посмотрел на нее оттуда, словно бы спрашивая, не за такие ли именно трюки дают на этой выставке премию?

– Ты же все равно повезешь туда курочек мистера Грина, так можно и мне с тобой? Я не помешаю, правда не помешаю! Уж больно я выставку хочу увидеть! – проговорила Китти после недолгой паузы, когда хорошенько обдумала план действий.

Сэм и без всяких просьб собирался взять ее с собой, тем более что идея подруги показать на выставке котенка его здорово позабавила. Взглянув на Китти, он, как человек бывалый, принялся в шутку наставлять ее:

– Ладно, уговорила. Попытаюсь тебя как-то устроить. А котенка ты лучше посади в клетку, что после дрозда осталась. Иначе еще напугается и сбежит ненароком. Да и вообще с клеткой будет посолиднее. Вроде как настоящий экспонат… среди куриц. Люди начнут их сравнивать и обязательно восхитятся твоей кисой. Уж поверь!

Наивную Китти его совет привел в полный восторг. Сэм, конечно, по обыкновению подтрунивал над ней (как это делали иногда и другие ребята из работного дома), но она, совершенно этого не заметив, принялась деятельно готовиться к выставке, надеясь на успех.

Вычистив до сияния старую клетку, она тщательно украсила ее зелеными ветками, а потом выстлала пол ярко-красными листьями. Лучше и не придумаешь. Красный цвет выгодно оттенял снежную белизну котенка. И когда его, идеально