Энигма - РуНикс

Чужое тело накрыло ее, и сердце сжалось, а оцепенение пробудило ненависть к себе, когда новичок, все еще в маске, удерживал ее руки над головой и наклонился к ней, уткнувшись носом в шею.

Салем замерла.

Нос, место на шее, вес – все было таким знакомым.

Теперь, когда она сосредоточилась, ей удалось уловить слабый аромат, исходящий от плаща.

Краска и петрикор.

Каз.

Сердце, только что сжавшееся в комок, сделало первый робкий удар, мышцы понемногу расслабились, когда страх почти отступил.

Какого черта он здесь делал?

Она не знала наверняка, но верила, что у Каза припрятан какой-то козырь. Он планировал отправиться к Барону. Они что-то замышляли. Таков и был их план? Внедриться в это мерзкое общество и покончить с ними? Это часть их посвящения в группу наследников?

У нее появилось так много вопросов, но не было возможности их задать.

– Хотя мы не планировали, что ты окажешься здесь сегодня, – сказал ей Мерлин со стороны, – все сложилось даже лучше, чем мы ожидали. Ты узнаешь его? Должна, учитывая, как часто ты оказывалась под ним.

По пещере разнесся смех, и Салем стиснула зубы, устремив взгляд на остальных, в то время как Каз молча замер на ней.

– Соблазнить тебя было частью его задания, – признался Мерлин, выкладывая все начистоту. – Он помогал мне, желая стать членом нашего общества, и я видел, как ты вела себя с ним на лекциях. Что может быть лучше, чем уничтожить тебя, сперва соблазнив, а затем сломав? Мне нравится наблюдать, как люди терпят крах.

Несколько недель назад Салем, возможно, и поверила бы ему. Но нынешняя версия Салем – та девушка, что любила и доверяла Казу, которая верила ему, которая знала, что он отсидел в тюрьме, отомстив за зло, причиненное ей этим самым обществом, что он искал справедливости во имя брата, который, возможно, тоже умер из-за этих людей, – она не верила ни единому слову.

Она не сомневалась, что Мерлин пытался завербовать Каза, и верила, что тот ему подыгрывал, но Салем знала, что с ней он не притворялся. Каз любил ее, и тот факт, что первым делом он прижался носом к ее шее, повторив знакомое ей до мозга костей движение, чтобы успокоить, лишь укрепил ее уверенность.

Каз продолжал целовать ее шею, делая вид, что не слушает Мерлина, но напряженность в теле выдавала его перед Салем, знавшей его повадки наизусть. Он прислушивался. Нет, он выжидал. Но чего?

Вдруг в пещере раздался крик, и Каз спрыгнул с алтаря. Скосив взгляд, Салем увидела, как он схватил Мерлина за шею и с силой ударил его головой о камень, отчего тот потерял сознание.

Вокруг раздавались какие-то звуки, но Салем оставалась на месте, пока Каз не подошел к ней.

– Шевелись, Салем, – приказал Каз, и затекшие мышцы ее шеи заныли от облегчения. Она вскочила на ноги и оглядела пещеру, все парни в плащах лежали на земле в отключке. В пещеру нагрянуло еще несколько человек во главе с Бароном, в костюмах и масках, напоминавших птиц с изогнутыми клювами, скрывавших их личности. Люди в костюмах принялись оттаскивать мужчин в плащах, один из них подхватил Мелиссу. Незнакомец повернулся к Салем:

– Я окажу ей медицинскую помощь.

– Нет, – начала Салем, пытаясь защитить подругу, но Барон остановил ее.

– Поверь мне, с ней все будет в порядке. – Салем посмотрела на него и повернулась к Казу, тот кивнул ей. Тогда ее напряженные плечи слегка расслабились.

Мужчина в костюме, который, судя по всему, был главным, кивнул парню, поднявшему Мелиссу.

– Спасибо. И прошу, убедитесь, что она будет в безопасности.

Мужчина ушел вместе с ее подругой, а главарь посмотрел на Барона и Каза, которые стояли рядом с Салем.

– Добро пожаловать в общество, мистер Уитмор и мистер Ван дер Ваал. Вы оба успешно завершили свое посвящение. Прошу вас уйти, пока мы разбираемся с этой… неприятностью.

Каз снова подхватил Салем на руки.

– А что с наркотиком?

– Он выведется из ее организма в течение суток. – Мужчина посмотрел на Салем. – Как бы то ни было, приношу вам свои извинения, мисс Салазар. Мы хорошо знали вашего отца и заботились о вашей семье. Пожалуйста, берегите себя.

Он кивнул парням, и Каз покинул туннель вместе с ней, Барон шествовал впереди, помог им подняться по лестнице и выйти на улицу.

– Опоздай ты еще немного, мужик, и мы бы облажались, – сказал Каз Барону, прижимая Салем к себе, пока они шли обратно.

Барон пожал плечами.

– Но я успел вовремя, так ведь? Всегда пожалуйста.

Эти двое никогда не станут друзьями, даже если теперь они союзники.

– Ты в порядке? – спросил ее Каз, а Салем лишь подняла на него взгляд, не в силах подобрать слова. Физически она была в порядке, но в голове царил хаос.

– Можешь говорить, Салазар, – сказал Барон, будто приказ мог заставить ее нарушить молчание.

Каз поцеловал ее в макушку.

– Все хорошо. С ней все в порядке. Она просто поспит, и все наладится. – Казалось, он скорее стремился убедить себя, чем ее.

Салем продолжала молчать, пока они шли к кампусу под полной луной, оставив вопросы на завтра.

Глава XXXVII. Салем

Сердце человека во многом морю подобно: в нем бушуют свои бури и приливы, а в глубине таятся жемчужины.

Винсент Ван Гог. «Письма»

Она чувствовала себя разбитой.

Салем повернулась в постели, ощущая себя так, будто ее переехал грузовик, тело болело, суставы ныли, ноги горели, лицо опухло. Она попыталась вспомнить причину, и память постепенно возвращалась.

Ночь.

Маяк.

Пещера.

Каз.

Он стоял в изножье, снимал с нее носки, которые она даже не заметила, осматривал ноги на предмет ран, и лишь потом поднял на Салем глаза.

– Привет. – Каз присел рядом и откинул локон с ее лица. – Как ты себя чувствуешь?

– Как зомби, – прохрипела Салем, радуясь, что наконец-то снова может пользоваться голосом. Больше никогда не будет воспринимать его как должное.

Каз взял с прикроватного столика бутылку воды и поднес ее к губам Салем. Она пила жадно, осушила почти всю емкость. Но, устав даже от питья, со стоном повалилась обратно на кровать и устремила взгляд в окно.

На улице было темно.

– Сколько я… проспала? – Язык слегка заплетался, веки предательски тяжелели.

– Всего несколько часов, – сказал Каз. – Поспи еще.

– М-м, ладно, – пробормотала Салем, уже отключаясь.

* * *

На следующее утро Салем очнулась в пустой