Кровавое месиво: Мерзкие истории - Торстен Шайб

Ее темно-зеленая кожа, которая, как у хамелеона, меняла цвет, могла подстраиваться под окружение и служила ей маскировкой. Маскировка, которая в ее собственном мире уже не работала, потому что солнце внезапно исчезло.

Она открыла окно и выпрыгнула из своего кабинета вниз в парк. Пять метров вниз для нее были мелочью. Но она не осталась на земле. Ей потребовалась всего секунда, чтобы забраться на самую высокую сосну, и она остановилась на верхушке. Толстая ворона испугалась ее внезапного появления и с громким карканьем улетела.

Саманта подняла голову и втянула воздух. Обычно она могла учуять свежую кровь за мили. На преступнике еще должна была остаться кровь, - подумала она. Но она понятия не имела, когда произошло преступление. Это была жалкая попытка взять след.

Сосредоточься! Сосредоточься. Куда он или она мог пойти?

Она должна была моргнуть, потому что солнце слепило ее с запада.

Конечно! Солнце! Мы любим солнце, и мы любим спать на солнце после еды! Как я могла это забыть? Неужели я так сильно оставила свое происхождение позади?

Саманта повернула голову и посмотрела прямо на главное здание. И там она также увидела своего сородича, как он как раз развалился в пляжном стуле на балконе трех девочек.

* * *

Она видела во сне свой мир. Это был ее самый главный праздник. Сегодня ее мать предложила себя в качестве жертвы. Ей было грустно, но ее мать была чрезвычайно сильной личностью и достигла возраста 150 лет. Ее зубы были особенно острыми и длинными. При разрывании добычи она всегда была самой быстрой и самой ловкой.

Каждый, кто сегодня съест что-то от ее матери, сможет рассчитывать на особые способности, которые он благодаря этому получит. Прежде всего она сама получит интеллект и жизненный опыт своей матери. Для этого ей нужно было лишь схватить ее череп, там находились такие важные атрибуты. Но поскольку ее сестра тоже претендовала на него, ей придется поделиться с ней. Таковы были законы.

Община собралась. Их было всего двенадцать. Их мать лежала на алтаре и вытянула конечности. Сначала они спели несколько песен, потом танцевали. Когда солнце стояло высоко в красном небе, присутствующие схватили руки и ноги жертвы. Она сама подошла к голове, схватила прядь волос и попыталась ухватить затылок, в то время как ее сестра показала ей зубы и таким образом предупредила, чтобы она не забрала все себе.

Тем не менее она крепко держала прядь, глядя матери в глаза, и была твердо намерена забрать ее левое полушарие мозга.

Когда последняя песня затихла, мать издала громкий крик: знак, что пора!

Одновременно они все начали тянуть за конечности. Мясо рвалось, кости вылетали из суставов, и кровь брызгала во все стороны. Сердце они достали последним, только после того, как голова была отделена от туловища и расколота на две части. Оно дымилось, и ей показалось, что она услышала последнее биение. Мозг разлетелся по полу.

Она и ее сестра бросились на него, высунули свои длинные и острые языки с крючками и так всосали в себя как можно больше. Масса была еще теплой и мягкой, полной крови и сочной.

Пока каждая из них глотала свою половину, в них всплывали образы и чувства из жизни жертвы.

Да, их мать хотела именно этого. Так и должно было быть...

* * *

- Тамми, можно мы, пожалуйста, откроем дверь на балкон? Мне не хватает воздуха... - Михаэла была бледной; она села на свою кровать.

- Хорошо, я немного приоткрою. Мы вообще должны держать все окна и двери закрытыми. Но приоткрыть, наверное, можно.

Тамми подошла к окну и через него увидела пляжный стул. Поскольку он стоял под углом, она могла видеть только четверть внутреннего пространства.

Этого, однако, хватило, чтобы она в ужасе отступила на шаг назад. Крик, который хотел вырваться из ее рта, она с трудом и присутствием духа подавила.

Что, ради всего святого, это было? Мутировавшая лягушка? Чудовище из болота? В нем было что-то болотное с его коричнево-зеленой чешуйчатой кожей. Это вообще были чешуйки? Или какие-то жабьи бородавки?

Она видела это всего несколько секунд. И все же их хватило, чтобы разжечь ее фантазию и самые большие страхи. Тамми явно посмотрела слишком много фильмов ужасов в своей жизни. Остальное было работой воображения.

Она не должна была еще больше пугать детей и сама должна была сохранять спокойствие. Поэтому она снова подошла к окну и попыталась не издавать никаких звуков, когда опускала жалюзи. Спонтанно она решила, что лучше не открывать ни окна, ни двери, а вместо этого пойти с девочками туда, где, как она предполагала, находятся и другие учителя.

- Девочки, я передумала, - объявила она, борясь со своим страхом. - Лучше всего нам спуститься в комнату отдыха. Может, ваши родители уже в пути. Учителя, наверное, тоже там. Пойдемте, пожалуйста, быстро.

Тамми пыталась говорить уверенно, и все же ее голос так дрожал, что девочки тоже стали еще беспокойнее.

- Тамми, что случилось? И почему ты опустила жалюзи? - Керстин хотела побежать к окну.

- Керстин! - нервно прикрикнула она на девочку. - Не трогай их! Я немного затемнила из-за Михаэлы. Солнце слишком сильно нагревает комнату. Она превратится в духовку. Но теперь я думаю, что кондиционер в комнате отдыха точно лучше. Особенно хорошо, что вы сможете там еще немного перекусить. Может, это тоже пойдет Михаэле на пользу.

- Тамми, мне уже немного лучше, - тихо сказала Михаэла, - но если ты предпочитаешь пойти с нами вниз, то это нормально. Может, мне действительно помогут несколько печенек и немного молока.

Моника, которая до сих пор не сказала ни слова, помогла Михаэле встать и сухо заметила:

- Я тоже хочу домой. Нам нужно еще раз позвонить нашим родителям внизу.

- Да! Это отличная идея! Давайте! Моника действительно права.

Тамми открыла дверь, погнала девочек в коридор, еще раз оглядела комнату и решила дважды запереть дверь за собой. На всякий случай. На случай, если "лягушке" придет в голову последовать за ними.

Где же Саманта? Ей нужно было поговорить с ней и рассказать, что она видела. Но... что именно она, собственно, видела?

* * *

Саманта все еще сидела на ветке, высоко наверху, на верхушке дерева. Пока она размышляла, как незаметно перепрыгнуть на балкон, она увидела, что Тамми опустила жалюзи в комнату девочек. По крайней мере, эта проблема теперь была решена.

Оргальтор