Падение клана Шэ. Том 2 - Ло Ян

привязанный к коновязи, разрывал мордой снег, пытаясь добраться до травы. Янь достал из седельного мешка морковку, скормил ему. В последний раз повернулся к сестре.

– Я был таким глупым… – прошептал он.

Фэнъюэ сглотнула, до боли сжала его сильные плечи.

– Молись за нас, – сквозь слёзы прошептала она. – Янь, молись за нас!

Глава 10

Фэнбао сразу её заметил среди вошедших, приветственно махнул рукой, приглашая за стол. Сяо Сичунь трудно было не заметить: высокая, как мужчина, одетая по-воински, в короткий чёрный халат с узкими рукавами, поверх синий плащ и плетёная шляпа, чтобы не узнали те, кому не надо. Фэнбао выглядел похоже, только более потрёпанный, как охранник караванов. С него он, собственно, одежду и снял – неподалёку от деревни наткнулся на ограбленных торговцев.

Над ними точно потрудились бандиты. Раны были от топоров, не от меча.

Тигрица села напротив, стараясь держаться в тени, сняла шляпу, положила на скамью рядом. Фэнбао разлил по чаркам вино.

– Пришла-таки. Я думал, побрезгуешь.

– Я должна была с тобой поговорить. – Взгляд её был тяжёл, но не враждебен. – Ты единственный свидетель, которому нет смысла врать.

– Я не свидетель. – Фэнбао выпил залпом. – Я его убийца.

– Так это правда… – Её плечи поникли.

– Ты же видела тело. Хотел я этого или нет… Я это сделал. – Фэнбао налил себе ещё. Привык ведь к боли… Но есть такая боль, к которой не привыкнуть.

Сяо Сичунь глубоко вздохнула, собираясь с духом.

– Тогда расскажи, почему ты это сделал, – потребовала она.

– Расскажу, но сперва ответь на вопрос… Сколько лет прошло со смерти малыша Юаня?

Она удивлённо взглянула на него.

– Пошёл шестой год…

Фэнбао выдохнул и рассмеялся. Ну конечно! В Диюе время идёт не так, как в человеческом мире: то застывает, то сжимается, а то и вовсе круги нарезает. Ещё повезло, что Старая Тигрица вправду не состарилась и не померла, пока он бегал от посланников!

– Значит, шесть лет назад я поехал с твоим господином на охоту…

Он рассказал всё сухо и коротко: услышал волшебную фразу, догнал, поймал, сжёг.

Сяо Сичунь всё это время не мигая смотрела ему за плечо и, лишь когда он закончил, кивнула своим мыслям, залпом выпила чарку вина, налила ещё.

– Я сразу поверила госпоже Фэнъюэ. Выходит, не зря.

– Не зря. Она всегда была умной девчонкой, хоть и характер – как у попугайчика: только бы пищать, драться и чистить пёрышки своему муженьку.

Сяо Сичунь невесело улыбнулась.

– Лишь одного я не понимаю, Хуань Фэнбао: что тебе за дело?

– А?

– Ты же кровожадный демон, танцевавший на костях своих жертв. Так почему теперь начал убиваться по каким-то там людям? У тебя всё на лице написано, ты горюешь. Но чем принц отличался от тех несчастных, которым ты головы отрывал, я понять не могу. О них ведь не плачешь?

Фэнбао и сам много раз задавал себе этот вопрос. Чья доброта впервые пробудила в нём… нет, не «человеческое».

Сострадательное.

Монах, научивший его читать по сутрам? Воспоминания о бывшем перерождении? Мудрость веков?

– Сюэцин, – коротко ответил он. – Император Юйчжэн по-вашему. Сперва я вгляделся в него. Потом начал различать других. По всем, кого я погубил, он устроил богатый молебен с жертвоприношениями… Я не понимал, зачем это надо, и бесился: что за пышность, что за глупость, ему что с того? Но сам Цин-эр помнил всех, кого убил не на поле боя. Знал их имена, знал, чем они жили, всех их домочадцев мог перечислить, некоторые семьи даже содержал. «Они мои подданные и мои слуги. Только дурной господин разбрасывается слугами», – сказал он мне. Оказал почести всем, даже людям, которые погибли от моей руки за сотни лет до его рождения, потому что всех под Небесами, даже мёртвых, считал своими. Как не хотеть в стаю к такому человеку? Вот и всё. Не умею я такое объяснять! Считай, я у него просто всё собезьянничал. Лучше скажи мне, что сейчас с девчонкой Шэ. Она в столице?

Сяо Сичунь мрачно покачала головой.

– Нет. Лучше не суйся к ней, она никого прощать не намерена. Хоть и знает, что ты не по своей воле это сделал.

– Я не за прощением. – Он пристально взглянул Тигрице в глаза. – Ты теперь командуешь дворцовой гвардией. Признавайся, отдала ей меч Юйчжэна?

Тигрица вздрогнула, словно собиралась вскочить, но всё же усилием воли удержалась месте.

– Откуда ты знаешь? – тихо спросила она.

– Потом. Сперва расскажи, что она сделала после смерти мужа. Ты же наверняка за ней присматриваешь.

– Присматривала, – поправила Сяо Сичунь, выдохнув. Она задумчиво покачала чарку на столе. – Шэ Юэ… Фэнъюэ решила, что жена наследного принца заберёт у неё сына и начала умолять меня о двух вещах: забрать меч Юйчжэна из императорской сокровищницы… и позволить встретиться с Белым ядом, Цзян Сюэляном.

Она сделала выразительную паузу, но Фэнбао лишь кивнул без удивления, приглашая продолжать.

– Мой кузнец изготовил копию меча, я его подменила. – Она помолчала. – Третий принц… жил скромно, от него мало личных вещей осталось. Нет, мы с Лю Хэ всегда следили, чтобы у него всё было по статусу: лучшие доспехи, оружие, лошади. Но большого удовольствия он в обладании не находил, сам знаешь. Вдовам от него осталось на память чуть больше, чем от простого воина. А этот клинок… Они с наложницей У вместе добыли его в бою. Я понимаю, почему она так хотела его сохранить.

«Нет, не понимаешь», – мысленно возразил Фэнбао, но промолчал.

– Что до Цзян Сюэляна… Это сильнее меня насторожило. Но я заставила её поклясться, что она не станет вредить императорской семье. Она поклялась и, вернувшись из дворца, зажила в столице вдовой. Потом… её сын внезапно заболел и умер. Он промучился много дней, ходил слух, что его отравили… Но вдовствующая принцесса объявила, что это была жёлтая лихорадка. Тело мальчика сожгли, боясь заразы.

Фэнбао закрыл глаза на мгновение, вспомнив мальчишку, отчаянно кидавшегося на него с палкой. Быть не может… Этот розовый колобок с бровками, как у Малыша Юаня…

Сын последовал за отцом, значит? Или…

Цзян Сюэлян. Не зря ведь она ходила к Цзян Сюэляну!

– Тогда она и уехала, так? Но куда? Не домой же.

– Нет, и на границу, конечно, возвращаться не стала. Там теперь властвует генерал Лю. – Тигрица невесело усмехнулась. – Сказала, что поедет к брату Ван Юю, живущему на развалинах города Пэн. По дороге подобрала мальчишку сироту по имени Мин. Погостила у брата и отправилась в Золотую долину. Там вышла замуж за Фэн