Тени Штарнбергского озера - Анна Казинникова

– Нет, – согласно кивнул Вильгельм, вновь обращая взгляд на девушку. Его зрачки полыхнули алым, заставив легкий пушок на предплечьях Леа встать дыбом. – Ну и что ты тут делаешь, позволь узнать? Разве ты не должна сидеть в поезде по дороге домой?

Прозвучало как угроза. Леа сжалась и даже инстинктивно выставила руки вперед, словно защищаясь от удара. Но, заметив вспышку недоумения на лице собеседника, тряхнула плечами и покачала головой.

– А потом всю жизнь гадать, что же здесь произошло? – Она сложила руки на груди, надеясь, что жест придаст ей уверенности и смелости.

– Долгую, возможно, даже счастливую жизнь, Леа, – весомо уточнил Вилли, приближаясь. Его голос становился все тише и выразительнее, наполняясь шипящими нотками. – Это лучше, чем безжизненной куклой плавать на поверхности Штарнберга, утешаясь мыслью, что теперь ты все знаешь. Поверь.

– Это угроза? – Леа оглянулась, чтобы наметить путь для отступления, но Вилли, словно фокусник, в одно мгновение переместился за ее спину, приобняв за плечи.

– Это добрый совет, – жестко отрезал он, впиваясь в рукава кофты ледяными пальцами. – Разве Райнер не дал тебе такой же?

– Так это ты вдохновил его на этот безобразный спектакль? – Упоминание Райнера разозлило Леа не меньше самого Фаста. Она скинула с себя руки Вильгельма и уставилась на него разъяренным взглядом.

– Я бы не осмелился. – Вилли отступил и поднял ладони вверх в знак примирения. – Просто желание защитить близких легко понять. Ты действительно дорога герру писателю. Мужчина скорее пожертвует отношениями, чем любимой.

– А как насчет репутации? – со злым азартом уточнила Леа, наступая. – Этот хам намекнул, что я – падшая женщина. При полицейских офицерах.

Она надеялась, что галантного Вильгельма – ну или того, кто скрывался под его маской, – такая новость обескуражит. Но Вилли отчего-то виновато уставился в пол, и это лишь подстегнуло ее.

– Неужели мысли у романтических идиотов настолько схожи?! – Леа возвела взгляд к потолку. – Мне искренне жаль твою девушку…

– …Невесту, – с печальным вздохом поправил Вильгельм. – Моя жертва, к несчастью, не смогла уберечь ее.

– Тем более! – отрезала Леа. – Но что бы вы себе ни придумали, теперь я точно никуда не уеду.

И правда, этот разговор поразительным образом развеял сомнения.

– Не уеду, пока не узнаю, что случилось с мамой. Даже если для этого придется познакомиться со Стражем лично. И ни ты, ни Райнер, ни ваш чертов орден мне не помешаете. Будь ты хоть самим Лебединым королем…

Договорить свою эмоциональную тираду Леа не успела. Услышав про Стража, Вильгельм странно усмехнулся. Улыбка вышла кривой и пугающе пустой.

– Значит, все-таки догадалась, – тихо прохрипел он.

Голос, наполненный сожалением, зазвучал глуше, будто доносился из-под толщи воды. Леа сделала шаг назад, но почти сразу уперлась спиной в деревянную балку, стоявшую посреди прохода.

– Ты… – Она сглотнула. – Ты ведь не Вильгельм.

– Почему же, – прошептал Вилли потрескавшимися губами. – Это одно из моих имен. Просто прежде никто не произносил его столь фамильярно… фройляйн Тиль.

Он болезненно поморщился. Кожа на лице дрогнула, натянулась и пошла мелкими трещинами – как пересохшая под солнцем земля. Леа моргнула, решив, что ей показалось, но в следующий миг увидела, как по щеке Вилли медленно расползается темная прощелина, будто под кожей не было плоти.

– Время вышло, – прогремело над залом эхо, от которого гулко зазвенели оконные стекла.

– Людвиг… – вырвалось у Леа.

Она тут же прикрыла рот ладонью, будто осознав, что сказала лишнее.

Вильгельм посмотрел на нее со страхом и отчаянием. Он вздрогнул всем телом, скривился от боли – и трещины мгновенно пошли дальше: по шее, по рукам. Мерзкими насекомыми они заползали под воротник пиджака, а из расширяющихся расщелин проступал мутный сероватый туман, словно подсвеченный изнутри.

– Не называй… по имени… – умоляюще прошептал он. – Не называй…

– Она сделала выбор, – вновь прогремело эхо. – И назвала цену.

– Страж… – одними губами прошептала Леа, вжимаясь в балку. – Людв… Вилли…

Леа чувствовала: случилось что-то непоправимое. Она каким-то образом своими неосторожными словами все испортила, но не понимала, что именно произошло. И самое главное: как исправить ситуацию.

– Людвиг, – кивнул Вилли. – Уже можно… Все кончено.

Плоть начала медленно осыпаться, словно старая штукатурка со стены. Лицо, руки, тело таяли, оставляя за собой грязно-серые размытые очертания. Одежда пустой оболочкой на мгновение повисла в воздухе и бесшумно опустилась на пол.

Перед Леа стоял призрак. Взгляд остался прежним – только теперь его наполняло лишь горькое сожаление.

– Страж дал мне тело на время, – сказал Людвиг, протягивая к Леа руку и пытаясь коснуться ее. Но невидимая сила словно оттаскивала его в сторону. – Мы договорились. Пока кто-то из вас не узнает… не назовет…

– Как в легенде о Лоэнгрине? – Леа инстинктивно потянулась навстречу, но тут же оказалась прижатой к балке.

– Да… – едва слышно ответил он. – Ирония. Леа…

– Хватит, – равнодушный голос вновь прогремел над их головами. – Раунд закончен. Девушка назвала цену и получит плату. А ты этой ночью отправишься в Валгаллу.

– Я христианин! – со злой досадой выкрикнул Вильгельм. Называть его так было привычнее.

– Тогда прими судьбу с христианским смирением. Ты сам повысил ставки, надеясь спасти возлюбленную. Это была твоя последняя попытка. – Леа показалось, что невидимый Страж усмехнулся. – Мне жаль, что так вышло, Правитель этих земель. Ты был достойным противником. Но сегодня тебе не повезло.

– Это все я… – прошептала Леа, понимая, как нелепо предала Вилли, просто разозлившись и наговорив лишнего.

– Ты не виновата! Слышишь?! Не винова… – Призрачное тело Вильгельма растаяло на полуслове.

– Вилли!

– Ты пожелала правды, – продолжил Страж. – Я обещал ответы. И сдержу слово.

– Я… я не… – Леа попыталась отступить, но ноги не слушались.

– Только не здесь, – тихо сказал он. – Мы пойдем в более подходящее место.

Невидимые руки сжали ее тело в удушающих объятиях. Леа вдруг почувствовала себя героиней «Кинг-Конга».

Ее обдало могильным холодом, пронизывающим до самого сердца. В глазах потемнело, виски запульсировали с пугающей силой, дыхание оборвалось. Мир вокруг начал гаснуть – словно свечи, которые тушат одну за другой в старом кинотеатре на пешеходке Бохума, где они со Стаси когда-то смотрели «Спасти мистера Бэнкса».

Только вот теперь спасти ее было некому.

Глава 19

Грот Венеры

Холод. Казалось, что осязание осталось единственным доступным ей чувством. Инстинктивно Леа ежилась и растирала плечи, пытаясь хоть немного согреться, но сырость, наполнявшая еe «тюрьму», не позволяла этого сделать. Сознание вместе с воспоминаниями возвращалось по капле. Вспышками. Стаси, хлопочущая на кухне. Райнер с его глупым представлением. Растерянный и напуганный Вилли. И Страж. Последний так и не явил своего облика,