Страшные сказки. Выпуск 4 - Мария Бондарева

– Брат Ансельм, судя по имени, вы не из здешних мест. Южный акцент выдаёт в вас жителя Франции. Я бы сказал, что вы из Тулузы или из Каркасона. И сдаётся мне, что вы оказались так далеко от дома не по своей воле. Могу предположить, что вы отступник из тех, которые разносят альбигойскую ересь.

По округлившимся глазам Ансельма экзорцист понял, что попал точно в цель.

– Брат Бойд, я отрёкся, претерпел епитимью и получил прощение от самого епископа!

– Но ведь в глубине души остались еретиком? Я могу засвидетельствовать этот факт, но не буду раздувать дело, если откровенно расскажете всю правду.

Ансельм выпил вина, шумно вздохнул, словно решаясь, и начал историю:

– Несколько веков назад на Айоне появились монахи. Они приплыли сюда из Ирландии. Два друга, святой Колумба и святой Одран, несли дикарям слово божье и решили построить на острове часовню. Ту, что вы видели рядом с аббатством, возвели гораздо позже. Первую пытались заложить на северном берегу, там, где сейчас только развалины.

Сколько ни старались святые, их труд был напрасен. Стены часовни падали и осыпались раз за разом. В видении или во сне Колумбе явился ответ: надо зарыть человека в основание церкви. Одран добровольно вызвался стать жертвой, и земля сомкнулась над ним. Через три дня Колумба с кучкой монахов вернулся. Святой хотел попрощаться с другом, последний раз прикоснуться к его лицу. Когда прокопали ход и смахнули пыль с тела Одрана, то его веки дрогнули, открылись глаза. Он умер три дня назад, но теперь воскрес. Он вымолвил слова, известные только мёртвым, голосом ветра и могильной земли.

Одран сказал, что нет ни рая, ни ада и Бог не таков, как думают люди. Он смеялся, и хохот его был подобен грому. Одран уже не был человеком, он стал другим: возможно, духом, а может быть, тварью, скользящей в струях ночного тумана. Монахи в ужасе зарыли яму. Прошли века, и вот теперь отец Дункан решил разыскать кости Одрана, выставить их в раке, среди других реликвий аббатства.

Бойд приложился к бутылке:

– И с этого момента начались убийства?

Брат Ансельм тяжело вздохнул и кивнул.

– Кости перенесли в реликварий, но уже четверо из участников раскопок погибли один за другим. Я думаю, что всех их убило существо, в которое превратился святой Одран после смерти. Возможно, он и вправду стал демоном.

Пискнув, в углу завозилась крыса. Ансельм запустил в неё глиняной плошкой. Зверёк отскочил в сторону и растворился в ночной темноте.

– Крысы! Мерзкие твари! Раньше их здесь не было. Недобрый знак. – Келарь потупил глаза. – Все мы прокляты!

* * *

Бойду снилась уютная долина, лежавшая между склонами пологих холмов. В самой узкой части она заканчивалась нагромождением замшелых валунов, каждый из которых был высотой в два человеческих роста. Рядом, скрытый от ветра выступом скальной породы, горел костерок. Над огнём висел котёл, в котором булькало буроватое варево. Юная рыжеволосая девушка сидела в траве чуть поодаль. Изредка она вставала, подходила к костру и помешивала веточкой в котле.

Экзорцист понял, что это ведьма Алиса, про которую рассказывал отец Дункан. Экзорцист почувствовал, что если будет нужда, то без труда сможет найти её укрытие.

Бойда разбудили крики. В коридоре слышался топот множества ног. В дверь постучали, и тут же в келью ввалился запыхавшийся монах:

– Святой отец! Там! Там беда! Отца Дункана убили!

– Где тело?

– В скриптории! Скорее идём, я провожу!

Ещё не успевший толком проснуться, экзорцист протёр глаза и последовал за монахом.

В полумраке скриптория пахло старой кожей. В воздухе кружились пылинки. Тело настоятеля висело в паре футов над каменными плитами пола. Огромные гвозди, которыми обычно крепят кровельные балки, были с невероятной силой вбиты в предплечья и голову отца Дункана. Их острия, пронзив плоть и кости, уходили глубоко в камень. Брат Ансельм и пара монахов истово крестились, бубня охранительную молитву. Когда Бойд вошёл в скрипторий, веки распятого трупа дрогнули. Открылись горящие злобой глаза, губы растянулись в кривой ухмылке, обнажив заострившиеся зубы. Послышался глухой утробный хохот.

– Чёрная ворона! Ты пришёл за мной, но я могу прийти за тобой быстрее!

– Не злорадствуй, демон. Скоро отправишься в ад. Именем Господа нашего Иисуса Христа, назови своё имя!

Тело на стене изогнулось, послышался вой, переходящий в надсадный хрип.

Экзорцист начал читать слова обряда изгнания:

– Услышь, Отче Всемогущий, стенания молящей церкви твоей: не оставь своих детей страдать от власти царя лживого; не оставь во власти дьявола церковь, за которую Христос пожертвовал кровью своей; не дай этой церкви Духа твоего населиться духом нечистым.

Тело на стене сучило ногами, дико извиваясь. На губах появились хлопья белёсой пены. Бойд продолжал читать, выставив перед собой медное распятие:

– Услышь, Господь, заступник рода человеческого, молитву твоим апостолам Петру и Павлу и всем святым, по милости твоей созданным победителями самого дьявола.

Раздался гулкий хлопок, по комнате поплыл удушливый дым с запахом серы и нечистот. Труп отца Дункана окутали языки тёмного гудящего пламени, и через пару минут он распался кусками дымящейся плоти.

Экзорцист вытер со лба выступивший пот и обессиленно присел на пол. Демон оказался слишком силён. Борьба отняла почти все силы.

– Амино, Амино, Амино… – прошептал он и перекрестился трясущейся рукой.

Монастырь гудел, словно потревоженный улей. Поражённые ужасом монахи бестолково толпились в коридорах, обсуждая случившееся. Крысы, почти не скрываясь, сновали в углах. Бойд отвёл Ансельма в сторону и дал указания. Сам экзорцист сначала собирался навестить ведьму. Не зря же во сне ему явилось видение её уединённого укрытия. Келарю предстояло взять раку с костями святого Одрана и на закате принести её к развалинам старой часовни. Убедившись, что Ансельм всё правильно понял, Бойд вернулся в свою келью. Он достал из дорожного сундука кинжал в простых деревянных ножнах, оголил клинок и придирчиво осмотрел остриё, покрытое затейливой вязью посеребрённых узоров. Древнее лезвие выковали специально, и, по легенде, когда-то оно принадлежало святому Антонию. Говорили, что, когда в пустыне аскета одолевали полчища бесов, он отбивался этим клинком. Экзорцист мало верил досужим россказням, но кинжал уже много раз доказал свою силу. Спрятав ножны в рукаве, Бойд накинул плащ и отправился на поиски ведьмы.

* * *

Ближе к обеду, доверившись своему чутью, доминиканец нашёл долину, где скрывалась Алиса. Увидев мужчину в наряде доминиканца, девушка попыталась бежать, но подвернула ногу на скользких камнях. Когда монах подошёл ближе, Алиса, шипя от боли, растирала вывихнутую лодыжку.

– Не бойся, дитя