Тени Штарнбергского озера - Анна Казинникова

– А у нее еще один красавчик в поклонниках, – влезла в разговор Стаси, расправившись с десертом. – Высокий плечистый блондин с роскошными кудрями. Правда, взгляд странный… как у мясника.

– Что за тип? – напрягся Райнер. – Он что, угрожал тебе?

Во взгляде Фаста сверкнула сталь. Леа показалось: скажи она «да», он пойдет искать Йохана, чтобы защитить ее честь. А драка им сейчас совсем ни к чему.

– Йохан роскошный? Пугающий до чертиков, ты хотела сказать? – Леа вздохнула и покачала головой. – Он еще вчера появился. В парке. Сказал, что любопытство до добра не доведет.

– Йохан, значит. Вот же свин. Держись от него подальше, – скривился Райнер.

– Ты что, его знаешь? – удивилась Леа.

– Я много кого знаю, забыла? – напомнил Райнер, ловко уйдя от ответа. – Толком ничего не выяснили. Получается, нам остается надеяться только на успех Вилли? Обидно, я надеялся нарыть тут побольше.

– Райнер. – Стаси дернула друга за рукав. – Ты серьезно веришь, что Штайна… убили? Сегодня все, абсолютно все вокруг говорили, что наш профессор вел себя странно последние несколько месяцев. Подозревали, что у него началась ранняя деменция и что такой итог… он закономерен. Может, у Вилли свои цели? Мы не знаем этого человека и не можем ему доверять.

– Ну, свои цели Вилли обозначил четко – ему нужны документы, которые спрятал профессор, – заметил Райнер. – Да и ничего противозаконного или опасного он нам не предлагает. Пока.

– Вот именно. Пока, – нахмурилась Стаси. – Окорочками чувствую: втянут нас в какое-то дерьмо. Ну что за документы, такие важные для Вилли, могли быть у Штайна?

– Может, компромат на семью? – предположила Леа. – От Фога за километр пахнет «старыми деньгами». То, что для нас – просто исторический факт, для него может быть личной трагедией.

– Например?

– Ну, может, его предки вели дела с тем самым «австрийским художником»? – нашелся Райнер. – Физического вреда это не принесет, а вот репутационные потери, особенно для бизнеса, – запросто.

– Ага! – всполошилась Стаси. – Мы найдем документы, а он нас, как свидетелей… – Она демонстративно провела ладонью по горлу. – Слушайте, а может, он и Штайну… «помог»?

Райнер тяжело вздохнул и отвел взгляд. Леа поняла, что сквозь ветви деревьев он смотрит на озеро, и поежилась. Стаси там не было, а вот Леа, как и Райнер, видела, каким странным стал Штарнберг. Помнила зов, которому невозможно противиться. И слова Вилли о том, что озеро их не отпустит, звучали хоть и невероятно, но зловеще.

– И, честно говоря, – после паузы медленно проговорил Райнер, – мне вся эта история тоже кажется странной. Поэтому я хочу всe выяснить. Леа, у тебя есть номер Вильгельма?

– Нет, – покачала головой девушка.

– Тогда предлагаю поехать в госпиталь. Думаю, Фог ошивается где-то рядом.

Стаси обреченно вздохнула, стряхнула крошки с платья и мотнула головой.

– Не могу. У меня вечером посиделки со школьными подругами. Договорились потусить в Мюнхене, пройтись по клубам. Я бы и рада отказаться, – в ее голосе появились извиняющиеся нотки, – да неудобно. Еще зимой планировали, сто лет не виделись…

– Иди, конечно! – поддержал Райнер. – Глупо такой шанс упускать. Отпуск-то не резиновый.

– Да, – согласилась Леа. – Только… я, пожалуй, тоже не поеду. Лучше созвонюсь с отцом. Штайн не зря упоминал маму. Может, удастся что-то выяснить с этой стороны? Так что разделимся.

На том и порешили.

Глава 10

Ловушка для принцессы

12 июня 1886 года

Берг, Бавария

Софи, любимая… Тьма вокруг Берга сгущается, и в холодном дыхании озерного ветра я отчетливо слышу шаги тех, кто годами плел паутину вокруг моего трона. В такие минуты мысли неотвратимо переносят меня к величайшей трагедии моей жизни – нашему разрыву. К той страшной жертве, об истинном смысле которой бездушный свет даже не подозревает.

Теперь, когда маски сброшены, я знаю: наша любовь стала заложницей в дьявольской игре «железного» негодяя. Бисмарк отринул честный путь воина, некогда завещанный Фридрихом Великим. Он ступил на темную тропу обмана и шантажа, разрушив не только союз двух сердец, но и саму возможность иного пути для Баварии. Я чувствую: его фанатичная страсть к объединению Германии не принесет моему народу добра.

Если воспоминания о тех событиях еще терзают твое сердце виной – молю, отпусти ее. Ты невиновна. Я сознательно взял на себя бремя проклятий и ярость толпы, объявив о разрыве. И готов был повторить это тысячу раз, лишь бы избавить тебя от мук. Я добровольно шагнул в бездну одиночества и принял клеймо безумца в глазах света, чтобы этот удар не коснулся тебя.

Из прощального письма Людвига II Баварского к Софии Шарлотте Августе, герцогине Алансонской

Январь 1867 года

замок Поссенхофен, Бавария

Последние несколько дней София жила словно в лихорадочном сне, окутанная золотистой дымкой эйфории. Людвиг, ее прекрасный лунный король, наконец решился! Строки из его письма до сих пор стояли перед глазами, заставляя взор принцессы сиять ярче звезд.

Хочешь ли ты стать моей богиней? Подругой при моем троне? Моей королевой?

И она, разумеется, без тени сомнений вверила ему свою судьбу. Совсем скоро они поженятся и всегда будут вместе!

Смешно сказать – несмотря на завистливые шепотки дворцовых сплетниц, их близость была лишь союзом душ, возвышенным и чистым, как воздух у вершин Альп. Но София знала: после венчания все изменится. И мысли о грядущем заставляли щеки девушки наливаться краской.

Родители, прежде смотревшие на этот союз с неодобрением, наконец смирились. Даже отец, чья холодность часто ранила Софию, вчера пребывал в непривычно благостном расположении духа. Он зашел в ее покои, шутил и даже предложил отличную идею для свадебных торжеств.

И чего они упирались? Разве сестры не устроили свои судьбы наилучшим образом? Мария носила корону Обеих Сицилий, Сисси правила в величественной Вене рука об руку с императором Францем Иосифом. Неужели король Баварии был не достоин их родства?

– Софи, милая, мы с матерью желаем тебе лишь добра, – неловко произнес герцог Максимилиан, будто смущаясь собственного порыва заботы. – И коли ты выбрала себе в спутники Людвига Баварского – так тому и быть. Благословляю и постараюсь сделать ваше торжество действительно незабываемым. Мне подсказали одну любопытную мысль, и я хотел бы ее обсудить. Как ты смотришь на то, чтобы оформить приглашения в виде изящных открыток с портретами молодоженов? С твоим портретом – с нашей стороны, и с портретом Людвига – от королевского дома Баварии. Гости после венчания смогут соединить их вместе как символ вашего союза. Не находишь, что это будет весьма мило и поэтично?