Да здравствует Королева эльфов! - Дж. М. Кёрл

так силен, что сбил дыхание. Пронзительный вопль резанул слух. Она резко вскинула голову и успела заметить, как зазубренные когти вспороли ей руку, оставив глубокие борозды на доспехе и рваные раны на коже. Сдержав крик, Лэйола зашипела от боли и сделала выпад мечом в сторону небольшого дракона размером с волка. Но нет, это был не дракон. Его передние лапы были соединены с крыльями – зеленая виверна. Тварь увернулась от ее клинка и угрожающе зашипела, высунув длинный змеиный язык. Затем виверна поднялась на чешуйчатых задних лапах, возвышаясь над ней почти на три метра. Из тени выскользнула еще одна, а следом и третья. Создатель, в этой яме их было трое! Она ударила виверну сапогом в брюхо, затем стремительно взмахнула мечом, рассекла перепончатое крыло и лапу. Тварь взвизгнула и забилась, разбрызгивая ярко-зеленую кровь, что брызгами легла на грудь Лэйолы. Несколько капель попали в рану на ее левой руке, и боль обожгла кожу, словно прикосновение кислоты. Проклятие, как же жжет! Лэйола яростно стерла кровь, но в тот же миг две других виверны взревели так пронзительно, что у нее запульсировало в ушах. Не важно. Она вскинула руку, и из нее выстрелила лоза. Один ее конец обвился вокруг запястья, а другой зацепился за край ямы наверху, и она подтянулась, выбираясь наружу. Три виверны вырвались следом, взмыли в воздух и закружили над ней, беспорядочно хлопая крыльями.

Но все это было лишь для отвода глаз. Из ребер принца Йорена торчал кинжал, и по чешуе его медленно стекала струйка крови. Перепонка на левом крыле была разорвана сантиметров на семь, а Тэйн, казалось, совсем не запыхался, пока они кружили друг вокруг друга. Никто не мог сравниться с Королем-Воителем в поединке. Он мог бы растерзать принца в мгновение ока… Так почему же Йорен медлил с обращением? И почему Тэйн еще не нанес решающий удар?

Две виверны, кружившие в небе, камнем ринулись вниз, устремившись к Тэйну и принцу Йорену. Третья же, прижав крылья к спине и злобно щелкая челюстями, спикировал прямо на Лэйолу. Она содрогнулась, заметив белую пену, что пузырилась в ее пасти, и мечущийся черный язык. Неужто твари были больны? Выждав до последнего мгновения, Лэйола метнулась в сторону. Зверь с размаху врезался в землю и кубарем покатился по ней. Не теряя ни секунды, эльфийка подлетела к нему и одним точным движением пронзила мечом спину виверны. Та заскребла когтями по клинку, зашипела и завыла, но вскоре ее тело обмякло.

Обернувшись, Лэйола увидела яростную схватку. Тэйн в одиночку сдерживал двух виверн позади и натиск принца Йорена спереди. Незримая сила его магии с треском сокрушила крылья одного из чудищ, и его предсмертный вопль заставил Лэйолу содрогнуться. Мечи принца Йорена мелькали в воздухе, но Тэйн двигался с грацией танцора, ускользая от каждого удара. Единым плавным движением он взмахнул клинком, рассекая пасть второй виверны и отсекая ей морду. Тварь камнем рухнула на землю. Лэйола замерла, не в силах вымолвить ни слова. Она поняла, что даже столетия тренировок не дадут ей шанса сравниться с ним. Лишь по его доброй воле она могла бы одержать верх. Клинок был продолжением его воли, а сам Тэйн – воплощением смерти.

Сердце бешено колотилось в груди, когда она бросилась вперед. Лэйола осознала, что Тэйн не стремился убить принца Йорена – иначе все бы уже свершилось. Ее сила хлынула наружу: из земли за спиной принца взметнулась толстая лоза и туго обвилась вокруг его шеи. Клинки выпали из ослабевших рук, и он судорожно вцепился в растительные путы, когда неведомая сила отшвырнула его назад. Тэйн уже протянул руку – всего несколько сантиметров отделяло его от скипетра. Но в тот же миг принц Йорен словно взорвался изнутри. Его плоть начала стремительно раздуваться, обращаясь в тридцатиметровую драконью тушу. Теперь скипетр, недосягаемый, покачивался на высоте более двадцати метров над землей. Из ноздрей чудовища валил густой дым, и оно медленно опустило свой массивный подбородок. На его макушке выросли два рога длиной в два с половиной метра, а третий венчал переносицу. Челюсти дракона широко распахнулись, и оглушительный рев заставил Лэйолу схватиться за свой щит.

Толпа взревела, окончательно впадая в безумие. Если Лэйоле и казалось, что прежде они кричали громко, то теперь прежний шум показался бы ей не громче шепота.

Дракон сделал глубокий, сотрясающий воздух вдох, и по спине эльфийки пробежал ледяной холодок. Она знала, что последует за этим, а потому продела руку в ременную петлю и вскинула щит. В тот же миг Тэйн врезался в нее, с силой толкая вправо. Они рухнули на землю и покатились кубарем, спасаясь от огненного потока. Нестерпимый жар опалил воздух там, где всего в нескольких шагах от них остался щит, и расплавил его до основания. Вес Тэйна, придавившего ее к земле, мешал вздохнуть.

– Не зря я не доверял этой железяке, – произнес он, поднимаясь и увлекая ее за собой.

Там, где только что был щит, теперь растекалась по песку лишь блестящая лужица кипящего металла. Лэйола с трудом сглотнула.

Святой Создатель.

– Я отвлеку его! – бросил Тэйн, убирая мечи в ножны. – Ты же забирайся на спину и хватай скипетр!

Прежде чем она успела возразить, он сорвал с ее пояса пару метательных звезд и ринулся вперед. Создатель небесный, как же порой он был несносен.

В тот же миг из ямы донеслись пронзительные визги еще двух виверн, и следом наружу вырвались сами твари.

Неужели там оставались и другие?

Могучий хвост принца Йорена со свистом прочертил дугу в воздухе, устремляясь к Тэйну. Эльф упал на живот, и смертоносный удар прошел в сантиметрах над его головой. Но теперь хвост, взметая пыль, скользил по арене прямо к ней. Проклятие! Изо всех сил отталкиваясь руками и ногами, Лэйола метнулась к каменной стене.

Сверху доносился оглушительный рев драконов:

– Убей ее! Убей ее! Убей ее!

Зрители перегибались через ограждения, алчно предвкушая ее гибель.

Если она переживет этот день, страх больше не будет властен над ней. Крепко стиснув зубы, она взбежала по стене, оттолкнулась от нее и в высоком прыжке перелетела через хвост. Едва она коснулась земли, опустившись на одно колено, как хвост принца Йорена обрушился на арену с оглушительным грохотом. От удара содрогнулось все ристалище, а по камню до самых перил побежала трещина. Обезумевшая толпа изрыгала проклятия и неистово скандировала: «Убей ее!» Один из вердраков не удержался и рухнул с трибуны. Две зеленых виверны тут же спикировали