Тени Штарнбергского озера - Анна Казинникова

Михаэль тем временем медленно убрал револьвер в кобуру и, примирительно подняв руки, шагнул к Анастасии, попутно перекрывая ей обзор.

– Анастасия, дочка, – мягко, почти ласково начал он, сокращая дистанцию. – Послушай отца. Ты же всегда верила в высшую справедливость. В Стража…

– Я и теперь в него верю, – на лице Стаси не дрогнул ни один мускул.

– Тогда опусти пистолет. Ты же знаешь, что происходит с предателями…

– Конечно. Им положено наказание, – наполненный обидой голос Стаси дрогнул. – Это вы! Вы – предатели. Толпа старых жадных скряг, предавших идеалы. Вас не служение интересовало, а власть и деньги, украденные у Баварии!

Райнер перевел взгляд на отца: Себастьян едва заметно шевелил губами. Слов было не разобрать, но озеро откликалось на почти безмолвный зов. Чернильная синева ночных вод запульсировала, наливаясь кроваво-алым светом, идущим из глубин. Райнер почувствовал, как воздух задрожал от низкого скрипа, напоминающего скрежет ржавых дверных петель.

Страж услышал зов проклятого Магистра.

Леа была уже далеко – быстро вернуться не получится при всем желании. Лунный свет играл в ее волосах, наполняя блеклые русые пряди золотом. Маленькая, беззащитная – светлое пятно среди темных волн. Девушка плыла уверенно, пока в один момент ее движения не стали рваными и судорожными. Будто невидимая рука вцепилась в Леа под водой, медленно и неотвратимо утягивая вниз.

Михаэль все еще надеялся уговорить дочь, давя на жалость. Стрелки на холме на мгновение отвлеклись, следя за каждым движением Стаси – все же она цель. А Райнер так, отвлекающий маневр. Себастьян же, застыв на пригорке, окончательно провалился в транс. Его губы двигались в бешеном ритме, дирижируя невидимой силой, которая безжалостно топила Леа.

Прости, Ханси, ты слишком долго возишься!

Райнер не стал подниматься в полный рост – он рванулся прямо с земли низким, злым броском. Многолетний страх перед этим чертовым озером сгорел в одну секунду. Вместе с наивным детским желанием заслужить отцовское одобрение. Какой он, к чертям, отец?!

Конечно, соглашаясь работать под прикрытием, Райнер наслушался от брата много гадостей про Себастьяна Хофмана. Но в сердце все еще оставалась надежда: вдруг он тоже жертва секты? Вдруг его предали, как мать Леа, заманили в «Круг Тевтона» обманом?

Но нет. Себастьян и есть главный злодей.

Райнер врезался в колени отца, опрокидывая того в траву, и вместе с ним покатился вниз. Обряд прервался. Над водой на мгновение повисла звенящая тишина, прерываемая лишь всплесками волн с которыми безнадежно боролась Леа.

– Райнер – идиот, – сквозь зубы прошипела Стаси.

Ночную тишину разрезали два выстрела. Потеряв из виду основную цель, девушка нейтрализовала стрелков ордена.

– Ах ты маленькая дрянь! – заревел Михаэль, поняв, что прикрыть его спину больше некому.

Он подошел достаточно близко и замахнулся, чтобы ударить дочь по лицу. Стрелять в родного отца Стаси оказалась не готова. Будучи проворной, она поднырнула под руку Михаэля, но, поскользнувшись на мокрой гальке, рухнула на бок. Михаэль пнул дочь по ребрам и вскинул револьвер, целясь Стаси в голову.

– Ни с места!

Стрелки, что еще недавно целились в Райнера, корчились на земле. А со стороны часовни в свете полицейских проблесковых маячков на берег спешил Йохан.

– Чертов булле! [43]– Михаэль тут же вскинул руку.

Палец Стаси замер на спуске. Ребра болели, но перелома, кажется, удалось избежать. Хоть бил папаша от души. Михаэль сплюнул под ноги, скалясь в торжествующей уверенности: дочь не выстрелит. В отличие от него. Йохан на пригорке походил на утку в тире для детей. Для опытного стрелка ни единого шанса промазать. Он не смотрел в сторону Михаэля, вглядываясь в темноту в поисках брата. Эта заминка могла стоить Йохану жизни.

Стаси не думала – сработали рефлексы. Глухой хлопок выстрела слился с криком Михаэля за мгновение до того, как он сам спустил курок. Пуля вошла в плечо. Револьвер выпал из ослабевших пальцев, и Стаси точным пинком отправила его в озеро.

– Тварь! – взвыл от ярости Михаэль.

Зажимая рану, он выхватил из-за пояса нож и бросился на дочь. Стаси застыла, не в силах выстрелить в отца еще раз. Теперь уже в упор. Резким движением он схватил Стаси за волосы и поднял с земли, намереваясь перерезать ей горло.

– Оружие на землю! – рявкнул Йохан.

Выстрел позволил ему сориентироваться. Мужчина поспешно прыгнул с пригорка, сбивая Михаэля с ног. Лезвие лишь кончиком задело нежную кожу, оставляя за собой саднящий след. Тут же из темноты высыпали полицейские. Михаэля грубо повалили на землю два крепких парня в бронежилетах.

– Не забудьте девчонку. Она заодно с нами! – хрипел он, отплевываясь от песка. – В наручники ее! Она стреляла в меня!

Один из офицеров шагнул к Стаси, потянувшись к поясу, но Йохан резко перехватил его руку, заслоняя девушку собой.

– Она со мной, – отрезал он тоном, не терпящим возражений.

Стаси потерла шею. В голове все еще шумело – все же приложил ее отец от души. Ребра ныли, а промозглый ветер пробирал до костей. А еще она осталась одна. Теперь уже точно. Даже иллюзия дружной семьи, за которой можно было спрятаться, растаяла. Может, именно поэтому так холодно?

– Ты в порядке, Кнопка? – Йохан развернулся к Стаси, внимательно осматривая ее шею.

– Да, – Стаси опустила голову. – Спасибо.

– Хорошо, – Йохан протянул ладонь.

Стаси крутанула пистолет на указательном пальце и со вздохом вложила оружие в ладонь мужчины.

– Это не все, – улыбнулся он уголком губ.

Стаси снова вздохнула и достала документы.

– Это по сути приложения к договору о вхождении Баварии в Германскую империю. Они деньги воровали и приносили людей…

– Я знаю. Спасибо. – Он развернулся, но потом коротко глянул на Стаси через плечо. – Держись около меня, Кнопка.

Увидев спешащего на помощь брата, Райнер немного успокоился. Пусть Йохан с полицией разбирается с «Кругом Тевтона» – его задача спасти Леа. Он попытался подняться, но Себастьян мертвой хваткой вцепился в Райнера.

– Оставь девчонку Стражу и попроси что хочешь. Славу, денег… Я подскажу. Я же твой отец! – прохрипел Хофман.

Райнер вывернулся из удушливых объятий и от души вмазал Себастьяну в челюсть.

– Никогда не думал, что у меня со Скайуокером будут схожие проблемы, – тяжело дыша, заявил Райнер, наконец поднимаясь на ноги. Полицейские тут же скрутили Себастьяна и повели к машинам.

Голова Леа последний раз мелькнула над водой, прежде чем силы оставили девушку окончательно, и она пошла ко дну. Райнер дернулся вперед, но вдруг замер, ощущая, как старый страх, пробившись сквозь броню адреналина, вгрызается в сердце.

– Чего замер, герр писатель? Вперед. – Рядом возник Вилли. Точнее – король Людвиг Баварский. Вместо привычного щегольского, но слегка