Падение клана Шэ. Том 2 - Ло Ян

Она решительно двинулась к кабинету брата. Наверняка он там обижает А-Юаня, так и не научился ему доверять, так и не…

Но в кабинете оказалось пусто и темно. Впервые за много дней она осталась одна. И не знала, куда теперь податься.

Пойти бы спать, А-Юань, наверное, уже лёг… Но нет, если старший братец его сильно разозлил, наверняка он пошёл бродить вечно мечется как тигр по клетке!

Наведаться к матушке? Ей не до разговоров, командует, наверное, учениками, собирающими столы и тарелки. А с дядюшкой Баем говорить не о чем – вести про то, что Янмэй ждёт ребёнка она ему уже передала, он даже пустил слезу от радости.

– Сестрица! – раздалось позади, и к ней, на ходу жуя лепёшку, подбежал Янь. Она, изловчившись, ухватила его за ухо, хоть пришлось высоко вскинуть руку.

– Чем это ты давишься? А мне не взял, значит?

– Э? Ты и так растолстела у принца на всём готовом, куда тебе ещё и лепёшки?

Наглый хорёк! Пришлось отвесить ему подзатыльник.

– Я ребёнка родила, дурень!

– Да это было сколько лет назад!

Фэнъюэ рассмеялась. Ей, наоборот, нравилось, что она перестала быть тощей девчонкой без груди и бёдер, видеть в зеркале женщину было приятно – хоть кожа на животе стала похожа на карту рек, но и это было признаком взрослости. Она больше не младшая дочь, которой можно помыкать, она – мать юного господина императорской крови.

Янь это как будто чувствовал, несмотря на шутки, глядел на неё как-то смущённо. Пришлось обнять его за плечи.

– Не делай вид, что не стесняешься. Я уже не твоя старшая сестра, да? Приехала какая-то богатая тётушка…

– Ты слишком красивая для тётушки, – сказал он и улыбнулся наконец по-настоящему, открыто. – Я скучал. Теперь у нас много младших боевых братьев и сестёр, они меня называют шисюном, – так странно… Спрашивают у меня всякие штуки, будто я правда знаю, как правильно… Девочки подходят особенно часто, поэтому мне тебя не хватает. Это тебе бы с ними возиться.

– Конечно, к тебе подходят девочки, – Фэнъюэ рассмеялась. – Такой большой, а тебя это до сих пор смущает?

Он тяжело вздохнул, печально отвёл глаза.

– Они не знают, что я отравлен демонической кровью. Даже если девушка понравится, как я смогу ей об этом сказать? Ведь потеряю её навсегда.

Фэнъюэ сделалось его жаль. Яню сейчас самая пора думать о любви, а он, такой красавец, себя чувствует ущербным!

– Ты исхудал, – мягко сказала она. – Это от тяжёлых дум?

– Нет. Я пощусь по буддийским обычаям, чтобы смирять скверну, хожу в паломничества. Правду сказать… господин Хуань сильный демон, и рядом с ним мне хуже: сила растёт, но порой едва себя сдерживаю, чтобы не впасть в буйство, а порой, меня словно в лаву окунают: всё тело горит, ни о чём не могу думать. От молитвы и святых талисманов мне больно, неуютно, но я хотя бы прихожу в себя. – Он взглянул на неё и поспешно замахал руками. – Нет-нет, у меня всё хорошо, не смотри так! Сегодня я просто волнуюсь за брата, вот и разоткровенничался.

– За Цзюэ? – Фэнъюэ вздохнула. – Они с А-Юанем как дети. Ничего, завтра на охоте проветрятся и помирятся. Не стоило им сегодня пить, вот и всё.

Янь помотал головой, потянул её в беседку за гнутым мостиком, полускрытую ивами, сел ссутулившись у столика, упёрся руками в колени.

– Я знаю, о чём они говорили в кабинете. Твой муж… Он сказал Цзюэ, что раскопает Агатовую гору и достанет сокровища, а потом пойдёт к остальным школам и созовёт их на битву с шаманом из Ю.

– И… брат согласился? – Фэнъюэ села напротив.

– Согласился, как же! – горько воскликнул Янь. – Если бы принц ещё спрашивал его согласия! Цзюэ умолял его остановиться, позволить ему сохранить лицо. Но принц сказал, что ради сына готов на всё и не потерпит, если ему начнут чинить препятствия.

Фэнъюэ прикусила губу. Сердце сжалось от нехорошего предчувствия: А-Юань правда мог такое сказать. Ради своей страны, ради Шань-эра он готов был на что угодно. Что ему страдания какого-то Шэ Цзюэ, когда пустыня в видениях послала нечто ужасное!

– Я… постараюсь его смягчить. Если он ещё не спит.

Янь горестно вздохнул, почти всхлипнул.

– Я боюсь… что он убьёт Цзюэ. Или велит демону Фэнбао его убить, что-то с ним сделать…

– Что?! – Фэнъюэ вскочила. – Что ты такое говоришь?! А-Юань не такой!

– А ты можешь поручиться? – тихо спросил в ответ Янь, глядя в пол. – Принц выглядит человеком, который правда ни перед чем не остановится. Он может сделать с Цзюэ, с нами всё что угодно, и кто его остановит? Он ведь сын императора. Может обвинить нас в измене или просто убить…

Фэнъюэ хотела с ним поспорить, но поняла, что не может. Лихорадочный блеск в глазах мужа, его одержимость магией и видениями пустыни, лёгкие искажения его ци, которые ей приходилось лечить, – всё это и вправду могло привести к трагедии. С него станется на всю страну назвать Шэ Цзюэ предателем. Даже если они не подерутся, Цзюэ, не перенеся позора, чего доброго, повесится, как только люди узнают о его лжи. Это с принца никто не спросит – власть имущих в цзянху всегда сторонились, – но свой, из боевого братства, будет опозорен навсегда.

– Сестра… – вывел её из задумчивости Янь. – Скажи мне тайные слова.

– Какие слова?

– Те… которыми можно управлять Хуань Фэнбао. Они есть, я знаю. У всех нас есть. – Он снова опустил голову.

Фэнъюэ сперва не поняла, о ком это он, но тут же догадалась: в том страшном месте слуги Бай Лици успели извратить его сознание и душу, но бедный младший брат так никогда и не рассказывал ей, что именно теперь с ним происходит. Да она и не спрашивала, слишком занята была собой.

– Я не могу тебе сказать, это будет нехорошо. Ты же не хотел бы, чтобы кто-то узнал твои тайные слова.

– Вэй-шисюн знает. И тебе я могу сказать. Ты меня не обидишь, я знаю. – Брат открыто взглянул ей в глаза, в свете фонаря они казались совсем чёрными. – Великий шепчущий лес знает всё на свете.

Фэнъюэ взяла его руку в свою, крепко сжала. Янь… малыш Янь единственный из всей семьи не считал её чужой. Уже не мальчик, не понимавший, чего это она решила выскочить замуж, – мужчина, на которого можно положиться. Только что рассказал ей свои страхи, но так храбро доверился! Нет, её семья – всё ещё семья. Просто она столько лет не