Дикие куры и счастье на земле - Корнелия Функе

– Это объективная данность. Тем прекраснее весна. Кроме того, – она погладила Снеглу по гриве и отвязала веревку от недоуздка, чтобы ей удобнее было есть, – у нас есть вот они.

Девочки устроились на пустых ведрах для корма и наблюдали за лошадьми. Снаружи лютовал ветер, он хлопал дверьми, а шелест дождя громко раздавался даже в конюшне.

– Холодновато для пикника, не находите? – сказала Вильма, встала и запрыгала на месте, чтобы разогреть ноги.

– Если держать двери закрытыми, конюшня хорошо прогревается от тепла лошадиных тел, – ответила Бесс. – А на крайний случай у нас есть маленькая масляная печка.

После того как лошади поели, девочки принесли скребницы и прочий инвентарь. Брунка, которая кашляла, получила свой порошок в особом ведре с кормом, на которое остальные лошади поглядывали с завистью.

– У нас же нет никаких лент! – спохватилась Мелани. – Как мы косички закреплять будем? – Она в замешательстве посмотрела на скребницы.

– Вот беда! Обычно лошадям здесь прически не делают, – сказала Бесс. – Но, может быть, у кого-нибудь из вас есть ленты или что-то подобное с собой?

Лилли и Роберта побежали в дом и вскоре вернулись c богатой добычей.

Шпрота и Труда решили ухаживать за лошадьми, у которых косичек не будет. Гладур и Липурта настолько коротко выскребли себе гривы, что как клиенты салона красоты Мелани они уже не рассматривались. Так что девочки привязали их немного на отшибе, вычесали им коросты из гривы и хвоста, смазали больные зудящие места мазью с календулой и втерли масло в проплешины на крупе. Обе лошади вытерпели все эти процедуры и лишь изредка слегка пугались. Липурта не любила, когда прикасаются к ушам, которые были поражены коростой и выглядели не очень, Гладур же зажал хвост между задних ног, как только Труда попыталась вычистить покрытые коростой участки репицы. Тогда Труда позвала на помощь Бесс, и та схватилась за хвост обеими руками и начала поворачивать его влево и вправо, подняв вверх.

– Он от этого расслабляется, – пояснила она Труде, которая смотрела на все это с недоверием.

– Но ведь, как мне кажется, нельзя стоять позади лошади, – проговорила Труда.

Бесс рассмеялась и отпустила хвост Гладура, что тот встретил одобрительным фырканьем.

– Ну конечно, не всякой лошади это подходит, – сказала она, – но для этих двоих такая процедура очень полезна. Между прочим, – она понизила голос и указала на Мелани, которая в этот момент помогала Лилли сплести косичку на хвосте Снеглы, – ваша подруга по-настоящему умело справляется с малышами. У нее есть младшая сестра?

– Нет. – Шпрота покачала головой и посмотрела на Мелани. – Только старшая сестра, с которой они постоянно ругаются.

– Особенно с тех пор, как им приходится делить одну комнату, – тихо добавила Труда. – А как ты уживаешься с братом? – Она с любопытством посмотрела на Бесс. – Вы часто ссоритесь?

– Да нормально все, – ответила Бесс. – Считай, что нет. Я больше ссорюсь с его друзьями. Они все сплошные идиоты.

– Вот уж да. Такие идиоты и у нас дома есть, – ска– зала Шпрота и почувствовала, как опять краснеет, поскольку вспомнила, чтó Мелани говорила про Фреда.

– Бесс, а где твой отец? – спросила Труда.

Шпрота посмотрела на Бесс с тревогой. Сама она ненавидела, когда кто-то спрашивал у нее про отца. Но если Бесс и чувствовала то же самое, то виду не подала.

– Мой отец? – сказала она и оттолкнула голову Гладура, когда он начал с любопытством пощипывать ее куртку. – Мы иногда ездим к нему с Майком. Родители развелись довольно давно. Но Майку, как мне кажется, его не хватает больше, чем мне. Иногда ему непросто уживаться с двумя женщинами под одной крышей. Мы ведь, как говорится, всегда в большинстве.

– Бесс! – В голосе Мелани звучали нотки отчаяния. – Нужна твоя помощь. Фрейя все время пытается нас укусить.

– Ничего удивительного! – проговорила Шпрота. – Просто она умная. Я бы тоже не захотела, чтобы меня обезображивали косичками.

– Тихо! – прошептала Бесс, прежде чем прийти на помощь Мелани. – Я очень благодарна ей за эти лошадиные прически. Вы не представляете, какими долгими иногда бывают дождливые дни, когда приходится выдумывать развлечения.

Фрейя была не единственной, кому пощипывание гривы и хвоста со временем надоело. Вскоре начала фырчать и Снегла, а за ней и Брунка стала трясти головой, пока девочки не оставили ее в покое.

– В общем-то, они и так уже очень хорошенькие, – сказала Лилли.

– Но у них там еще столько места для косичек остается, – сказала Роберта и с сожалением посмотрела на ядовито-желтые резинки для волос, которые держала в руках. – А у этих двоих, – она указала на Липурту и Гладура, которым Шпрота только что принесла по морковке, – вообще еще никаких косичек нет.

– У них и гривы-то нет, – ответила Шпрота. – Что в их случае настоящее счастье.

– Предлагаю вернуть лошадок на выгон, – сказала Бесс. – Кто сбегает на кухню и спросит, долго ли еще нам ждать пикника?

В дом отправилась Вильма в сопровождении Лилли и Роберты. Троица вернулась с известием, что кухонная бригада просит приготовить все для скорого пикника. После того как Роберта застала Фрейю за тем, что она копытом разбивала ящик со скребницами, а Труда с трудом спасла полный пакет лошадиных крекеров от острых зубов Брунки, было решено перенести пикник на сеновал.

Они соорудили длинный стол из тюков соломы и подтащили другие тюки в качестве сидений. Все уже совершенно запыхались, когда Фрида крикнула снизу: «Встречайте пикник!» Пирог, который кухонная бригада испекла под руководством Хедвиг, был покрыт слоем шоколада в палец толщиной. К нему подавались взбитые сливки, которые Майк чуть было не уронил, взбираясь по стремянке с миской в руках, два кувшина какао, чтобы согреться, и красный чай для тех, кто не любит какао.

От пирога ничего не осталось, а второй кувшин с какао кто-то по неосторожности опрокинул. Дафна отправилась вниз, чтобы принести из кухни добавку.

– А что мы будем делать после пикника? – спросила Роберта.

– Мы можем что-нибудь вам сыграть из «Ромео и Джульетты», – предложила Вильма.

Фрида и Труда побледнели. Но не успели они отказаться, как неожиданно услышали внизу, в конюшне, голос Дафны. Он звучал совершенно растерянно.

– Бесс! – пронзительно кричала она. – Тут кто-то есть! Во дворе кто-то!

12

В первый момент Шпрота не узнала эти мокрые насквозь четыре силуэта, которые закатывали на двор Моны груженные доверху велосипеды. Но потом у первого капюшон съехал назад, и обнаружилась рыжая голова Фреда.

– Быть этого не может! – произнесла Труда. А Мелани протиснулась между Шпротой