Тайна старого пансиона - Елена Ликина

class="p1">– Куда-а-а? – прорычала Любовь Валентинна и ловким прыжком скакнула к Марьяне. В тщедушном теле скрывалась нешуточная мощь. Марьяна в ту же секунду оказалась на полу у кровати. С силой сжав голову девушки, Любовь Валентинна удержала её перед лицом сестры.

Надежда Валентиновна с трудом приоткрыла глаза. Встретившись взглядом с Марьяной, будто дёрнула за невидимую нить – против желания девушка потянулась поближе, почувствовала, как изнутри что-то поднимается жаркой волной. Надежда Валентиновна с жадностью потянула в себя это трепещущее нечто, и Марьяна поддалась, не смогла воспрепятствовать ей…

Чуть позже, помолодевшая и бодрая, старшая лаума помогла сестре укутать пленницу в плед, подложила под голову девушки подушку. Сквозь забытье и слабость Марьяна услышала обрывки разговора:

– Пусть Илси принесёт ей поесть… Она должна продержаться до конца Святок…

– Я так рада, что тебе получше, Надюша! Просто счастье, что она оказалась такой дурочкой.

– Хоть какая-то польза от сестрицы…

– Да! Да. Агате придётся убраться отсюда ни с чем!

– Ещё бы! Агате меня не заполучить!..

* * *

Монах решил действовать открыто: позвонил в дверь, и когда Илси открыла, поприветствовал её ослепительной улыбкой. Не среагировав на приветствие, убланича повернулась и побрела в глубину коридора. Она выглядела немного помятой и растрёпанной, совсем не такой, как раньше.

Что-то было явно не так. Прежде чем войти, Монах заглянул в проём и, не обнаружив ничего подозрительного, быстро взбежал по лестнице наверх.

Вещи он сгрёб одним махом; не заботясь об аккуратности, кое-как затолкал в старинный вместительный кофр. Подхватив его, сразу поспешил назад, вот только выйти из дома не получилось. Напрасно он дёргал дверь, напрасно щёлкал замком – дверь не поддавалась.

– Ну ладно. Попробуем через окно. – Монах огляделся и замер, заметив у лестницы Нику.

– Решил сбежать с чужим добром? – Она кивнула на кофр Марьяны.

– Вроде того, – не стал отнекиваться Монах. – Да только домик не пускает.

– И не пустит, – равнодушно ответила девушка. – Мы с Нинель пробовали. Бесполезно.

– Ничего. Ещё есть окна.

– Может, и есть, а может, и нет.

– Хочешь сказать…

– Их тоже не открыть, – кивнула Ника. – Зачем тебе вещи Марьяны?

– Чтобы отдать владелице.

– Ты видел её? Знаешь, где она? – впервые Ника проявила хоть какие-то эмоции.

– Ждёт на соседней улице.

– Уже нет. – Заметно повеселевшая убланича шагнула прямо из стены. – Хозяйки теперь успокоятся. И всё снова станет хорошо. Чуть не упустили девчонку. Но теперь всё.

– Что значит – всё?

– А всё! – Убланича дёрнула плечом и свернула в сторону кухни. – Пташка вернулась, и дверца захлопнулась.

– Погоди! – Монах сунулся было следом, да невидимая преграда не пустила, заставила отступить.

– Они перестали притворяться. – Шёпот Ники прозвучал в самое ухо. Девушка подошла совсем близко, подняла к нему бледное выразительное лицо. В огромных тёмных глазах плескалась тревога. – Эта ночь всё поменяла, понимаешь?

– Тебе угрожали? – От едва уловимого пряного аромата что-то сдвинулось в голове. Захотелось коснуться тонкого узора на шее, провести пальцем по изящно выполненной татуировке.

Да что это со мной! Ведусь, как мелкий пацан! Монах постарался встряхнуться от дурманящей притягательности.

– Нет. Не угрожали. Пока. – Ника совсем не замечала его состояния. – Но дом удерживает нас, ты сам видишь. Не представляю, как Марьяне удалось сбежать.

– Ей помогли. – Монаху удалось собраться. – Вот только… Ты поняла, что пробубнила эта красотка?

– Что-то про пташку. А значит, Марьяна снова здесь, в этом доме. Я думаю, что она в опасности.

– Вот же идиотка! – прошипел Монах. – Я же велел ей не высовываться!

Разозлившись на собственную слабость, а заодно и на беспечную Марьяну, Монах повернул к лестнице.

– Пошли, Ника! Нам нужно её найти.

– Дом большой. С чего ты хочешь начать?

– Не знаю. Как получится!

19

Добротная лестница изменилась прямо на глазах – Монах и Ника ступили на деревянные ступени, а сошли на площадку этажа с каменных истёртых плит.

– Ты в порядке? – Монах взглянул на побледневшую Нику.

– Немного штормит, – призналась девушка. – Я боялась, что мы провалимся.

– Я тоже струхнул, – подмигнул ей Монах и огляделся.

Посмотреть и правда было на что: дом стал совершенно другим.

Сквозь щелястые доски ржавыми пиками пробивалась сухая трава, облезлые стены растрескались, изо всех щелей гроздьями прорастали нити бледных грибов. Из-под их плоских шляпок сочилась буроватая влага, по каплям стекая вниз.

Серый рассеянный свет, словно туман, скрадывал углы и предметы…

Лаумы были прикованы к дому многие годы, а теперь и гостям пансиона грозила подобная участь.

– Однако! – присвистнул Монах. – Выходит, кофе нам не подадут.

Из дальней комнаты выглянули Нинель с Родионом и замерли, впечатлённые произошедшим.

– Вижу, перемены вы оценили. – Монах поднял в приветствии руку.

– Когда всё успело поменяться? – Родион подковырнул грибную нить и поморщился.

– Похоже, что только сейчас. Мы стали свидетелями грандиозного превращения.

– Дом был таким всегда. – Нинель осторожно пошла по коридору. – Просто завеса спала, что-то развеяло морок.

– Они поймали Марьяну! И перестали скрываться. Им теперь всё равно. – От стылой сырости Нику немного трясло.

– Марьяна у них? – нахмурилась Нинель.

– Теперь уже да. – Монах кратко пересказал случившееся в лесу.

– Вы летели в кадушке? – недоверчиво переспросила Нинель.

– В бадье.

– Не верю!

– А зря!

– А я вот верю. – Впервые за всё время Родион улыбнулся. – Если существуют лаумы и духи, то почему бы бадье не стать летающим средством.

В ответ Нинель лишь передёрнула плечами и, оглянувшись назад, прошептала:

– Как думаете, за нами наблюдают?

– Уверен, что да, – кивнул ей Монах.

– Еще бы, – согласился с ним Родион. – Мы словно мухи у них на ладони.

– Как думаете, почему перед нами открылись? Почему перестали дурачить?

– У меня только одно объяснение. И оно вам совсем не понравится, – вздохнул Монах. – У уважаемых сестриц имеются на нас свои планы.

– Поддерживаю. – Родион даже не пытался понизить голос. – Нас не собираются отпускать.

– Лаумы используют детей! – с горечью проговорила Нинель. – Зачем им взрослые? Что они могут нам сделать?

– То же, что сделают Марьяне? – предположила Ника.

– И что же это?

– Я не знаю.

– Им скучно и хочется развлечься?

– Именно. Как кошке с мышами, – поддакнул Родион.

– Мы узнали про их логово. Мы можем рассказать о них миру. Выбирайте любую причину. – Монах подошёл к ближайшей двери и взялся за ручку. – На самом деле это неважно. Главное, что мы теперь пленники, дом просто не выпустит нас.

– И мы…

– Станем тенями пансиона.

– Не смешно! – возмутилась Нинель.

– А я и не шучу. – Монах было шагнул внутрь, но тут же отпрянул. – Поздравляю. Нас лишили не только свободы, но и комнат. Оплаченных комнат, между прочим!

– О чём ты?.. – Ника потянулась