Операция: Оркнейские острова - Уильям Микл

Уилкинс не спеша поправил ей юбку, чтобы прикрыть интимные места, прежде чем заглянуть на лестничную клетку. Свет горел, так что он отчетливо видел всю лестницу до самого верха. Ничто не шевелилось, и вокруг царила тишина. Он жестом пригласил остальных вперед.

Они собрались у подножия лестницы, стараясь не обращать внимания на мертвую женщину у их ног.

- Мы направляемся прямо на четвертую палубу, ребята, - сказал Бэнкс, - найдем того, кто махал той рубашкой. Если его там не будет, мы прочешем весь корабль от носа до кормы, но сначала займемся этим. Вигго, Уилкинс, вы впереди.

Они медленно поднимались по лестнице, оглядываясь по сторонам на каждом повороте. На пароме было слишком тихо, слишком безжизненно. На лестнице больше не было тел, не было крови, но это как-то только усугубляло тишину. Совершенно не создавалось впечатления, что на борту все еще находятся несколько сотен испуганных людей.

Через несколько минут осторожного подъема они добрались до двери, ведущей на четвертую палубу. Вигго отсчитал на пальцах от трех до одного, а затем открыл дверь. Уилкинс стоял с поднятым оружием, готовый к любой внезапной атаке. Ничего не произошло.

Он вышел в пустой, устланный ковролином коридор, который тянулся по всей длине парома как влево, так и вправо. Единственным звуком был легкий скрип двери, когда остальные прошли за ним. Капитан посмотрел вниз по коридору слева от них.

- Пять дверей в ту сторону, так что нам нужно искать четвeртую справа. Медленно и осторожно, ребята. Если здесь кто-то есть, мы не хотим вызывать панику.

По-прежнему не было слышно ни звука, пока они тихо шли по ковру к двери, на которую указал капитан. Вигго снова отсчитал на пальцах до трeх, а затем распахнул дверь. Уилкинс вошeл внутрь с поднятым оружием. В комнате была одна женщина - пожилая, с седыми волосами. Она подняла глаза, крикнула один раз и упала без сознания на пол у ног Уилкинса.

- 16 -

- Вижу, у тебя по-прежнему хорошо получается с дамами, Уилко? - сказал Вигго.

Каюта была небольшая, и теперь в ней стало слишком тесно из-за отряда и лежащей на полу женщины. Уилкинсу и Дэвису удалось с трудом уложить еe на узкую раскладушку. Она не подавала признаков жизни. Дэвис быстро осмотрел еe.

- Ранений нет. Думаю, мы просто немного еe напугали.

Бэнкс заговорил из дверного проeма.

- У нас нет времени ждать, пока она придeт в себя. Уилкинс, останься с ней. Мы прочешем остальную часть корабля. Если мы не вернeмся через десять секунд или если услышишь перестрелку, не иди к нам. Отведи еe в шлюпку.

Через десять секунд Уилкинс остался наедине с женщиной. Он услышал топот шагов, когда отряд направился по коридору, а потом вокруг него воцарилась тишина. Он чуть не вздрогнул, когда женщина застонала. Он подошeл к ней. Еe веки затрепетали, глаза открылись, и он увидел, что она собирается снова закричать. Он приложил палец к губам.

- Тише. Мы здесь, чтобы помочь.

На мгновение ему показалось, что она всe равно закричит, но потом она оглядела его с ног до головы, заметив камуфляжную форму и винтовку.

- Это вы были в шлюпке?

Он кивнул, а она продолжила:

- Я думала, вы меня не видели. Слава Богу, что вы здесь. Но вы опоздали. Слишком опоздали.

И с этими словами она разрыдалась почти истерически. Рядом с кроватью стояли кувшин с водой и стакан. Уилкинс наполнил стакан до краев и протянул ей, когда она приподнялась. Ему пришлось удерживать еe руки, но даже тогда половина воды пролилась ей на подбородок и стекла по платью. Она, казалось, этого не заметила.

- Что здесь произошло? - спросил он.

- Вы знаете про тех... существ? Про тех рыбоподобных?

Уилкинс снова кивнул.

Вода, похоже, успокоила еe. Она поставила стакан и взяла его левую руку в свои обе. Он почувствовал, как они дрожат от напряжения, но еe голос теперь звучал сильнее, она говорила более уверенно.

- Они пришли с дождeм. Мы были на верхней площадке, когда это произошло; нас, группу из Эдинбурга, привезли на автобусе на экскурсию. Мы только что сфотографировались группой на фоне Олд Мэна, когда начал накрапывать дождь. А потом началось пение. Ты знаешь про это пение, сынок? Если нет, и ты услышишь его в ветре, начинай бежать. В этом и была наша ошибка. Мы услышали его, и Джордж - это был мой муж - отпустил мою руку и пошел к перилам, к источнику звука. И он был не единственным. Почти все участники поездки пошли за ним. Я пыталась оттащить его назад, но его глаза затуманились, и было словно он меня не слышал, слышал только пение. Я слышала достаточно хорошо, за нас обоих. Кто-то - судя по звуку, много людей - кричал внизу, на палубе для автомобилей. Где-то разбилось окно, потом ещe одно, и сразу после этого заглохли двигатели, и единственным звуком осталось это проклятое пение.

Уилкинс прервал еe.

- Bы не почувствовали желания последовать за ним?

Она повернула голову то в одну, то в другую сторону и постучала по ушам. Оба раза раздался глухой звук, и когда он присмотрелся, то заметил слуховые аппараты.

- Полагаю, электроника испортила это пение, - сказала она. - Извини за мой французский, но у меня сегодня плохой день. Мне удалось на время удержать Джорджа от перил, но остальные перелезли через них, словно прыгая в бассейн. Они выглядели достаточно счастливыми, что уходят. Я дергала и дергала Джорджа, даже почти дотащила его до лестницы. И именно тогда они схватили его... эти рыбоподобные существа... Не знаю, как их ещe назвать. Они вылезли через перила, словно взобрались по борту лодки. Их было двое, ростом семь футов или больше, с такими огромными глазами, что казалось, будто они смотрят прямо на меня. В испуге я отпустила Джорджа... и потеряла его. Он ушeл, прежде чем я успела до него