О чем молчали березы - Надежда Владимировна Смаглий

там написано? Но итальянцы были союзниками немцев. Вспомни, мы же проходили в школе. И эти союзнички снабжали фашистов обмундированием и прочим.

– Слушай, так футляр, скорее всего, от бинокля, который мы нашли! – воскликнул Бунтарь. – Потому Петька его и выпрашивал.

– Не сходится. Петька за биноклем приходил раньше, чем вёз кофр.

– Да-а… Снова загадка, – развёл руками Бунтарь. – Короче, у Петьки надо выпытать, откуда он узнал о нашем бинокле. Расскажет, никуда не денется.

– С блиндажом тоже надо разобраться. Ты вот сомневаешься: офицерский он или нет? Сам же говоришь, что вы рядом нашли бинокль. А ты вспомни: у солдат они были? – спросил Лёнька.

– Не думаю.

– Нет. Значит, бинокль был у офицера! Усёк?

– Ё-моё, вот я тормоз! Как сам не догадался? – воскликнул Бунтарь и даже головой покачал. – Может, блиндаж и не тот, что мы ищем, но точно офицерский. Слушай, а ещё бинокль мог быть… – Он задумался.

– У разведчиков, которые освободили деревенских. Помнишь, что рассказывала баб Маня? Трофейный, – закончил за него Лёнька.

– Точно. Будем здесь копать.

– Давай сгоняем за лопатами и вперёд! – Лёньку охватил азарт.

Он готов был рвануть в деревню немедленно, но Бунтарь его осадил:

– Не горячись, здесь уже кто-то копает. Только, похоже, не ради трофейного оружия.

– Может, проследить? – разочарованно вздохнул Лёнька.

– Думаю, что сначала надо выяснить, зачем Михеич сюда приходит и зачем ездил в райцентр. Про райцентр легко выведать у Рудика. Только он просто так не скажет, а деньги потребует. У тебя есть?

– Есть, конечно. Только дед здесь ни при чём. Может, он пришёл за грибами, а на дерево сел отдохнуть. Или просто гулял, воздухом дышал. Сердце у него болит. Вчера весь день лежал: плохо было.

– Лёнь, а слёзы он льёт из-за того, что грибов не нашёл? Да и вообще… Ты сейчас видел у него корзинку?

– Нет.

– Объясни тогда, зачем Михеичу таскаться в такую даль, чтобы подышать свежим воздухом, если он может сделать это около дома на лавочке. Здесь же не город. Воздух у нас везде одинаковый. А грибы? Он каждый день тебя ими кормит?

– Ни разу даже на суп не набрал. – Лёнька опустил голову.

– Ладно, не парься, разберёмся. Тебе за Михеича в любом случае стыдиться нечего, – сказал Бунтарь, оглядываясь и, видимо, пытаясь запомнить место.

Лёнька бросил на друга благодарный взгляд и выдохнул с облегчением:

– Пошли Рудика искать.

Часть 5

Лёнька на минутку заскочил домой, Бунтарь остался ждать около калитки. Дед, как всегда, возился в огороде. Увидев внука, поспешил навстречу.

– Ты чего голодный целый день бегаешь?

– Я у баб Мани ел зелёный борщ. Ты брось тяпку, я вечером помогу тебе. Отдыхай! – крикнул Лёнька, взял деньги, и они с Бунтарём помчались к Рудику.

Дед посмотрел вслед и покачал головой:

– Вот тебе, Степан, и пневмония. Место для жилья надо выбирать лучше да занять мальца чем-то, и болезни уйдут. Зачахли в своём городе.

Рудика дома не было.

– В конторе, поди, ошивается, – поглядывая на Лёньку с интересом, ответила его соседка, придерживая за ошейник огромную собаку.

Ребята бросились в контору, понимая, что и там застать Рудика непросто. Но им повезло. Во дворе стоял грязный уазик, а из-под него торчали ноги в заляпанных глиной сапогах.

– Водила, вылезь на минутку, дело есть, – постучал по капоту Бунтарь.

Послышалась отборная брань, и из-под машины вылез Рудик. Вытирая мазутной тряпкой руки, он хмуро поздоровался.

– Чего надо? Не видите, что ли, – человек занят. Всё ходят и ходят. Достали!

Бунтарь возмутился:

– Кто ходит? Ты чего, с дуба рухнул? Я тебя сто лет не видел! Пришли по делу.

– Пришли и говорите своё дело, чего слова месить? – процедил тот сквозь зубы.

Видя, что Бунтарь сжал кулаки, Лёнька отодвинул друга и спросил Рудика:

– Ты деда вчера возил в Пролески?

– Ну, возил. Дорого взял, что ли?

– Я не о том. Пару вопросов надо задать. Кстати, у меня есть деньги, а у тебя, смотрю, машина сломалась. Могу подкинуть пару сотен на ремонт.

– Что мне твоя пара сотен, тут тысячи нужны, – закинул удочку Рудик, видимо размышляя, за что парень собирается заплатить.

– Не-е… Тысяча – это круто, но сотни три могу дать.

Рудик молча протянул руку. Лёнька положил на ладонь купюры.

– И чего надо?

– Куда ты деда подвозил и что он там делал?

– И это всё? – Парень смотрел на него с лёгким недоумением.

– Всё.

– Ну ты, блин, даёшь! Шерлок Холмс городской, чего сам не спросишь у деда? Деньгами швыряешься. Ты их заработал?

– Рудик, я тебе задал вопрос! Остальное не твоё дело, усёк? – вспыхнул Лёнька.

– На почту возил. Михеич отправлял заказное письмо.

– Куда? – разом крикнули изумлённые мальчишки.

– Говорю же, на почту! А куда он отправлял письмо, не знаю. Некогда мне следить за ним и неинтересно. Есть дела поважнее.

– Больше никуда не заезжали? – спросил Бунтарь.

– Заезжали, но по моим делам. Дед в машине сидел. Я свободен?

– Свободен, – кивнул Лёнька.

– Тогда чешите отсюда, мне работать надо. Детский сад, всё бы играли в детективов, бездельники, – проворчал Рудик и, спрятав деньги в карман, полез под машину, откуда снова понеслась брань.

Бунтарь с Лёнькой переглянулись. Отгадки не было, появилась ещё одна загадка: кому дед отправлял заказное письмо?

Они шли по дороге в сторону дома и молчали. Вдруг Бунтарь спросил:

– Лёнь, ты обратил внимание на сапоги Рудика?

– Грязные, как и вся машина.

– Они не просто грязные, они – в глине! И машина в глине.

– Это не грязь?

– А ты видел её вокруг деревни?

– Нет. Да я ещё мало где был. Ты хочешь сказать, что Рудик куда-то мотался?

– Хочу сказать, что у нас в округе нет глины, а откуда она на машине и сапогах Рудика – это большой вопрос.

– Слишком много вопросов. Я ничего не понимаю, честно. Надо у старожилов спросить, где она может быть.

– Надо. Здесь все старожилы… – задумчиво протянул Бунтарь.

– Слушай, я домой рвану, а то деду последние дни что-то плохо, всё таблетки глотает. Давай завтра с утра к близнецам – ив рощу, – сказал Лёнька.

– Давай. Мне тоже надо бабуле помочь, проблема у нас с Маруськой. Может, за ветеринаром придётся мчаться.

Дед был в саду, и Лёнька, не заходя в дом, направился к нему.

«Надо выбрать момент и спросить о письме. Чего он всё скрывает? Может, и правда что-то ищет? Хотя что ему искать?» – размышлял Лёнька.

Дед возился у погреба. Пытаясь закрыть не попадающую в скобу щеколду, он подсунул под дверь лом и, придавливая его