Водяной 7 - Константин Паули

class="p1">— Ну что же Вы, такая молодая, а память уже подводит! — сокрушённо поцокал языком глава. — А Вы, кстати, в курсе, что там на Озёрной Валерия Михайловна Кузякина скандалит? Жалуется, что на её участок напал чёрт и пожрал все свежевысаженные баклажаны!

— Что? Кто? Какой ещё чёрт? — заморгала участковая, сбитая с толку резкой сменой темы.

Надо сказать, что в существование подобного двоедушника ни я, ни Василиса особо не верили. Просто потому, что никогда с такой нечистью не сталкивались, и слово «чёрт» в наших реальностях всегда оставалось лишь экспрессивным ругательством, а не реальным монстром.

— Да там, скорее, у кого-то просто свинья сбежала, судя по описанию следов, — ни на секунду не сбавляя темпа, продолжил Павел Семёнович. — Но я Вас прошу срочно, просто архисрочнейшим образом съездить туда и провести все следственные мероприятия! Вот, Вадима выдаю Вам в помощь как ценного кадра. Бегом-бегом! А я уж тут сам всё проконтролирую.

С этими словами глава, мягко, но непреклонно вытеснил нас за калитку, чуть ли не насильно рассовал по местам в служебной «Ниве» и, заботливо захлопнув дверцу, радостно помахал нам вслед.

Василиса проводила его массивную фигуру долгим взглядом через стекло, затем повернула ключ в замке зажигания.

— Это чего он сейчас исполнил? — спросила она, выруливая на дорогу.

— Ремонт проводит. Плановый, — усмехнулся я.

— Что ты им всем внушил, Вадим? Массовое изгнание нечистой силы?

— Нет, нечто куда более реальное и пугающее, — я откинулся на сиденье. — Административные штрафы.

Василиса скосила на меня недоверчивый взгляд.

— А что ты так смотришь? — хмыкнул я. — В наше время проклятие поди ещё попробуй заполучи. А вот штраф от МЧС прилетает за каждый чих. Времена, конечно, настали… Так что мотивация у наших поклонников медицины железобетонная. Но это всё лирика. Ты лучше скажи, последнюю Вилу так и не догнали?

Василиса помрачнела и отрицательно мотнула головой.

— Нет. Машина брошена прямо посреди райцентра. Сама она теперь может быть, где угодно. Да и, собственно, она уже где угодно. Руслан остался там, приводить «свою машиночку» в порядок. Требуется небольшой ремонт после погони, но он скоро подтянется.

— А Добрыня?

— Без понятия, — она нервно забарабанила пальцами по оплётке руля. — Он ехал за мной, а как увидел пустую машину, начал метаться по улице как заведенный. Потом вдруг спросил, где капище, прыгнул за руль и умчал.

— Значит, туда и направился, — предположил я. — Предлагаю тоже выдвигаться к капищу и смыть там всё в реку. Ну, от греха подальше. Мы же всё равно собирались эту дрянь уничтожить. А «чёрта» ввиду того, что они не существуют, предлагаю не искать.

Василиса согласно кивнула.

— Кабаны это дикие, скорее всего. Ты же понимаешь, что охрана чужих баклажанов вообще не входит в мои обязанности, а Павел Семёнович просто разыграл спектакль, чтобы убрать меня с глаз долой?

— Именно этого он и добивался, — согласился я. — Ну и ладно. Нам же проще, добровольцы пока закончат с медпунктом, а мы разберёмся с капищем.

Василиса пересекла мост, круто заложила вираж в сторону полей, и, поднимая за собой густой шлейф серой пыли, наша «Нива» покатила по грунтовке. Мы затормозили у самого края поля, под которым в низине был тот самый небольшой перелесок с капищем. Тут же уже стоял знакомый нам старый «Мерседес».

Вечерело. Воздух становился прохладным, а небо окрашивалось в закатные тона.

Мы спустились по склону вниз и, без особого удивления обнаружили на капище Добрыню. Он неподвижно восседал на одном из пней, подперев подбородок рукой, ну вылитый роденовский «Мыслитель», и неотрывно смотрел на ленивое течение реки.

— Камлаешь, великий герой? — нарушил я тишину.

— Думаю, куда она теперь побежит, — задумчиво отозвался он, даже не повернув головы.

— Мы передадим информацию Инквизиции, дальше это будет их работа и их головная боль. Без денег и документов она не сможет долго прятаться, — сказала Василиса тем сухим, казённым тоном, который обычно давала понять, что дело вышло за рамки её юрисдикции и остальное не её забота.

— Сможет. Наверняка сможет, — не согласился Добрыня, наконец посмотрев на нас. — С машиной же она как-то управилась, значит, и с остальным разберётся. Меня больше удивляет другое, почему она не возвращается на капище?

— Чтобы что? — нахмурился я, делая шаг вперёд. — Для чего оно им вообще нужно? Ты явно что-то знаешь. Если знаешь — говори.

Добрыня поднялся с пня и отряхнул штаны.

— Я, пожалуй, задержусь ещё на какое-то время у вас в посёлке. Осмотрюсь. Мало ли, вдруг что-то упустил из виду, — сказал он, проигнорировав мой вопрос.

Он развернулся и молча пошёл вверх по склону. Ни тебе «до свидания», ни объяснений. Впрочем, не припомню, чтобы он вообще когда-нибудь прощался. Видимо манеры — это не его конёк.

Мы молча стояли среди деревьев, пока наверху не взревел стартер и шум уезжающего «Мерседеса» не растворился в вечерней тишине.

— Проверишь, тут больше никого нет? — вполголоса попросил я Василису. — Или мне нужно распустить туман?

Вместо ответа Василиса прикрыла глаза и плавно повела руками. Она сделала несколько сложных, волнообразных движений, напоминающих завораживающий танец. В каком-то смысле древнеславянские танцы изначально и были чистой магией, просто со временем люди утратили её истинный смысл, оставив лишь форму.

Она опустила руки и резко выдохнула.

— Посторонних нет. Убирай капище.

Мы поднялись чуть выше, остановившись на самом краю перелеска. Воды в Малой Атаманке всегда было немного, речушка так себе, не особо полноводная. И всё же, напрягшись посильнее, я мысленно нащупал её течение и с силой потянул на себя, останавливая естественный ток.

Десятки тонн воды послушно скопились в русле, вздыбились и хлынули на берег, затапливая пространство. Мощные водовороты вспенились прямо на месте капища, перемалывая землю в топкую грязь. Бурлящий поток с лёгкостью разметал и утащил брёвна, а затем, ударив мощной направленной струёй в середину русла, вымыл глубокую воронку и утащил туда алтарный камень, похоронив его на самом дне.

Спустя пару минут я отпустил контроль. Вода, потяжелевшая от грязи и ила (который ещё долго будет оседать по берегам), вернулась в привычное русло. Теперь на месте зловещего капища красовалось вполне природного вида овальное болотце. Река услужливо натащила туда донного мусора, спутанных водорослей и даже парочку жаб, которые тут же принялись возмущённо квакать.

Капище