Да здравствует Королева эльфов! - Дж. М. Кёрл

Наконец Тэйн встретился с ней взглядом. Должно быть, происходящее показалось ему таким же странным, как и ей. Никто из них прежде здесь не бывал.

«Чем?» – безмолвно спросила Лэйола.

Пауза.

«Мы не можем понять».

Камень забирал силу, не останавливаясь. Это походило на отчаянную попытку плыть против бурного течения, что тащило ее назад, пока усталость не сковала ноги. Плечи ее поникли, а рука отяжелела, будто к ней привязали мешки с песком.

– Довольно, – резко сказал Тэйн.

Его холодные пальцы сомкнулись на запястье Лэйолы, и он отдернул ее руку от камня.

Пространство внутри портала на миг вспыхнуло, словно искра от удара двух кремней, а затем все погасло.

«Нам нужно больше магии для полного восстановления».

– Тогда вам придется подождать, – пробормотал Тэйн, сам, казалось, с трудом переводя дух. Он оглянулся через плечо. – Разбиваем лагерь. Немного отдохнем здесь.

Глава 23

Лэйола опустилась на мягкий зеленый ковер лесного мха и прислонилась спиной к каменному кругу. Исходящий из его центра тихий гул согревал ее кожу, но не вытягивал и не истощал ее магию. Она закрыла глаза, стараясь дышать ровно. Дрожь в руках и ногах и слабость в мышцах вызвали приступ тревоги, напомнив о времени, проведенном в башне. Она почти ощущала, как солома с той отвратительной постели впивается в тело, чувствовала сухость во рту, жжение потрескавшихся губ, боль и грызущую пустоту в желудке от жестокого голода. В памяти всплыло испуганное лицо Рейны и багровая полоса, что вздулась на ее нежной шее, когда Тенэйбрис провел по ней клинком. Крик Пайпер, когда Ганнера унесло прочь, навсегда поглотило озеро. Казалось, все это обрушилось на нее разом.

Тэйн даже не смотрел в ее сторону. Он винил ее в гибели Ганнера, не так ли?

– Ты в порядке, Лэйола?

Ее сердце бешено заколотилось, и, несмотря на слабость, она резко распахнула глаза и вскочила на ноги. На лице тети Эвалин, как и у всех остальных, застыла тревога.

Нужно бежать. Почувствовать свободу, вырваться из плена воспоминаний. Кожа горела, дыхание сбилось – еще немного, и она взорвется. Все вокруг расплывалось, туманилось, и лишь картины смерти и отчаяния оставались пугающе четкими.

Заставляя себя переставлять ноги, она сперва двинулась медленно, прижав руку к вздымающейся груди. А затем сорвалась на бег, продираясь сквозь деревья на бешеной скорости. Окружающий мир слился в темно-зеленое пятно, низкие ветви хлестали по лицу, но она почти не замечала боли.

– Лэйола! – раздался вдали голос Тэйна.

Бежать. Бежать.

Она не могла остановиться. Боль во всем теле вытесняла тревожные, навязчивые мысли, что катились в ее сознании нескончаемым колесом. Хотелось вцепиться в волосы и закричать, но вместо этого она лишь заставляла себя двигать руками, подгоняя бег. Горячие слезы струились по лицу. Она перемахнула через поваленное бревно и резко приземлилась по другой стороне. Легкие шаги несли ее над густой листвой. Она петляла между стволами деревьев, пока не вырвалась из леса к самому краю острова. Открывшийся простор давил не так сильно. Озеро блестело в лучах солнца, что наконец выглянуло из-за темных туч, даруя толику облегчения.

Лэйола рухнула на колени, с трудом хватая ртом воздух, и завалилась на бок, на черный как смоль песок. Затем она перекатилась на спину. Меч больно впился в бок, но она, не обращая внимания, уставилась в небо. Прохладные капли дождя забарабанили по лицу. Откуда столько несчастий? Почему окружающие умирали, стоило ей оказаться рядом? Неужели Создателю не было дела до их страданий? Неужели он не слышал их мольбы?

«Приди ко мне. Я помогу тебе», – прошептал тот самый, уже знакомый голос Черного Мага.

Лэйола с силой прижала ладони к вискам.

«Прекрати! Оставь меня в покое!»

«Я чувствую твою боль. Я избавлю тебя от страданий. Но для этого ты должна найти меня».

«Нет!» – мысленно закричала она, ведь именно там, в голове, и звучал этот голос.

Создатель, неужели она сходила с ума?

«Ты и вправду нужна мне. Я так долго ждал».

Тихий шелест в кустах привлек ее внимание. Лэйола склонила голову набок и увидела Тэйна, вышедшего из-за кромки леса. В кои-то веки он, казалось, дышал с трудом. Она стиснула зубы и отвернулась. Ей хотелось возненавидеть его за то, что он преследовал ее, но напряжение в груди немного отпустило.

Он безмолвно пробрался через высокую траву и улегся рядом с ней на песок. В безмятежной тишине они некоторое время смотрели в небо. Глубокое дыхание, что вырывалось из его груди, звучало почти как колыбельная, успокаивая ее истерзанные нервы. Шелест ветра в кронах деревьев, щебет и трели птиц вместе с мерным плеском воды, казалось, погружали ее в забытье. Тиски, сжимавшие грудь, ослабили хватку, и слезы высохли. Она почувствовала, что снова может дышать.

– Я и забыл, как ты быстра, – сказал он благоговейно, словно нарушить покой было грехом.

Лэйола поджала губы и ничего не ответила.

Его рука коснулась ее, а затем теплые пальцы осторожно проскользнули между ее пальцами.

– Почему ты не смотришь на меня?

– Я могла бы задать тебе тот же вопрос.

– Прости, – сказал Тэйн.

Они снова замолчали. Лэйола ждала ответа, а не извинений.

– Я чувствую, что подвел тебя. Тебе пришлось сражаться со мной, вместо того чтобы помогать им.

– Ты думаешь, что подвел меня? – Она села и взмахнула рукой в сторону воды. – Ты себя не контролировал. А я – да. Они умоляли меня о помощи.

Он поднялся на ноги и устремил взгляд на водную гладь.

– Ганнер мертв, потому что я приказал ему быть здесь. Он погиб из-за меня. Как и все остальные, кого я потерял. Но те хотя бы пали в битве за нечто большее. Защищая жизни своих семей и тех, кого любили. – Тэйн наконец посмотрел на нее. В его глазах плескалась ярость, а лицо исказила мучительная гримаса. – Ганнер погиб за камень, в существовании которого мы даже не уверены. Все это не более чем слухи и домыслы. Создатель, как же я устал от бессмысленных смертей моих подданных.

Она невольно попятилась от волны гнева, что исходила от него, подобно порыву ураганного ветра. Ей доводилось видеть его в ярости, но это было иное. Это была… мука.

– Мне жаль, что на тебя легло это бремя. И жаль, что я не смогла его спасти.

– Я не виню тебя, – отрезал он и ударил себя ладонью в грудь. – Все из-за меня.