Упрямица - Эмми фон Роден

— Твои подруги так сердечно просили у меня позволения подарить тебе канарейку, что я не в силах была отказать им в этой просьбе, — объяснила начальница Аннеми фон Боссе. — Итак, они все вместе дарят тебе птичку, которую ты так хотела. Ты можешь поставить клетку к себе в комнату, но смотри, не забывай ухаживать за канарейкой как следует — корми, пои и каждый день вычищай клетку!

Рози Меллер тоже не осталась без шутки со стороны подруг, хотя им стоило труда придумать что-нибудь подходящее для этой безупречной девочки.

— Но мы не можем оставить ее без шутки! — настаивала Нелли.

Они с Ильзой отправились в книжный магазин и купили детскую книгу, на которой золотыми буквами было написано: «Хорошим деткам».

— Вот это как раз для нее! — объявила Нелли подругам.

Рози посмотрела на книгу, улыбнулась и отложила ее в сторону: она не поняла намека…

Когда все подарки были разобраны и фрейлейн Раймар с фрейлейн Гюссов поблагодарили воспитанниц за милые работы, преподнесенные им, все пошли в столовую ужинать. А после ужина фрейлейн Раймар велела всем ложиться спать.

Лили никак не хотела расставаться со своими подарками и отправляться в постель. Однако же усталость взяла свое, и малышка уснула прямо на стуле, пока ее раздевали. Сонную, ее уложили на кровать, которая стояла в комнате фрейлейн Гюссов.

Скоро в доме стемнело и все утихло. Сочельник кончился, елка, украшенная золотом и серебром, одиноко стояла в зале. Озарит ли она ярким светом своих душистых свечей и на будущий год всех тех, кто собрался вокруг нее в этот вечер?

Глава XVI. Уроки танцев

Через несколько дней вновь начались занятия. Пансионерки и учителя, уезжавшие на праздники, вернулись, и школьная жизнь вошла в свою колею.

Учение уже давно не было Ильзе в тягость, напротив, оно стало доставлять ей удовольствие. Особенно девочка полюбила рисование, узнав из письма папы, как обрадовала его своей розой. Папочка был поражен успехами дочурки и теперь считал ее едва ли не настоящей художницей. «Я заказал у столяра красивую дубовую рамку для твоей розы, Ильза, — писал он, — и повесил ее над своим письменным столом в кабинете».

Ильзе была неприятна мысль, что ее рисунок находится на видном месте. Она знала своего папочку и живо представляла, как он показывает всем гостям ее первую слабую работу…

Мачеха также очень обрадовалась корзиночке как доказательству Ильзиного терпения и усидчивости. Но больше всего фрау Анну осчастливило письмо, которое она получила от Ильзы к Новому году.

Никогда еще девочка не выражалась так сердечно. Теплая, задушевная нотка звучала в письме, и нежные слова благодарности до слез растрогали добрую фрау Анну. Она почувствовала, что наконец начала рушиться преграда, разделявшая их сердца…

Начались и долгожданные уроки танцев, которые вносили приятное разнообразие в жизнь пансиона. Они проходили два раза в неделю, с шести до восьми вечера в большой зале.

Мелани Шварц считала эти уроки смертной скукой.

— К чему эти припрыгивания? — заговорила она после первого же урока с Флорой Хопфштанге. — К чему эти скучнейшие па, эти реверансы? Будто мы сроду не танцевали! Да я дома все модные танцы изучила, в них ничего нет сложного, а тут жди, пока мы до них доберемся!

— Ах, да! Конечно! — вздохнула Флора. — А главное, танцевать без кавалеров — ужаснейшая скука, — и она мельком взглянула на проходивших мимо окна гимназистов.

— Да, смертельная скука! — согласилась Мелани. — Воспитывают нас с какой-то пуританской строгостью, словно мы послушницы в монастыре.

— Да, с чисто пуританской строгостью! — повторила Флора, которой очень понравилось это выражение. — Я не понимаю, почему нам не позволяют брать уроки танцев вместе с кавалерами!

Однако «ужасно тоскливый» месяц прошел, и как-то за ужином, ко всеобщему изумлению, фрейлейн Раймар объявила, что уступила просьбам учителя танцев и позволила ему пригласить на последние уроки своих учеников-гимназистов. Можно себе представить, с каким восторгом встретили эту весть как юные дамы, так и кавалеры!

Среди молодых людей считалось особенной честью пройти строгий отбор и попасть в список приглашенных в пансион фрейлейн Раймар. Гимназисты часто встречали на улице вереницу гуляющих пансионерок, находили, что ученицы старшего класса отличаются необыкновенной красотой, и горели желанием познакомиться с ними.

— Сегодня вы в первый раз будете танцевать с кавалерами! — объявила однажды фрейлейн Раймар и, заметив, с каким возбуждением была принята девочками эта новость, прибавила: — Надеюсь, что ваш восторг не помешает занятиям! Не забывайте, что кавалеры приглашаются не ради разговоров, а ради танцев.

Аннеми фон Боссе эти нравоучения показались очень забавными, и она фыркнула в салфетку. Начальница строго взглянула на нее.

— Эти слова относятся первым делом к тебе, Аннеми! — строго проговорила она. — Боюсь, ты осрамишься перед гостями своим неуместным хихиканьем. Ну как можно вечно смеяться безо всякой причины! А ты, Грета, не болтай попусту. Сначала обдумай хорошенько, что ты хочешь сказать, а потом уже говори!

Фрейлейн Раймар сочла своим долгом дать маленькое наставление каждой из воспитанниц, но девочки пропускали ее советы мимо ушей. Их мысли витали в других сферах, занятые единственным вопросом: «Что надеть вечером?»

Едва выйдя из-за стола, они опрометью бросились наверх по лестнице в комнату Ольги Засувич и сестер Шварц.

Мелани вынула из комода картонку и принялась доставать из нее искусственные цветы и ленты. Подойдя к зеркалу, она приколола к своим прекрасным пепельным волосам красную розу.

— Как вы находите розу? Она мне к лицу? Да что же это такое, в самом деле! Неужели никто не может осчастливить меня своим вниманием всего на одну секунду? — громко спросила она и даже топнула ногой от нетерпения.

— Роза очень тебе идет, Мелани, — ответила Рози Меллер, которая только что вошла и услышала слова подруги. — По-моему, она прекрасно подходит к твоим волосам!

— Спасибо, Рози! Но у тебя вкус не слишком-то развит, извини, что я так откровенно тебе это говорю! — смутила она бедную Рози. — Ольга, прошу тебя, скажи: идет мне эта роза?

С мнением фрейлейн Засувич в