Тайна старого пансиона - Елена Ликина

Шорк-шорк, шорк-шорк, шорк-шорк. В коридоре послышались шаги. Кто-то медленно направлялся в ее сторону. Шорк-шорк, шорк-шорк, шорк-шорк.

Может, закричать? Попросить помощи?

Марьяна в нерешительности застыла под дверью.

Позвать или не стоит? Она ведь не знает, кто находится с той стороны.

Шорк-шорк, шорк-шорк, шорк-шорк. Шаги проследовали мимо и вскоре затихли.

Где-то в стене зашуршало, по ногам потянуло холодом.

Что же делать? Что делать?

Марьяна подскочила к окну. Рассматривая раскинувшийся внизу дворик, впервые пожалела, что не умеет летать.

Снег всё сыпал и сыпал. Где-то за белой пеленой вздыхало холодное море.

Зачем только она приехала в городок! Зачем согласилась на этот заказ!

Если бы знала, что её здесь ожидает! Если бы только знала!..

Под рукой обнаружился какой-то мусор: на подоконнике лежали несколько высушенных горошин и горсточка зерна. Наверное, остались от кота. От рунгиса, поправила она себя.

Ника говорила, что зёрнышки обладают силой перемещения. Что, если попросить их об этом?!

– Раз, два, три… – Марьяна собрала зёрнышки на ладони и, зажав в кулаке, взмолилась: – Спасите меня! Унесите отсюда!

Пол ушёл из-под ног, в ушах зазвенел колокольчик… Марьяну дёрнуло куда-то вбок и выбросило на ночном берегу!

Кошмар продолжился.

Уродливой декорацией рядом скрючилась уже знакомая мельница. Тревожно шумело море. Ветер бросался холодным снегом. А от кромки воды к ней ползли безобразные карлы, сплошь покрытые чешуей.

– Вот вам! – Марьяна собралась бросить в них зёрнышки рунгиса, но они исчезли.

Ночь. Море. Дюны, проросшие могучими корнями деревьев. Всё было таким прекрасным и вместе с тем таким жутким! Как и существа, спешащие к ней по песку.

«Спасайся!» – тоненько прозвенело в голове, и Марьяна рванулась к лесу. С трудом вскарабкавшись по мшистому скользкому валуну, со всех ног припустила к темнеющим впереди деревьям.

Лес возник перед ней непроницаемой устрашающей пущей. Не раздумывая, девушка нырнула под защиту сросшихся кронами деревьев и приникла к широкому растрескавшемуся стволу.

«Только бы не нашли! Только бы не догнали!» – молила она про себя, теснее вжимаясь в шершавый древесный бок.

Время шло. Но никто из её преследователей так и не появился.

Но Марьяна ещё долго не решалась выглянуть из своего убежища – боялась увидеть водяных чудовищ совсем рядом.

Прекратившийся было снег зачастил снова. Поднялся ветер.

Марьяна решила остаться в лесу до утра, чтобы при свете нового дня выйти обратно к морю и поискать дорогу к городку. Чтобы хоть как-то согреться, она осторожно двинулась вдоль ствола и наткнулась с обратной стороны на довольно широкую щель. Начинаясь от основания, щель уходила куда-то вверх, а вокруг среди коры лепились какие-то фигурки да сплетённые в виде косичек тесёмочки.

Неужели, алтарь? Девушка осторожно просунула руку в отверстие. Внутри было значительно теплее. Темнота мягко спружинила под пальцами и легонько вытолкнула руку обратно.

Марьяна по привычке полезла за телефоном, чтобы включить фонарик, но не обнаружила его в карманах.

Сотовый остался в пансионе! И её вещи тоже!

Марьяну скрутило от ненависти к себе.

Зачем, ну зачем она купилась на этот заказ?!

Словно отозвавшись на её настроение, лес разом переменился.

Заворчал ветер. Вспыхнули среди тьмы крошечные огонёчки. Затрепетали, задвигались меж стволов. Странный пугающий шум возник следом за ними.

Карлы вернулись? А может быть, кто-то другой? Гораздо опаснее и страшнее?

Марьяну бросило в жар. И тут же продрало ознобом. То ли от ветра, то ли от страха и холода зашевелились волосы на затылке. Невидимые враждебные взгляды закололи лицо тысячью игл.

Что делать? Куда бежать? Как спасаться?

Шум и огни становились всё ближе, и она сделала единственное, что пришло на ум: полезла в обнаруженное в стволе отверстие.

Кое-как протиснувшись внутрь, шагнула в темноту и, подобно Алисе из сказки, полетела вниз.

Полёт выдался коротким и немного болезненным. Девушка шлёпнулась на кучу высохших веток и больно оцарапала лицо. Перекатившись в сторону, почувствовала под руками землю, неловко поднялась.

Здесь было светлее, чем наверху.

Из ниши, в которой она оказалась, хорошо просматривалось пустое помещение с дверью в противоположном конце.

Дышалось свободно и легко. И было значительно теплее.

В одном из углов шевельнулась зыбкая тень, серым облаком повлеклась к Марьяне.

За ней потянулась другая, а следом ещё и ещё. Вся комната вдруг оказалась заполнена ими. Тени клубились вокруг. Вытягивались и схлопывались в крошечные сгустки. Касались лица, скользили вдоль складок плаща, путались в волосах… А в голове звучали тихие причитания – словно кто-то невидимый жалобно оплакивал свою судьбу.

– Убирайтесь! Прочь! Не трогайте! Оставьте меня! – кричала Марьяна, отбиваясь от их назойливого внимания. Но бессловесные тени продолжали опутывать её серой кисеёй, а в ушах всё громче звучали протяжные, горькие всхлипы.

13

Марьяна медленно брела по узкому полутёмному тоннелю. Распущенные волосы струились по плечам водопадом.

Ника торопилась, бежала следом за ней и всё никак не могла догнать.

– Марьяна! Марьян! Подожди! – Голос Ники срывался и хрипел, но Марьяна не слышала ее.

Отчаянным усилием Ника рванулась вперёд и успела схватить длинную рыжую прядь.

– Я здесь, милая. – Марьяна медленно обернулась, поправляя кожу на щеке.

Но только это была не Марьяна – на Нику игриво щурилась и улыбалась Надежда Валентиновна!

Лицо старухи немного съехало вбок, словно уродливая морщинистая маска.

– Не ожидала, милая? – грубовато проворковала она. – Не завидуй подружке. У нас есть сюрприз и для тебя.

Кто-то легонько подтолкнул Нику сзади, и она закричала.

– Не бойся, дорогая! Это же я!

Из-за спины выплыла Любовь Валентинна, бережно держащая на вытянутых руках бледный, провисший тряпкой лоскут. Седые кудряшки в весёленьких бантиках обрамляли бугристую грязно-розовую массу, перечёркнутую синей сеточкой вен. В ней, как в пузырящемся тесте, едва просматривались заплывшие чернотой глаза.

– Примерь, Никуша! – прочирикала младшая из сестёр. – Тебе пойдёт, я знаю, дорогая.

Надежда Валентиновна с силой обхватила девушку за плечи, а её сестра ловко прижала к лицу Ники липкий влажный лохмот. Пытаясь вывернуться из захвата, Ника рванулась и начала падать…

Она очнулась на полу возле кровати, крепко прижимая к груди подушку. И не сразу смогла отдышаться.

Это был сон! Всего лишь сон! Но какой жуткий!

Ника приподнялась – и комната покачнулась.

Пришлось опереться о кровать, чтобы снова не упасть.

– Сейчас бы чая… И таблетку от головы… – громко и чётко проговорила Ника. Обычно собственный голос дарил уверенность и успокаивал. Но не теперь.

И все же Ника решила спуститься на кухню за водой.

Она медленно подышала, сосчитала до десяти, а потом заставила себя подойти к двери. Отодвинув щеколду, шагнула в коридор и едва