Умри тихо, мой ангел - Андреас Гётц

время этому радоваться, так как Марайке вцепилась в трубу, пытаясь вырвать ее из рук Джой. Но Джой ее не отпускала. Тут она бросила быстрый взгляд на строительный вагончик и испугалась. Над ним поднимался столб дыма. Первая мысль: ведь Саша все еще остается там внутри! Вторая мысль: надо спешить ему на помощь! Страх за него придал ей новые силы. Она ударила Марайке кулаком в бок, сбросила ее с себя и вырвала у нее из рук трубу.

Со стороны вагончика донесся громкий треск. Что там случилось? Неужели эта старая развалюха окончательно рухнула? И погребла под собой Сашу? Джой хотела вскочить на ноги, но Марайке снова набросилась на нее, повергла ее на землю, схватила за запястье и изо всей силы ударила о каменистую землю. Сильная, острая боль пронзила всю руку. Джой вскрикнула. Неужели она размозжила ей запястье? Такое у нее было чувство. И вдруг над ней взметнулась металлическая труба, готовая опуститься на ее голову. И когда она действительно начала опускаться, Джой показалось, что это происходит как при замедленной съемке, она успела даже подумать: сейчас это случится, она проломит мне череп, и я умру…

Но ничего не произошло. Прежде чем труба успела опуститься на ее голову, Марайке отлетела в сторону. Джой потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что причиной этого был Саша. Он спас ей жизнь. Но она ничего не чувствовала. Ни облегчения, ни радости. Она лишь отметила, что Саша удерживает Марайке на земле весом своего тела. Но почему же он не использовал свои руки? Прошла одна, две секунды, прежде чем она поняла, что его руки были связаны.

Она должна была ему помочь. Прямо сейчас! Она собрала свои последние силы, приподнялась и на четвереньках поползла к ним. Марайке лежала неподвижно. Из ушибленной раны сочилась кровь. Очевидно, при падении она ударилась головой о камень, от этого и вырубилась. Саша с трудом встал на ноги. Дрожащими пальцами Джой развязала его путы и потом наблюдала за тем, как этими же пластиковыми стяжками он связал Марайке.

Едва это было сделано, как силы снова покинули ее. Она плюхнулась на землю, подтянула колени к груди и обхватила их руками. Она совершенно вымоталась и расплакалась.

Когда Саша опустился на землю рядом с ней, она положила голову ему на плечо. У нее просто не было сил что-то говорить, и он тоже молчал. Они вместе смотрели на горящий строительный вагончик, из которого тем временем вырывались метровые языки пламени, а к небу поднимался черный столб дыма.

Саша не знал, как долго они так сидели. В какой-то момент он убрал свою руку с плеч Джой и позвонил своей матери. Когда он рассказал ей о том, что случилось, та просто лишилась дара речи. Тогда, прерывая ее молчание, вызванное изумлением от произошедшего, он добавил:

— И пришли сюда машину «Скорой помощи». Надо будет обработать несколько ссадин и порезов.

Прошло еще некоторое время, пока и Джой оказалась в состоянии подняться на ноги. При этом она ни на секунду не выпускала его руку из своей. Он уже и не помнил, когда она взяла ее. Он только знал, что больше не хочет отпускать ее.

— Пойдем, — сказала она, — я должна кое-что проверить. В то время, когда я лежала там внизу, меня не покидало чувство, что я была там не одна.

Прежде чем уйти, Саша еще раз проверил, надежно ли связаны руки и ноги Марайке. Она не шевелилась. По всей видимости, она окончательно смирилась со своим поражением.

Поддерживая друг друга, он и Джой спустились в подвал. Оказавшись у подножия лестницы, Джой указала подбородком на дверной проем в конце коридора:

— Я находилась вон в том помещении. Всю ночь. — Ее голос дрогнул.

Пытаясь утешить ее, Саша погладил ее по голове. Он даже не хотел представлять себе, что ей пришлось перенести. Он чувствовал себя в какой-то мере виновным в этом. Ведь все это случилось с ней только потому, что он втянул ее в это дело. Они еще поговорят об этом. Скоро. Но не сейчас.

— Почему ты решила, что находилась там не одна? — вместо этого спросил он.

Уже снова полностью взяв себя в руки, она ответила:

— Потому что иногда я слышала, как кто-то стонал. Только очень тихо.

Они заглянули в первое помещение. Оно оказалось пустым. Так же как и помещение, расположенное рядом.

— Возможно, я ошиблась, — сказала Джой.

В следующем помещении они обнаружили что-то, прикрытое брезентом. Вокруг находились темные, засохшие пятна. Саша посмотрел на Джой, она взглянула на него в ответ. Она тоже догадалась, что это было: засохшая кровь. Что их могло ожидать под брезентом?

— Хочешь выйти на улицу? — спросил он.

Джой покачала головой.

Они вместе приподняли брезент. Сашин желудок судорожно сжался, когда они обнаружили под ним мужчину. Неподвижно лежащего на животе. Вся его одежда была в засохших пятнах крови. Был ли он еще жив? Или к тому времени он уже умер? Джой держала брезент, а Саша опустился на колени рядом с мужчиной. И тут его взгляд упал на кисть мужчины. На одном из пальцев блестело кольцо. Перстень с печаткой, который казался слишком тяжелым для изящной, тонкой руки.

Саша испугался. У него по спине побежали мурашки.

— Это Андрош, — глухим голосом сказал он.

— Я могу курить?

Один из легавых — Фальтерер — смотрит на меня так, словно хочет сказать, что курение вредит моему здоровью — ха-ха! — потом он кивает, открывает один из выдвижных ящиков письменного стола, вынимает пепельницу и ставит ее передо мной. Я вытаскиваю из кармана куртки свои сигареты и зажигалку и закуриваю. Дым сигареты приятно заполняет мои легкие.

— Поговорим.

Оба легавых еще не знают, что последние слова, которые они от меня услышали, были вот эти: я могу курить?

— Вероятно, тебе — я могу обращаться к тебе на «ты»? — абсолютно все равно, сколько людей на твоей совести, пять, шесть или черт их знает сколько еще, но для твоего сведения: пятеро. Четыре девушки и один юноша. И три покушения на убийство. Кстати, доктор Андрош пока еще жив. Врач говорит, что у него был примерно один шанс из ста выжить, находясь в течение стольких дней в холодном, сыром подвале, да еще при такой потере крови. Причем что значит выжить… Он в коме. И никогда больше не станет тем, кем был раньше. Или это тебя не интересует?

Честно говоря, нет.

— Почему ты