Да здравствует Королева эльфов! - Дж. М. Кёрл

– Они и есть мой подарок. Весь двор только их и обсуждает. Посмотри, все взгляды прикованы к нам. Мама обожает внимание. Каждый подумает, что это она пригласила их на свой праздник.

Тэйн оглянулся через плечо. Почти все присутствующие уставились на них, словно дети на новую игрушку. В одних взглядах читалось вожделение, в других – любопытство, а некоторые смотрели так, будто готовы вот-вот обратиться в зверя и напасть. Близняшки, которых он видел ранее, посылали ему улыбки, кокетливо играя с прядями своих волос и облизывая губы. Многие мужчины разглядывали Лэйолу и Пайпер с таким голодом, что у Тэйна волосы на затылке встали дыбом. Вердраки, в отличие от эльфов, не обладали врожденной, безупречной красотой. Своим разнообразием черт они напоминали людей: среди них встречались и красавцы, и дурнушки, но большинство не выделялось ни тем, ни другим. У одного был слишком большой нос, у другого – близко посаженные глаза, у третьего – скошенный подбородок или неровные зубы. Оба принца, однако, были по-своему привлекательны. Тэйн предположил, что их мать, должно быть, в свое время была избрана за ее красоту.

Внезапно музыка умолкла. Гости в центре зала почтительно расступились, образуя живой коридор. Вперед выступили король и королева. На иссиня-черных волосах монарха покоилась золотая корона высотой в добрый локоть, а темно-синяя мантия влачилась по полу тяжелым шлейфом. Ворот и полы его одеяния были оторочены белым мехом. Принц Йорен был точной копией отца: тот же бронзовый оттенок кожи и волосы цвета воронова крыла. Королева же сияла белизной кожи, подобной молоку, а ее густые серебристо-белокурые волосы волнами струились до самого пола. Алое, словно рубин, платье облегало ее совершенный стан, а шлейф тянулся следом не меньше чем на метр. Корона на ее голове не уступала в высоте королевской и вся горела блеском бесчисленных рубинов. Тэйн лишь убедился в своей догадке: она была самой прекрасной драконицей из всех собравшихся.

Герольд трижды ударил своим посохом о мерцающий мраморный пол:

– Король и королева!

Все присутствующие, кроме принцев, опустились на одно колено. Лэйола с изумлением взглянула на Тэйна. Он едва заметно покачал головой и, взяв ее ладонь, ободряюще сжал пальцы. Он не преклонял колен перед монархами, будь то павший король или правящий, а значит, и она не станет.

По залу пронесся тихий ропот:

– Они не преклонили колен?

– Какое неуважение…

– Кто они такие?

Тэйн глубоко вдохнул, расправил плечи и высоко вскинул подбородок. Король и королева драконов проскользнули мимо, не удостоив их даже взглядом. Роунан толкнул Тэйна плечом:

– То, что у тебя между ног, должно быть, немалых размеров.

Тэйн усмехнулся:

– На самом деле, довольно маленькое. Даже крошечное.

Тихо рассмеявшись, Роунан покачал головой:

– Не думал, что ты шутник. Но будем надеяться, матушка не откусит тебе за это голову. У нее нрав горячее солнца, как и у многих драконов, хотя при эльфийских гостях все будут вести себя наилучшим образом.

Король и королева Драконнаны заняли свои места. Музыка заиграла вновь, и все поднялись, вернувшись к прежним беседам. Суровый взгляд короля Дрейка остановился на Тэйне, и он наклонился через массивный золотой подлокотник к своей жене. Она обратила на него и Лэйолу свои ледяные глаза, а затем отвернулась, словно они не стоили ее внимания.

– Почему бы вам двоим не выпить вина? – сказал принц Йорен и указал на ближний золотой фонтан, из которого струилась розовая жидкость. – И оценить угощения.

– С удовольствием, благодарю, – ответила Лэйола и, взяв Тэйна за руку, повела его к столу, что ломился от мясных яств.

Здесь были целые кабаны, одни искусно зажаренные, другие – сырые, с вырезанными из них кусками, отчего у Тэйна слегка помутилось в желудке. Была тут и оленина, и кролики на вертелах, и целиком запеченные фазаны с курами. Изысканные закуски и сладкие десерты оставались почти незамеченными на фоне этого изобилия.

Тэйн взглянул на Пайпер. Та медленно покачала головой, затем похлопала Роунана по руке и продолжила беседу с принцем. Значит, у нее тоже не было новых сведений. Похоже, им предстояла нелегкая работа.

– Есть идеи? – спросила Лэйола и опрокинула в себя полный бокал вина.

Тэйн, проводив бокал взглядом, изогнул бровь:

– Так мучит жажда?

– Немного, – ответила она с усталостью в голосе. – Роунан уже угощал меня. Ты пробовал? Это вино не уступает калладирскому. Да и, по правде говоря, все это сборище заставляет меня нервничать.

– Что ж, попридержи коней. Прошу тебя. У меня чувство, что они только и ждут, чтобы мы напились.

– С чего бы?

– Просто доверься мне в этом.

Лэйола посмотрела на кружащуюся в бокале розоватую жидкость.

– Этот будет последним.

– Сейчас нам нужно соответствовать той роли, какую они для нас приготовили. Будь мила, больше улыбайся. Нельзя давать им лишний повод для подозрений, они и так уже нас насквозь видят. Я разозлил их, когда не поклонился.

Лэйола начала напевать в такт музыке, наблюдая за танцующими. Нахмурившись, он легонько коснулся ее щеки, привлекая внимание.

– Они не должны знать, что мы охотимся за скипетром.

– Я помню. Не волнуйся.

Тэйн улыбнулся:

– Ты выглядишь ошеломительно. Не могу отвести взгляд.

– Перестань, – хихикнула она, толкнув его плечом. – Ты пытаешься заставить меня покраснеть.

– Если бы я хотел, чтобы ты покраснела, – сказал он, скользя пальцами по ее руке, – я бы рассказал тебе о своем сне на днях, – он наклонился ближе, – и о звуках, что ты издавала. Не могу выбросить их из головы. Словно навязчивая мелодия, что звучит вновь и вновь.

Легкий румянец тронул ее щеки, и Лэйола чуть вздернула подбородок:

– Не обольщайся. Это все вино, от него мне стало немного жарко.

Тэйн рассмеялся и, обняв ее за талию, притянул к себе:

– Полагаю, сегодня у нас наконец будет отдельная комната?

Она лукаво улыбнулась:

– Я уже позаботилась об этом.

От толпы отделилась группа из семи вердраков – три женщины и четверо мужчин – и окружила их. Тэйн придвинулся к Лэйоле, властно положив руку ей на поясницу. Один из мужчин, совсем юный, на вид не старше лет двадцати, не мог оторвать взгляда от нее. Тэйн его не винил. На одной из дам сверкало ожерелье из пяти изумрудов с таким множеством бриллиантов, что походило на перевернутую диадему.

Она улыбнулась и заговорила первой:

– Как вам здесь? Нравится?

За этим вопросом тут же последовал шквал других от остальных:

– Сколько вам лет?

– Вы когда-нибудь видели драконов?

– Каково это – сражаться с бледными в Палэйноре?

Лэйола с улыбкой кивала и пила вино. На большинство вопросов