Царь Скорбь - Джо Хилл

Ван, появившийся из-за «христомобиля», за которым прятался вместе с Колином, пинком отшвырнул вновь зазвеневший сталью нож-бабочку под «Ранчеро», нагнулся к приборной доске и прикрутил громкость радио.

– Извини, друг, – выпрямившись, пояснил он. – Сегодня и так вечер, сам видишь какой, зачем еще случайных прохожих песнями «Мотли Крю» терроризировать?

Джейн с трудом поднялась на колено. Выглядела она – скверней некуда, гораздо хуже, чем прежде, за ветровым стеклом. Теперь, приглядевшись, Артур отметил, что она похудела фунтов на десять, в чем совершенно не нуждалась, не говоря уж о жутких темных кругах под запавшими, болезненно блестящими от кокаина глазами. Волосы ее тоже утратили здоровый блеск и упругость, казались хрупкими, блеклыми, а может, даже поредели: в луче уличного фонаря сквозь пряди явственно просвечивала кожа.

– Эй, Арти! – со злобным смехом заговорила она. – Телка твоя, гляжу, тоже здесь? Нет, ее я кончать не стану: малая еще. Я ей носишко отрежу. Изуродую так, чтоб на нее ни у кого не встал.

Чем вызван яркий блеск ее глаз – наркотиками, волнением или страхом, сказать было трудновато, однако на Гвен она взглянула с явным торжеством.

– Слышь, ты? Разберусь я с тобой – он тя без мешка на голове в жизни больше не трахнет!

Гвен опустилась перед ней на корточки, протянула к ней руку, и Джейн вздрогнула, втянула голову в плечи, как будто ожидая удара. Однако Гвен всего лишь взяла в щепоть прядь ее светлых, поблекших волос и потерла меж пальцев. В отсветах фар «Ранчеро» Артур сумел разглядеть, что в волосах Джейн заметно прибавилось седины.

– Жаль, что оно так вышло, – сказала Гвен. – Хоть ты и мерзавка конченая, а все равно. Могла бы я это дело исправить, исправила бы обязательно.

Джейн вздрогнула снова:

– Меня – жалеть?! Ты – меня?.. Да чем ты меня лучше?! Думаешь, вот эти вот – тебе друзья? Да ты для своего Артура – просто телка из местного быдла: есть кого пялить, пока прохлаждается в колледже четыре года, и хорошо! Он в таких штучках толк знает!

«Вот оно… вот… сейчас она все о Тане и выложит», – внутренне сжавшись, подумал Артур.

К счастью, до этого дело у Джейн не дошло. Подтянувшаяся к Гвен Элли, послушав их перебранку, помогла Гвен подняться.

– Кое в чем Гвен уж точно лучше тебя, – сказала она.

– Да ну? Это в чем же?

– Та, у кого пистолет, за нее, – пояснила Элли. – Плюс? Плюс, да еще какой.

– Возможно, в это нелегко поверить, – вмешался Колин, – особенно сидя на заднице посреди такой слякоти, но собрались мы сегодня затем, чтоб помочь вам.

Поразительно, но Колин Рен и сегодня оставался самим собой, Колином Реном, весь день напролет. Представить его испугавшимся – или хотя бы повысившим голос – стоило Артуру немалых трудов.

– Кое-кто из нас полагает, что вы заслуживаете шанса… ну, даже не знаю. Начать новую жизнь? Исправиться? Лично мне самому вы безразличны. Вы – пара торчков, сбывающих тяжелые наркотики другим торчкам. Жизнь ваша – сплошная мерзость. К чему вы ни прикоснетесь, с кем ни встретитесь, на всем и на всех остается грязь. Вы угрожали матери Артура побоями и слепотой, если Артур не согласится работать на вас. Скажете, это не мерзко?

– Слышь, – тоненько заскулил Ронни, – слышь, ты че, думаешь, мы вправду бы такое с ней сделали, а? Или хотя бы смогли сделать? Да мы ж на девяносто пять процентов ему мозги трахали! Так, чисто пугали…

Больше он не успел сказать ничего. Успевшая обойти «Ранчеро» и встать рядом с Колином Донна врезала ему по зубам. Рукоять пистолета с влажным, глухим «хлюп» угодила в цель. Вскрикнув, Ронни завозился в грязи, пытаясь подняться, но Ван пинком в плечо вновь уложил его наземь.

– Еще раз откроешь поганую пасть, все зубы отсюда в кулаке унесешь, – предупредила Донна.

Похоже, Колин запамятовал, на чем остановился. Вместо него разговор продолжил Ван:

– Словом, мой приятель что говорит? Пора седлать коней и сваливать из города.

– Что? – словно не веря своим ушам, переспросила Джейн.

– Валите отсюда, – пояснила Элли. – Катитесь колбаской. Покажите фокус, испаритесь. Садитесь в эту уродскую тачку и крутите педали, пока не поздно. Чем раньше, тем лучше. Далеко ли вам нужно бежать, не знаю. Мой вам совет: тапку в пол и катите до самой Мексики без остановки. В Канкун, например. Я в газете читала, там на берег мусор и медицинские отходы выносит кучами. Прибрежное течение всю гадость из залива туда несет. Для вас – самое место.

– Бегите, – поддержал ее Колин. – Шанс самый верный. Возможно, вообще единственный.

– А не то – что́? – усмехнулась Джейн. – Не то вы, утырки, опять нам мозги парить явитесь?

– Нет, – ответил Артур. – В следующий раз за вами придет Царь Скорбь.

Джейн, вжавшись спиной в борт машины, слегка приподняла руки, как будто кто-то из них пригрозил отрезать нос ей самой.

– Кто-кто?

– Сама знаешь кто, – отрезал Артур. – Он приближается. Ты слышала, как он приходит к тебе домой по ночам.

– Ты! – вскрикнула Джейн. – Стало быть, людей нанятых на нас науськал?

– Не людей, – поправил ее Колин.

– Ты его даже видела, Джейн. Он с тобой разговаривал, а ты расстреляла собственный телик, подумав, будто он там, внутри.

– Слышь, а про телик ты как узнал? – удивился Ронни, хотя сквозь ладонь, зажимавшую разбитые губы, прозвучало это наподобие: «Здышь, а про делик ды гаг уздал». – За нашим домом следишь?

Однако никто не удостоил его даже взгляда.

– Пасха, – прошептала Джейн.

– Да, – подтвердил Артур. – Времени у вас – только до Пасхи. Об этом он предупреждал?

Вместо ответа Джейн махнула рукой в сторону багажника:

– Нацарапал на заднем стекле «Ранчеро». Пару дней как нашла.

На такое Артуру следовало взглянуть самому. Действительно, обойдя «Ранчеро» сзади, он обнаружил на заднем окне кривоватые царапины, складывавшиеся в слово:

ПАСХА

При виде этой надписи у него екнуло сердце.

– Остановить его… Царя Скорбь… мы не можем. Но думаем: если вы… если вы сбежите, уедете куда-нибудь далеко-далеко, возможно, там он вас не достанет.

– Царь Скорбь, значит, – едва ли не с благоговением в голосе повторила Джейн.

– Да, – вмешался в разговор Колин. – Если он черпает силы от нас, радиус его власти конечен. С другой стороны, если он преспокойно существовал и до нас, а мы всего-навсего открыли для него ход в наш мир… тогда ему, наверное, все равно, куда вы уедете. Интересно будет проверить, которая из догадок верна. А еще…

Тут Колин добавил такое, чего от него не ожидал никто:

– Есть