Заколдованный замок - Дебра Дойл

— Я давно уже простил тебя, — ответил он, нисколь­ко не лукавя. — Пожалуйста... прошу тебя, встань.

Сэр Реджинальд покачал головой.

— Я должен искупить причиненное тебе зло и отбла­годарить тебя за спасение моей жизни.

«Он не успокоится, пока я не попрошу его о чем-ни­будь, — понял Рэндал. — Но я же не мастер-волшебник, чтобы посылать рыцарей на край света совершать для меня подвиги».

— Прости, — сказал он. — Никак не могу придумать, что же мне нужно... разве что позавтракать?

— Завтрак ждет тебя, — сказал сэр Реджинальд, вста­вая на ноги. — Твой друг-волшебник не разрешил тебя беспокоить, сказал, что тебе нужно выспаться.

Вместе они вышли на небольшую полянку возле дома Данны. Вся компания сидела под деревом вокруг белой скатерти, на которой были разложены вкусные угоще­ния. Лиз и Бланш подвинулись, освобождая место, и Рэндал с сэром Реджинальдом присоединились к со­бравшимся.

Только сейчас Рэндал почувствовал, как сильно про­голодался после наполненного волшебством вчерашне­го дня. Он молча накинулся на завтрак, тогда как другие оживленно переговаривались. Уолтер, как выяснилось из беседы, уже успел побывать в лагере барона — искал, кому бы передать возвращенное золото. Там он обнару­жил, что все наемники капитана Дрейкарта в целости и сохранности сидят у себя в палатках.

— Похоже, — озадаченно рассказывал Уолтер, — что в разгар битвы у ворот все они услышали, как боевой ро­жок трубит сигнал к отступлению. Однако ни Дрейкарт, ни барон не отдавали такого приказа...

Мэдок усмехнулся.

— Если они слыхали, как рожок трубит отступление, значит, кто-то подал этот сигнал.

— Кто-то, — повторил Рэндал и улыбнулся про себя, вспомнив, что Мэдок всегда был силен в колдовстве, связанном со звуками и светом. — Это вы велели им от­ходить, правда?

Мэдок кивнул и улыбнулся в ответ.

— Почти все они — люди порядочные... насколько можно быть порядочными при их занятиях. Они не за­служивали такой участи — навеки оказаться запертыми в Колокольном замке, когда круг замкнется.

— Что же все-таки случилось в Колокольном замке? — поинтересовалась Лиз.

— Сработали два заклинания, — пояснила Данна. — То, которое я наложила снаружи, когда магия позволила мне проникнуть туда, и то, которое изнутри наложил сам Гаймар. — С лицом суровым, как у судьи, она продолжила: — Ради моего народа пора было уничтожить этот замок. Вот я и заставила его исчезнуть. А придвор­ный волшебник лорда Фесса тем временем захотел по­вернуть время вспять — к тому моменту, когда защита еще не разрушилась — и у него это тоже получилось. Те­перь замок вместе со всем, что в нем находится, очутил­ся за пределами нашего мира и навеки останется там, где его не коснутся ни время, ни возраст, ни разруха.

Уолтер покачал головой.

— Незавидная судьба, — молвил он. — Гаймар и Тибальд, ничего не скажешь, были негодяями, а сэр Гийом — вероломным человеком и предателем, но разве заслужили такой участи все воины Фесса?

Ему ответила леди Бланш:

— Все они были готовы присягнуть, что меня выдают замуж по доброй воле, — сказала она. — А когда мой муж лежал раненый и истекал кровью, никто из них пальцем не шевельнул, чтобы помочь ему. Я ни слезинки не про­лью по ним, сэр Уолтер. По мне, они сполна заслужили свою участь.

Рэндал перестал крутить в пальцах корку хлеба и под­нял глаза.

— Но даже Фесс и Тибальд были правы в одном, — медленно произнес он. — Брисландии нужен законный король. Только он способен восстановить в стране поря­док и справедливость. Леди Бланш, если вы действи­тельно последняя представительница королевского ро­да, может быть, вы согласитесь подняться на трон?

Молодая женщина запротестовала, но Мэдок ласково улыбнулся ей и покачал головой.

— В этом нет нужды, — сказал он. — Есть на свете че­ловек, который обладает куда большими правами на престол. И пришло время ему заявить о своих правах.

Он поставил на скатерть свою флягу с сидром.

— Разрешите, я расскажу вам историю. Много лет на­зад у Великого Короля Брисландии родилась дочь. И было у него много врагов. Когда король попал в плен к врагам и помощи ждать было неоткуда, он призвал одного из своих друзей, который, по счастью, оказался волшебником. «Я обречен на смерть, — сказал король. — Но, если ты предан мне, спаси мою дочь». Волшебник взял дочь Великого Короля и отнес в единственное место на земле, где она действительно была в полной безопасности.

— В Тарнсберг? — спросил Рэндал.

Мэдок покачал головой.

— Нет. Даже в Тарнсберге люди борются за мирскую власть. Друг Великого Короля отнес его дочь в Страну Эльфов, и там, под защитой законов этой страны, она и останется, пока кто-нибудь не привезет ее обратно.

И тут Рэндал вспомнил еще одну историю, которую когда-то рассказал ему Мэдок.

— Вы знали Великого Короля с тех пор, как он был всего лишь наследным принцем и смотрителем север­ных границ, — произнес юноша, — а вы сами были воль­ным подмастерьем. Это вы спасли его дочь?

Мэдок печально вздохнул.

— Я сделал для старого друга все, что мог, — сказал он. — Но даже тогда я понимал, что этого мало. В Стра­не Эльфов принцессе можно было не бояться тех врагов, которые отняли жизнь у ее отца. Я оставил ее там, под опекой короля эльфов, и ушел. А если смертный чело­век покинет пределы Страны Эльфов по доброй воле, он никогда не сможет вернуться туда.

— Тогда как же нам вызволить принцессу, чтобы она поднялась на престол? — спросила Лиз. — Если вы не можете вернуться...

Рэндал задумался. «Мэдок не может попасть туда. Но законная королева Брисландии находится в Стране Эльфов, и кто-то должен привести ее домой».

Воспоминания нахлынули на юношу, и он зябко по­ежился. «Пока я был еще учеником в Тарнсберге, мне снилось, что моя магия вернула жизнь и расцвет на вы­жженную землю. А в Видсегарде призрак мастера Лэрга сказал, что впереди меня ждет важное дело. А всего лишь три дня назад мне приснилась корона, упавшая ко мне в руки, чтобы я нашел ей хозяина... Эта корона должна обрести законного владельца, иначе земля наве­ки останется бесплодной».

Он глубоко вздохнул и обернулся к сэру Реджинальду.

— Ты спросил, не можешь ли ты чем-нибудь помочь мне, — сказал юноша. — Кажется, я нашел для тебя дело.

— Какое? — с готовностью отозвался сэр