Секреты мертвых - Хизер Критчлоу

Звучит неубедительно, но как сказала, так сказала.

– Неужели? – Сэл сцепляет пальцы перед лицом.

В воздухе повисло тягостное молчание. Брайони не по себе: «Пожалуй, пора домой». Сэл явно ждет, когда она выйдет из кабинета. Но она не выходит. Вздернув подбородок, Брайони смотрит ему прямо в глаза.

– С тобой все в порядке, – говорит Сэл скорее самому себе, чем ей. И добавляет: – Дети есть?

– Два мальчика. Оба ходят в школу.

– Так почему бы тебе не вернуться в свою фирму? Они что – не хотят тебя брать теперь, когда стали такими успешными? – на последнем слове Сэл кривит губы. В его тоне проскальзывает отвращение.

Брайони слышала, что фирма больше не представляет интересы Сэла. Видя его реакцию, она невольно задается вопросом: почему? Что за кошка между ними пробежала?

– Мне больше нравилась та работа, которую я делала для вас, – говорит она, нащупывая опору в трясине нескладывающейся беседы. – И я не могу работать полный день. Пока, во всяком случае. Но я могу помогать вам. Просматривать и проверять какие-нибудь контракты…

Брайони ждет его ответа. Подавляет желание скрестить ноги, старается убедить себя, что она не заключает сделку с самим дьяволом.

– Да, пожалуй, ты нам можешь помочь. Как думаешь, Микки? – не сводя глаз с Брайони, Сэл обращается к «золотой фиксе».

– А? Да. Думаю, да… То есть нет… Не знаю, босс, как вы считаете… Я хочу сказать, она могла бы… – Микки запинается, не осмеливаясь сделать выбор прежде, чем Сэл озвучит свое решение.

– Прекрати мычать. – Сэл нахмуривается, но тут же превращается в почтенного жителя Глазго, вынуждая Брайони встать («похоже, аудиенция окончена»), и спрашивает у нее – естественно, доброжелательно:

– Визитка есть?

– Нет. Они еще в типографии, – лжет Брайони, наслаждаясь ухмылкой Сэла – первым проявлением заговорщического юмора, который их когда-то объединял. – Но я могу записать вам свои контактные данные.

– Запиши. – Сэл кивает Микки, и тот протягивает через стол лист бумаги. – Мы свяжемся с тобой.

Брайони записывает свои данные и устремляется к двери с золотозубым конвоиром, наступающим на пятки. На пороге она останавливается. «Интересно, я еще вернусь сюда или на этом все?» – мелькает в ее голове.

Но вслух Брайони говорит (конечно, искренне и добродушно):

– Спасибо, Сэл. Рада была увидеться с вами.

Шагая по коридору к задней двери, Брайони слышит громкие голоса, доносящиеся из помещения клуба. А потом вздрагивает, услышав грохот опрокинутого предмета мебели, чье-то чертыхание и звон разбившегося вдребезги стекла. Брайони знает: лучше не замедлять шаг, да и не стоит спрашивать у Микки, что здесь происходит. Внезапно взрывается музыка, заглушив странный шум. А еще через пару секунд Брайони уже стоит на улице, жмурясь от яркого света.

Дверь за ее спиной закрывается. Брайони рукой хватается за стену, чтобы не упасть. Но лишь на миг. А потом выпрямляется во весь рост. Она пробыла в здании меньше часа. И за это время ни разу не подумала ни об Энгесе, ни о детях. Она не была ни женой, ни матерью. Она была собой. И – к лучшему или к худшему – ее душа ликует от этого.

Глава тридцать шестая

Брайони, 2007 год, Уэстер-Росс,

Северо-Шотландское нагорье

Встреча с Сэлом продлилась дольше, чем рассчитывала Брайони, но она еще успевает вернуться и напоить мальчиков чаем. Свернув из проулка, Брайони почти бежит к вокзалу. Она петляет между офисными служащими и конторскими работниками, которые вышли на улицу, чтобы купить себе бутерброды или пообедать по всем правилам в ближайшем пабе.

Возможно, она сглупила, раскрыв карты перед Сэлом. Но Брайони все же надеется, что он привлечет ее к работе, невзирая на ее неполную занятость. Она всегда отлично справлялась со своими обязанностями: не раз замечала в условиях контрактов просчеты и неточности, которые остальные упускали из виду. Одна ее правка помогла Сэлу сэкономить два миллиона фунтов и вынудила кое-кого из работников конкурирующей фирмы уволиться.

Брайони решает, что она сначала получит работу, а потом поставит в известность об этом Энгеса. Ей и нужен-то будет всего лишь один день в неделю для деловых встреч в городе. Если муж согласится отвозить детей в школу, она сможет провожать их пораньше и возвращаться домой до прихода детей. А забирать мальчиков из школы можно поручить няне. Матери той девушки очень хочется, чтобы она немного подзаработала. Поэтому Брайони уверена, что Сью готова ее прикрывать и забирать ребят, пока дочка не вернулась из школы. И в финансовом плане это выгодно. Именно данную линию собирается гнуть Брайони, отстаивая целесообразность своего выхода на работу в разговоре с мужем. Деньги им пригодятся. Ведь их дом нуждается в пристройке, а она грозит обернуться для них бездонной денежной ямой. Энгес это должен понимать. Так что он увидит смысл в ее затее.

Мысли Брайони заняты поиском аргументов для Энгеса, поэтому она лишь в вагоне вынимает свой мобильник из сумки. Осталось три минуты до отправки поезда. Сердце Брайони колотится от пробежки по городу. А еще от удовлетворения – ей удалось все провернуть! Поэтому она не сразу замечает огромное количество пропущенных звонков. Сердце замирает, руки холодеют от страха.

Это Энгес. Брайони прослушивает его сообщения: «Робби заболел, его надо срочно забрать из школы». «Где ты?»

Легкое раздражение переходит в беспокойство, а в последнем сообщении мужа слышится уже гнев. Брайони в ужасе смотрит на телефон, а поезд уже отъезжает от вокзала, возвращая ее в текущую реальность: где она вновь не чувствует себя собой. Брайони тошно. Но она должна перезвонить Энгесу.

Муж отвечает после первого гудка:

– Брайони? Ты где?

– Прости, – лепечет она, ее тихий голос еле слышен даже в пустом вагоне. – У меня телефон был на беззвучном режиме.

– Где тебя носит, черт подери? Тебя нет дома. Я в дороге, позвонил Хэмишу, попросил его проверить. Робби рвет, его вывернуло уже наизнанку. Учителя стоят на ушах. Мне пришлось отпроситься с работы. Я почти на месте.

– Я в поезде, уже еду домой. Я не знала, что Робби заболел. Мне очень жаль.

– В поезде? А куда ты ездила?

– В Глазго.

– Что? В Глазго? Мне пришлось уйти с работы, потому что ты шлялась по магазинам и отключила свой чертов мобильник?

– Я не ходила по магазинам, – пытается придать уверенности голосу Брайони. – У меня была встреча.

На другом конце молчание – Энгес переваривает услышанное. Брайони очень хочется, чтобы муж отреагировал на ее слова и заполнил тишину. Ведь затишье перед бурей хуже всего. Но, похоже, муж был бы довольнее, если бы она гуляла по магазинам и спускала деньги на ланчи с подружками. Да только у нее больше нет друзей. Ее затянула трясина быта и материнства.

– Встреча? С кем? – наконец