Тени Штарнбергского озера - Анна Казинникова

Он подошел ближе и по-хозяйски обнял Леа за плечо. Жест вышел вызывающе личным. Леа дернулась, пытаясь сбросить его руку, но Фаст либо искусно притворился, что ничего не заметил, либо и впрямь проигнорировал сопротивление – что было еще хуже.

– Ах да, – протянула Стаси с не менее хищной улыбкой, – симпозиум. Сборище «великих умов», которые рядовых учителей вроде меня и за людей-то не считают. Между прочим, я тоже приглашена! Не ты один, Райнер, ходил у Штайна в любимчиках.

Она кокетливо качнула головой, рассыпав по плечам пламя медных волос.

– Пойдем, Леа, посекретничаем, пока кое-кто не начал вещать об очередном «гениальном романе». И да, красавчик, я сейчас не про литературу!

Стаси взяла подругу за руку, пытаясь увлечь за собой, но Райнер лишь крепче сжал ладонь на плече Леа.

– Ей не до секретов, – возразил он. – Нужен покой и ромашковый чай.

– Я сама заварю чай, – парировала Стаси, – и прослежу, чтобы никто, – она с нажимом выделила это слово, – не мешал Леа отдыхать. Пара часов в твоей компании, и на бедняжке лица нет!

– Не мешал?! Да ты сама – главный источник шума в этой части Баварии! – Райнер едва сдерживал хохот.

– Я не громче тебя! – в тон ему отозвалась Стаси.

Леа почувствовала себя игрушкой, которую не могут поделить два малыша. Она беспомощно огляделась и бросила умоляющий взгляд в сторону ворот, где все еще стояла задумчивая Хайке.

– Прекратите мучить бедную девочку! – возмутилась хозяйка.

Уперев руки в бока, фрау Эдельранк ожгла грозным взглядом сначала Райнера, а затем и дочь. Парочка мгновенно притихла.

– Посмотрите на часы! Соседи полицию вызовут. Быстро в дом!

И верно: Берг хоть и считался городом, на деле больше походил на деревню, где послеобеденный покой – дело принципа, а за нарушение тишины можно схлопотать приличный штраф. Райнер, подумав о том же, отпустил плечо Леа, чем мгновенно воспользовалась Стаси. Она ловко увлекла подругу за собой и почти бегом потащила к дому.

Уже у самых дверей Стаси обернулась и с лукавой улыбкой крикнула:

– Кстати, твои вещи, герр писатель, я перенесла в мансарду. А в смежной комнате с Леа поселюсь сама. Прямо как в старые добрые времена!

Она победоносно вскинула руку, вынудив Леа «дать пять», и, показав Райнеру язык, скрылась в доме.

Комната, из которой Стаси столь бесцеремонно выселила Райнера, выглядела как типичная гостевая спальня в деревенском доме. Она была чуть просторнее той, где поселили Леа, и оттого казалась непривычно пустой. Будто изначально здесь планировали разместить семью с детьми, но потом вынесли лишние кровати. Пестрый домотканый половик на полу добавлял уюта, но не мог скрыть ощущение пустоты. Из мебели – только самое необходимое: кровать, стол, пара стульев и шкаф. Все добротное и по-деревенски простое.

Представить в этих аскетичных условиях манерного Фаста было непросто – особенно после его издевательств над «скромным» жильем Леа в Мюнхене. Ей даже стало любопытно, насколько «роскошной» оказалась мансарда; Леа мстительно надеялась, что она будет такой же спартанской.

Электрический чайник, принесенный Стаси с кухни, забурлил.

– Давай, сестренка, налетай! – позвала подруга с прежним задором. – Это тебе не пакетики из DM[28]! Я сама каждое лето собираю травы в Альпах и сушу. Аромат – просто отпад!

Леа улыбнулась и села на второй стул. Если ее окна выходили на луг с буренками, то отсюда открывался панорамный вид на озеро – ровное, неподвижное, бескрайнее. Зажатая в кольцо густых крон темная вода казалась зловещей. Кемпинги и деревеньки по берегам выглядели лишь случайным фоном для этой мрачной глубины и казались откровенно лишними.

– Не смотри так долго, – мягко одернула ее Стаси, протягивая кружку. – Говорят, кто долго глядит на озеро, того забирает Страж.

– Страж? – Леа обернулась. – А кто это? Я уже не в первый раз сегодня о нем слышу. Персонаж местного фольклора?

– Да, – кивнула Стаси. – Местная страшилка, которой нас пугали в детстве. Будто Штарнбергское озеро – это врата в другой мир.

– В какой именно? – спросила Леа, все же заставляя себя отвести взгляд от окна.

– Если упрощать, то скорее в Валгаллу. Куда-то туда, – пояснила Стаси, с наслаждением отхлебывая травяной чай. – Ты ведь у нас специалист по Средневековью, должна помнить мифологию.

– Моя специализация – Развитое Средневековье. – Леа пожала плечами. – Христианские времена. Про Валгаллу и Хельхейм я помню лишь в общих чертах. Так этот Страж – что-то вроде Хеймдалля? Но тот вроде не занимался похищением детей.

– Официальная мифология часто далека от местечковых поверий. Полагаю, подразумевается именно Хеймдалль, страж богов. Но местные зовут его просто – Страж. До появления христианства здесь правили древние германские боги: Водан, Донар и Фрейя. Люди поклонялись им, приносили жертвы, а главное – верили. А после смерти они питали своими душами мир богов. Но с приходом новой веры о прежних кумирах стали забывать, и силы их начали гаснуть. Людям больше не хотелось до скончания веков биться в Валгалле, когда можно было покаяться перед смертью и отправиться в спокойный христианский рай.

– Вообще-то это работает немного иначе, – нахмурилась Леа, – но твою логику я понимаю. Продолжай.

– В воображении народа все выглядит именно так. – Стаси едва заметно усмехнулась. – Боги стали искать способ поддержать свое существование. И нашли. В германских землях все еще оставались особые места, где граница между мирами истончена. К ним и приставлены Стражи. В прежние времена они пропускали лишь достойных воинов с горящими сердцами, теперь же стали заманивать всех страждущих. Страж обещает исполнение желаний в обмен на то, что после кончины душа одариваемого последует… Ну, куда надо.

– Торговля душами? Как мило. И что-то до боли напоминает.

– Не стоит сравнивать Валгаллу с адом, Леа. Для стойких и крепких духом, для тех, кто искренне верит в справедливость и силу, там лучше, чем в христианском раю. Там – истинный порядок и справедливость.

– Все равно полагаю, что желающих немного. – Леа скептически изогнула бровь.

– Да. И в этом есть определенный риск. Слабые души быстро выгорают, превращаясь в безликие тени. Но, с другой стороны, оно и справедливо, – в голосе Стаси прозвучала фанатичная убежденность. – Достойные обретают вечность, остальные – лишь топливо. Правда, некоторые нечистоплотные личности жертвуют другими. Как в старые времена. А еще Стража может привлечь невероятно сильное желание.

– Так он что, и на дом приходит? – Озеро нравилось Леа все меньше.

– Бывает. В преддверии старых праздников суеверия людей возвращают прежним богам силу. А вместе с ними – и Стражу. В это время он особенно силен.

– В Самайн, например? – предположила Леа.

– Например. Или же в Белтейн.