1958 - Нематрос

- Вам нельзя, - нервно сказал Витяй, обратившись к Спирину, - она взяла монету, ей и возвращать на место. Только так можно замкнуть этот круг. Возможно, это единственный шанс остановить тварь, которая прямо сейчас убивает мою жену. И мы все знаем, что это будет не последняя жертва.

Витяй не знал других слов. От беспомощности он совсем растерялся. Счёт шёл на секунды, его план мог сработать, только если Настя прямо сейчас полезет в воду. До чего же досадно остановиться в шаге от конечной цели.

- Да, вам может грозить опасность, - выдавил из себя он. – Но решать надо прямо сейчас. Я пойму. Я бы на вашем месте не пошёл.

- А я пойду, - сказала вдруг девушка, и Витяй готов был поклясться, что она всё прекрасно поняла, раскусила его план. Но не подала виду. Возможно ли такое?

- Давайте вашу монету! – протянула руку Настя, и, получив золотой кругляш, обошла раскоп по кромке воды. – Если я правильно помню, с этой стороны неглубоко и вход пологий, мы еще не вгрызлись до материка. А её могила была вот там, напротив места, где по кромке суши вбиты колышки, видите?

Витяй посмотрел исподлобья туда. Он видел колышки, видел флажок на бечёвке, как раз напротив могилы этой суки. Археологи всё-таки не такие дураки, вот что значит, серьёзная наука. Но чувствовал он себя паршиво, не только физически, но и морально.

Настя шагнула в воду. Поёжилась – пусть светило солнце, вода была ледяной. Шаг за шагом она продвигалась вперёд, и с каждым её шагом Витяю становилось хуже.

Следующий шаг Насти стал роковым – она ухнула под воду, с головой скрылась в грязной мутной жиже. В тот же самый миг сердце Витяя остановилось на краткий миг, возможно, пропустило один удар. Всего один, но ощущалось это так больно и страшно, как будто длилось вечность, и новый его удар был сродни удару молота по грудной клетке. Умные часы на руке, батарея которых давно уже разрядилась, иногда предупреждали его по ночам о риске экстрасистолии, но что это такое на деле, он не имел понятия. До этого момента.

Настя вынырнула, мокрая насквозь, со спутанными волосами, отплёвываясь.

- Это здесь!

Она сказала это утвердительно, просто сообщила факт, явно собираясь теперь нырять, полноценно, вниз головой, чтоб нащупать торчащие из земли кости. Но Витяю слышались совсем другие интонации – укоризненные, обвиняющие. Какое же он всё-таки говно. Мелкий, паршивый человечишка. Обвиняя Майю в том, что она распоряжается чужими судьбами в угоду себе, он поступал точно так же, лицемер.

Глава 15

Успокоив эту надоедливую, Майя могла наконец сосредоточиться на деле. Полупустой рюкзак ощущался набитым камнями, пот лил в три ручья, а ноги переставлять удавалось всё реже, будто к каждой привязали ещё по мешку камней. Там, в прошлом, что-то пошло не так. Всё и всегда нужно делать самой, она бы с радостью лично поубивала их всех, но теперь это уже было невозможным.

Зелёный нарост над полем заметила издали, и это придало сил. Добравшись, кинулась разбирать кучу, ожесточённо раскидывая ветки по сторонам, проклиная старого, немощного, ныне мёртвого Генку. Ей понадобилось всего несколько минут, показавшихся, однако, вечностью. Тело Марьяны, и без того слабое и истощённое, в кровоподтёках и синяках, к исходу сегодняшнего дня напоминало обтянутый кожей скелет.

Она отметила, что старик делал схрон на совесть. Через глубокую яму были перекинуты грубо обтёсанные стволы молодых деревьев, используемые в качестве стропил, и уже поверх навалена кровля охапками густых веток. Шалаш мечты для компании подростков. Остервенело разгребая трупы зелёных насаждений, она подбиралась всё ближе к центру раскопа и всё дальше от краёв ямы. Сухой ствол не выдержал, и она полетела вниз. Раздался отчётливый хруст, и нога, на которую она приземлилась, сломалась, но Майя лишь зло зарычала. Время неумолимо таяло, Она чувствовала это. Минута-другая – всё, что у неё было. Боль временна, смерть навсегда, а умирать ей надоело.

Однако теперь она валялась на дне тёмной ямы, заваленной растительным мусором, где солнечного света едва хватало, чтоб видеть вообще хоть что-то перед собой. С другой стороны, полторы тысячи лет она провела в условиях похуже. Майя начала шарить руками впотьмах.

Где эти чёртовы кости?

***

План Витяя, по которому именно Настя должна положить монету, звучал логично, но удовлетворившись ответом на вопрос «почему», никто не задался вопросом – «зачем»? А он твёрдо знал ответ, прочитал его в глазах этой твари тогда. Если сейчас эта монета будет лежать на своём месте, когда она в будущем сунется в раскоп со своей, то закольцует время и вернётся в сюда, а он отправится в своё настоящее. В теории, разумеется. Но сюда она может вернуться только в кого-то. А подходящий «кто-то» только один - Настя.

Счастливый урод, которому наплевать, что случится со всеми ними здесь. И всё, что он смог из себя выдавить – «вам может грозить опасность». Тьфу! Не так и сложно оставаться на стороне добра, добытого за чужой счёт.

Но оказалось всё-таки сложно.

- Стоп! – крикнул он. – Вылезайте! Я ошибся.

- Что? – с недоумением крикнула из воды Настя.

- Что?! – вторил ей с берега Спирин.

- Что? - поддержал общий тон дискуссии Серёжа Апостолов.

- Что-что, - буркнул Витяй. – Ошибся. Был неправ. Ложная гипотеза. Отдайте монету и уходите. Мы никого не спасём.

- Да объясните вы нормально, что происходит? – прихватил его за плечо Спирин. Не так, чтоб грубо, но достаточно жёстко, напоминая, кто здесь власть.

Решение принято. Объяснять тут было нечего. Жить за счёт других Витяй, увы не мог. Попытался, но оказалось, что не так воспитан.

Настя тем временем брела к берегу, угрюмая, молчаливая, взглядом исподлобья тоже требуя ответа.

- Если она вернёт монету, эта тварь вернётся в неё! - обозлённо бросил следователю Витяй.

- В неё? – переспросил Спирин.

- Да, в неё! – почти кричал Витяй. Он открылся, но легче, кажется, не стало.