Рассказы монгольских писателей. Том второй - Чимидийн Алагсай

Сугар молча сунул рожок в карман, поцеловал дочь и быстро зашагал к зимнему стойбищу.

— Смотри не распугай там тарбаганов. А то отец тебе задаст… — уже вдогонку мужу крикнула Туменделгер.

Сугар пересек падь и опушкой леса долго шел до зимнего стойбища у подножия скалистых гор, восхищаясь красотой и величием окружавшей его природы. Перед ним в розовой дымке громоздились поросшие густым хвойным лесом горы. Вдыхая прозрачный, свежий воздух, он взбирался все выше и выше. С гранитного утеса, где Сугар присел отдохнуть, виднелось поле ранних всходов. Казалось, на нем потрудился не землепашец, а художник, который искусно разрисовал поле четкими прямоугольниками традиционного монгольского орнамента. Юрты тестя и их соседей походили отсюда на омытые летним дождем белые шляпки шампиньонов. Невдалеке на лесной прогалине мирно паслось стадо диких оленей. А буквально в двух шагах от Сугара около своих нор суетились, добывая себе пропитание, тарбаганы. Зверьки вовсе его не боялись: встав на задние лапки и важно выпятив грудь, они пофыркивали — мол, да что ты нам сделаешь?

При виде такого обилия дичи, Сугар выхватил ружье и прицелился. Стоит нажать на курок, и зверь упадет как подкошенный.

— Выстрелить или не выстрелить? — взволнованно прошептал Сугар. — Ведь точно уложу! А может, все-таки не стрелять? Представляю, как разъярится тесть, если узнает… Большой он все-таки оригинал! Барана у него из загона, пожалуйста, бери, а над этими жалкими тарбаганами да оленями трясется так, словно ничего дороже на свете нет!

Сугар двинулся дальше. Настроение у него испортилось, но охотничий азарт не прошел. Так и подмывало вскинуть ружье и метким выстрелом уложить зверя — все равно какого. Дойдя до опушки, Сугар решил перекурить. Парило.

— Пора и назад, что ли. Какой смысл без толку шляться по лесу, — пробурчал Сугар, растягиваясь на траве.

Он прислушался: тишина, ни звука вокруг. Лишь легкий ветерок шелестит листвой деревьев. Шаря в карманах в поисках сигарет и спичек, Сугар вытащил рожок, который ему дала дочка. Он с любопытством осмотрел его и даже несколько раз тихонько дунул в отверстие. «Какой странный звук. И впрямь похоже на блеяние козлят антилопы», — подумал Сугар и еще раз приложил рожок к губам. В ту же минуту в нескольких шагах от Сугара зашуршала трава, качнулась молодая лесная поросль, и из леса вышла косуля. Придя в себя от изумления, Сугар схватился за ружье. В груди, будто после долгого бега, бешено колотилось сердце.

Косуля остановилась, озираясь по сторонам, видно, искала детенышей. Затем она повернулась и двинулась прочь, и тут один за другим прогремели два выстрела. Это Сугар второпях, почти не целясь, выстрелил ей вслед…

К великому удивлению Сугара, косуля не упала, а бросилась бежать в лес. Подхватив ружье, он поспешил за ней.

«Но я же попал в нее… Должен был попасть… Куда же она подевалась?» — недоумевал Сугар, пытаясь настичь беглянку.

Да какое там! — ее и след простыл…

Сугар, теперь уже не спеша, вышел на опушку леса. Он и не заметил, как порядком удалился от того места, где встретил косулю. Неожиданно вдалеке Сугар увидел людей — конные и пешие, они возбужденно размахивали руками и, что-то крича, бежали вверх по склону в сторону леса. И только тут он увидел поднимающийся над деревьями дым. «Пожар!» — мелькнуло в мозгу, и уже в следующее мгновение Сугар стремглав несся назад, туда, где он только что беззаботно валялся в траве, дул в рожок, а затем так неудачно охотился…

Пламя с головокружительной быстротой расползалось во все стороны, угрожающе потрескивал охваченный огнем сухостой. Дым застлал всю округу. Сугар бросился наперерез огню. На бегу он успел стащить с себя рубаху и теперь, лихорадочно размахивая ею, пытался сбить пламя. Едва ему удавалось затушить огонь в одном месте, как тотчас же красно-желтые языки пламени, подобно стремительно несущемуся табуну лошадей, пробивались в другом месте.

«Проклятый огонь! Его теперь ничем не остановишь…» — вконец обессилев, простонал Сугар. Тут-то ему на помощь и подоспели люди из долины. Без лишних разговоров, они вступили в схватку с огнем. Среди них была и Туменделгер.

— Что с тобой? Да дай же мне свое ружье! Что ты его за собой таскаешь, — взволнованно проговорила Туменделгер, подбегая к мужу. Она выхватила у него ружье и протянула Сугару ведро с… закваской для кумыса — первое, что попалось ей под руку, когда она увидела горящий лес.

…Вдруг впереди, преграждая путь разбушевавшемуся огню, показался неизвестно откуда взявшийся трактор, а с гор, будто сама природа пришла людям на помощь, подул навстречу огню сильный ветер…

Вскоре неподалеку от зимнего стойбища Ядмы огонь удалось остановить, а затем и вовсе потушить.

Все, кто помогал бороться с пожаром, собрались вместе. Сугар в изнеможении повалился на траву, его бил кашель: видно, он порядком наглотался дыму. Туменделгер бестолково хлопотала возле мужа.

— Кто же это поджег лес? — взволнованно переговаривались друг с другом люди.

— Надо быть совсем ненормальным, чтобы в такую сушь разводить в лесу огонь!

— Хорошо, поблизости оказался этот трактор!

Виновник случившегося сидел, понуро опустив голову, и не решался вступить в разговор. Наконец он поднялся и поддерживаемый Туменделгер, пошатываясь, поплелся к реке. Там он вымылся по пояс и лег на берегу.

— Знаешь, а ведь это я поджег лес, — подняв глаза на жену, произнес Сугар. — Не нарочно, конечно. Помню только, перед тем как на поляне появилась косуля, я закурил. Ну, а когда погнался за ней, сигарету, вероятно, и выронил. Как все не хорошо получилось! Что я теперь скажу тестю? Да и лесник этот, Дамбадаржа, узнает — штраф наложит немалый.

— Говорила я тебе, Сугар, — перебила его жена. — Какой ты, право, не осторожный! Что ж, придется во всем признаться. Ой, и боюсь же я отца…

Еще немного посидев на берегу, приунывшие супруги двинулись домой. Глядя на прожженную в нескольких местах, закопченную одежду понуро бредущего впереди мужа, Туменделгер подумала: «Слава богу, сам остался жив!»

Старик Ядма возвратился домой под вечер. Туменделгер подошла к нему, когда он расседлывал лошадь.

— Отец! Сегодня недалеко от вашего зимнего стойбища вспыхнул пожар. К счастью, вовремя подоспели работавшие в долине люди и потушили огонь, — чуть слышно виновато сказала дочь.

— Что?! Пожар? Кто же это натворил? — нахмурив брови, переспросил Ядма.

— М-мы с Сугаром гуляли там…

— Гуляли?! А пожар-то, по крайней мере, как следует затушили? — повысил голос Ядма.

— Вроде, как следует… Во всяком случае, дыма в лесу уже не