День за днем - Константин Константинов

И в то же мгновение ей показалось, что она допустила бестактность: как-никак, он вел себя, по крайней мере внешне, вполне корректно. Почему же сама она так напряжена и неспокойна? Не лучше ли просто встать и уйти? Ах, какие глупости! Из-за этого типа?.. А ведь он даже забавен… У нее мелькнула мысль о завтрашнем дне. Да, да, все устроено, прислуга разбудит ее ровно в семь, если она проспит… Гм! Ну и уморительный же тип и… какой-то даже немного страшный! Эти глаза, руки и — Равель!.. Какой необыкновенный голос! Кажется, словно он проникает в тебя… Какая чепуха! Она заказала себе еще рюмку ликера и поверх голов посетителей окинула взглядом зал. Сквозь верхние части высоких окон, внизу закрытых занавесками, было видно, как снаружи клубится туман, желто-розовый в свете фонарей у входа. Глаза молодой женщины остановились, ничего не видя, на мутных прямоугольниках стекол. Весь этот странный день, этот утонувший во мраке город вновь возвращались к ней, наполняя смешанным чувством усталости и тревоги, приятным и слегка головокружительным. В мозгу у нее родились отрывочные, как бы не ее мысли, едва успев возникнуть, они тут же исчезали.

Она даже не заметила, как вновь заиграл оркестр. Спустя некоторое время неровный ритм изысканной музыки, опошленной исполнениями в кафе и граммофонными пластинками, вернул ее к действительности. Это была та самая «вещица», которую пришел послушать мужчина. Глухие удары барабана, экзотика как бы извивающейся по спирали мелодии напоминали ей представления укротителей змей. Она взглянула прямо перед собой. Мужчина сидел, опираясь подбородком на трость, как и прежде, немного наклонив голову набок. Зрачки его глаз, смотревшие прямо в ее глаза, светились из-под полуприкрытых век темным блеском, пронизывали ее, глубоко проникая в душу и будоража ее. Сделав над собой усилие, она отвернулась, но минуту спустя вновь взглянула на него. Наконец оркестр кончил играть. В зале поднялся шум, послышался звон бокалов. Прикрыв глаза, она сидела, прислушиваясь к продолжавшей звучать в ушах мелодии, только что исполняемой оркестром.

— Можно предложить мадам коктейль?

Она вздрогнула и инстинктивно подалась назад. Голос прозвучал совсем близко, чуть ли не в ней самой. Мужчина наклонился над столиком, положив на него свои огромные руки, его глаза холодно, немигающе смотрели на нее.

— Коктейли в этом заведении столь же исключительны, как и музыка…

Молодая женщина позвала на помощь всю свою самоуверенность. Что он себе воображает, этот тип? Ха! Сейчас он убедится, что просчитался!.. Прежняя готовность к борьбе вновь вспыхнула в ней, и она решила вести себя вызывающе.

— Вот как? Гм! Ну что ж, если вы настаиваете… Разумеется, заказ я оплачу сама! — подчеркнула она.

— О! — равнодушно ответил мужчина. — Какие мелочи! Хорошо, пусть будет по-вашему…

Он подозвал официанта, заказал коктейли и закурил новую сигарету.

Вскоре на столике появились два бокала с прозрачной лиловатой жидкостью.

— За здоровье мадам!

— Ни за чье здоровье, — она отрицательно покачала головой.

Отпила глоток, а затем залпом осушила бокал. В первое мгновение сильно подслащенный алкогольный напиток с густым запахом корицы, лимона, незнакомых специй опалил ей язык и горло. Но минуту спустя по всему телу разлилось ощущение бодрости, легкости, какого-то ароматного блаженства.

Оркестр заиграл снова. В зале было дымно и душно. Они сидели в углу, отгороженные плотной толпой сидящих за столикам людей, и уже одно это создавало между ними какую-то невольную близость.

Мужчина незаметно сделал знак официанту. На столике появились два новых коктейля.

— За нынешний вечер! — сказал он, поднимая бокал.

Не успев ни предотвратить заказ, ни отказаться, она в последний раз попыталась собраться с силами:

— Нет, за завтрашнее утро!.. За здоровье человека, который приезжает завтра утром! — Она чокнулась с ним, залпом осушила бокал. И тут же почувствовала, что приближается нечто важное и непоправимое и что ее воля, до этого собранная в кулак, вся ее недавняя дерзкая самонадеянность быстро тают и улетучиваются без малейшего сопротивления.

Мужчина приблизил к ней лицо, в его выпуклых глазах мелькнул огонек:

— Что ж, прекрасно! За завтрашнее утро!

Она улыбнулась неопределенной улыбкой. В ушах стоял мелодичный звон, голова казалась легкой. Ее охватило ощущение счастья.

Маленькая складочка-шрам в углу рта, побелевшая на фоне разрумянившейся кожи, придавала лицу выражение покорной беспомощности.

Ей вдруг показалось, что она спит, и она принялась убеждать себя, что все происходящее — лишь сон, чудесный, фантастический и реальный именно потому, что это только сон, а не действительность. И туман на улице, и сияние огней, и музыка, и этот сидящий напротив мужчина. Она видела, что он неподвижно сидит напротив, но в то же время — удивительное дело — она чувствовала прикосновение его больших рук к своему телу, видела, как его глаза приближаются к ее лицу, сливаются и превращаются в огромную черную яму.

— Нет, скажите — ведь все это всего лишь сон, не правда ли? — спросила она с тихим смехом.

Он не ответил и продолжал сидеть, все так же опираясь подбородком на трость и глядя на нее холодным, немигающим взглядом.

А она все смеялась беззвучно, сотрясаясь от легкой внутренней дрожи. Сейчас ей казалось, что все происходящее прекрасно и давно ей знакомо. Она взяла предложенную ей сигарету и снова тихо рассмеялась.

— Не спуститься ли нам в бар? — медленно спросил мужчина.

— Зачем? — ее слова прозвучали лениво-капризно. — Я не хочу… Здесь так хорошо! Я никуда не пойду отсюда!..

— Давайте все же спустимся! Пойдемте!

Голос его звучал все так же ровно, но в нем было что-то такое, от чего она вздрогнула. Ее улыбка превратилась в гримасу, она сразу же встала. Он расплатился, велел принести их пальто вниз и повел ее в бар. Походка у нее была неверной, и когда они проходили между столиками, она старалась ступать как можно тверже. У широкой внутренней лестницы он взял ее под руку. С приятным удивлением она почувствовала как тело ее само прижалось к нему. На повороте лестницы в зеркале неожиданно возникли их отражения. Она остановилась, окинула взглядом незнакомого мужчину, который крепко держал ее под руку, и рассмеялась хихикающим смехом. Ткнув пальцем в зеркало,