Да здравствует Королева эльфов! - Дж. М. Кёрл

ее щеки залил румянец. – В общем, я попросила показать мне место, где будет проходить сражение. Это огромная арена. А трибуны вместят не меньше десяти тысяч зрителей. Земля там вся в пятнах крови, а у основания стен по всему периметру боевой площадки есть несколько дверей. Полагаю, чтобы впускать кого-то.

Лэйола прикусила нижнюю губу:

– Кого, например?

– Роунан не сказал, и мы не стали смотреть, но я слышала… вой… и визг.

Лэйола посмотрела через плечо Пайпер на Тэйна. В горле у нее внезапно пересохло.

– Ты имеешь в виду… бледных?

– А что, если это драконы, обращенные и проклятые? – понизила голос Пайпер. – Можете себе представить?

Тэйн вскочил с кровати, нарушив тишину гулкими шагами.

– Драконы остаются здесь, в горах, чтобы избежать проклятия. Они не желают видеть тут бледных, не говоря уже о проклятых драконах. Можно не беспокоиться об этом. – Он улыбнулся Лэйоле. – Ты выглядишь феноменально. Отличная идея, Пайпер.

Лэйола попыталась обернуться, чтобы посмотреть на отражение, но Пайпер схватила ее за руку и повернула обратно.

– Я еще не закончила. – Она обмакнула большой палец в багряную краску, а затем провела одну черту от нижней губы Лэйолы до самого подбородка. – Хорошо, теперь можешь смотреть.

Боевая раскраска. Только так она могла это назвать. Черная краска, словно маска, растеклась по ее глазам и лбу, а три алые руны прямо под линией волос и черта на подбородке придавали образу еще больше свирепости. Ее светло-голубые глаза выделялись, точно яркие светила на фоне эбеновой краски.

– Что означают эти руны?

– Это древний эльфийский, а не руны Черного Мага, не волнуйся. А означают они «богиня войны».

Лэйола усмехнулась и внимательно рассмотрела себя в зеркале. Она и впрямь выглядела как богиня войны.

– Пайпер, ты лучшая. Спасибо.

– Являешься ли ты их потомком или нет, но ты достойна этого звания.

Земля содрогалась под ногами от топота и рева тысяч вердраков. Этот грохот был так силен, что заглушал даже хриплые крики стервятников, круживших высоко в небесах. Лэйола заставила себя глубоко вдохнуть. Стервятники всегда ждут мертвой плоти, и, во имя Создателя, она надеялась, что это будет не ее плоть. Арена из песчаника была почти так же высока, как и городские стены. По трем ее гигантским ярусам вились лианы, оплетая арочные проходы, достаточно просторные для полностью обратившегося дракона. Над головой проносились сотни этих существ, переливаясь всеми мыслимыми цветами. Некоторые снижались, и мощные взмахи их крыльев поднимали с земли пыльные вихри. Тэйн накрыл ее руку своей и ободряюще стиснул пальцы. Простой жест принес ей толику столь необходимого спокойствия.

Принц Роунан продолжал идти, пока Лэйола, Пайпер и Тэйн стояли как вкопанные, задрав головы кверху.

– Да благословит их Создатель, – прошептала Пайпер, коснувшись губами кончиков пальцев и воздев руку к небу.

Роунан обернулся и, пятясь, усмехнулся:

– Сегодня им это благословение ни к чему. Еще не поздно отступить.

– Можешь сказать то же самое своему брату, когда он вернет скипетр.

Тэйн шагнул вперед, увлекая за собой Лэйолу. Они вошли в туннель, и лязг их доспехов гулким эхом отразился от стен. Дюжина стражников, что их окружала, следовала за ними безупречным строем.

Я храбрая и сильная. Я богиня войны.

Несмотря на эти мысли, у Лэйолы свело живот. Вердраки перевешивались через перила, осыпая их кроваво-красными лепестками роз, которые кружились в воздухе, точно снежинки. Сапоги Лэйолы ступали по алым цветам, устилавшим путь, и она не могла думать ни о чем, кроме того, что они цвета крови.

– Прощальный подарок, – бросил Роунан через плечо.

Эти драконы считали, что эльфийского короля и его возлюбленную ждет конец. Лэйола пыталась отогнать эту мысль, но от осознания, что лепестки бросают им на прощание, по коже пробежал холодок.

Она подняла взгляд, желая увидеть, смеются ли они, издеваются ли, но среди множества лиц заметила одно знакомое.

Создатель Всемогущий… Варлетт.

Прошла неделя с тех пор, как они в последний раз видели ее в Ньюардене. Неужели она все это время была здесь? Почему решила показаться именно сейчас? Варлетт улыбнулась и сдула с ладони горсть алых лепестков роз.

– Варлетт здесь, – прошептала Лэйола.

Тэйн равнодушно вскинул взгляд:

– Ты уверена?

– Я видела ее своими глазами.

– Пусть Варлетт и прочие сгинут в преисподней. Я – Король-Воитель, а ты – Лэйола Несущая Свет, и наш конец наступит не здесь.

Она подавила страх, сокрыв его в той непроглядной тьме, где привыкла таить свою магию. Лицо ее обратилось в каменную маску. Дух воительницы пробудился в ней, пронесся по жилам, напрягая каждый мускул в готовности к битве. Лэйола отрешилась от боязни потерь, от страха смерти – от всего. Она вновь стала той эльфийкой, что пришла в этот замок сокрушить своих врагов. Не добычей, но хищником.

Принц Роунан замер посреди огромной арки, что вела на утоптанную землю арены. Лэйола устремила взор мимо него, в самый центр, где их уже ожидал принц Йорен. Сквозь его человеческий облик проступали очертания громадных крыльев, а кожа отливала серебром драконьей чешуи. Волоски на теле Лэйолы встали дыбом. Будь у самого ужаса плоть и кровь, он выглядел бы именно так. Не прибавляли утешения ни черепа, вмурованные в каменные стены, ни рев толпы, скандировавшей: «Йорен! Йорен! Йорен!» Этот гул отдавался дрожью в самой груди.

Роунан опустил одну руку на плечо Лэйолы, а другую – на плечо Тэйна:

– Все, что от вас требуется, – добыть скипетр. Едва он окажется в ваших руках, все будет кончено.

Действительно ли Роунан был на их стороне? Или ему просто нравилось затевать игры с братом и досаждать своей семье? Понять его было нелегко. Но Лэйола кивнула и вскинула подбородок. Роунан поджал губы.

– Не забывайте, что я говорил о скрытых преградах. Берегите спину, ибо весь этот поединок – одна большая ловушка. – Он оглянулся на брата, который не находил себе места, мечась взад-вперед, словно пойманный волк. – Вынудите его обратиться. Звучит странно, я знаю, но в этом случае скипетр станет больше, и вырвать его из рук Йорена будет легче. Артефакт меняется вместе со своим хозяином. Брат же постарается избежать превращения, ведь в зверином обличье он явит эльфам свою слабость.

– Схватить скипетр станет проще, но вот одолеть чудовище и покончить с ним – неизмеримо труднее, – возразил Тэйн.

– Убивать его и не требуется. Более того, я настоятельно не советую этого делать, иначе моя мать из мести умертвит твою нареченную, а тебя оставит жить с этой болью, – с кривой усмешкой произнес Роунан и подмигнул Лэйоле. – Лэйола, помни о силе, что