Тени Штарнбергского озера - Анна Казинникова

– А что «как»-то? Идиот и есть, – хохотнула Стаси.

Райнер состроил невеселую гримасу.

– И, разумеется, поделился планами с братом. – Под хмурыми взглядами девушек он беспомощно развел руками. – Да, я трепло. Не отрицаю. В общем, тогда Йохан и рассказал мне, чем он сам занимается. Про работу в Интерполе. Про орден. Про пропавших людей. Про смерти, которые официально считались несчастными случаями. И про нашего пропавшего отца, который всем этим руководил. И нет, он не втягивал меня. Наоборот – приказал держаться подальше.

– И ты, конечно, послушал, – скептически заметила Леа.

– Конечно, нет. – Райнер криво улыбнулся. – Я полез дальше. А потом… все закрутилось слишком быстро. Страж этот…

Леа удивленно моргнула и переглянулась со Стаси.

– Подожди… – медленно произнесла она. – Ты хочешь сказать, что Интерпол в курсе мистических аномалий?

– Конечно, в курсе!

– То есть ты…

– Я не агент, – перебил Райнер, покачав головой. – Я – добровольный помощник. Интерполу нужен был кто-то, кто сумеет втереться в доверие. А я…

– А ты без мыла пролезешь. Везде, – констатировала Стаси.

Райнер наградил ее наигранным уничижительным взглядом.

– Когда я понял, что Леа ни при чем, что ее наметили в жертвы… – Райнер замолчал, подбирая слова. – Решил, что единственный способ защитить – сделать так, чтобы она возненавидела меня и уехала.

Повисла неловкая пауза.

– План, мягко говоря, идиотский, – наконец покачала головой Леа.

– А самомнение раздуто до небес, – согласно кивнула Стаси. – С чего ты вообще взял, что отношения с тобой могут быть настолько важны?

– Я не говорил, что план хороший, – с наигранной грустью ответил Райнер. – Но обещаю: в следующий раз буду действовать умнее.

Он торжественно приложил ладонь к сердцу, но, получив внезапную оплеуху, моментально сник и застыл с выражением кота, пойманного в кладовке у крынки со сметаной. Леа посмотрела на резко покрасневшую ладонь, с трудом подавляя желание вмазать еще.

– Я бы тоже не поверила, – фыркнула Анастасия. – Его теперь от этих расследований палкой не отгонишь.

– Кофе. – Неожиданно громкий голос Йохана за спиной заставил Леа подпрыгнуть. – И плед.

Он встал рядом с видом вечно скучающего свидетеля катастрофы. Плед, перекинутый через руку на манер официанта, и буднично протянутый термос придавали ему сходство с полицейским, вручающим штрафную квитанцию. Какой-то бесконечный сюр. Может, она все же утонула? И все происходящее – лишь часть конвульсий разума?

– Бери давай, а то околеешь совсем, – засуетилась Стаси, вырывая плед у Йохана и накидывая его на Леа.

На Стаси Леа почти не злилась. Даже наоборот. Ради ее спасения подруга предала семью. Да, семья оказалась так себе, но внутренней боли от этого вряд ли стало меньше.

Запах из термоса доносился умопомрачительный, но угощение из рук Йохана вызывало сомнения. Он, конечно, при исполнении, но все же после ее дурацкой выходки мог и отомстить.

– Прости за камень, – пробормотала Леа, принимая кофе и делая большой глоток. – Ты очень добр. Я человеку, который едва не проломил мне череп, все же капнула бы крысиного яда.

– Ничего. – Йохан потер затылок. – Это было… креативно. Я даже удивился. Недооценил тебя. Такое редко случается. Рад, что, несмотря на твою глупую выходку, я успел подать сигнал коллегам, а ты осталась жива. Мне бы не хотелось писать лишний отчет.

Он чуть наклонил голову, с интересом разглядывая Леа. И… улыбнулся? Улыбка мгновенно преобразила его лицо, превращая бесчувственного робота во вполне живого человека. Надо же. Действительно симпатичный. И с Райнером они похожи куда больше, чем показалось на первый взгляд. Тот же разрез глаз, та же обворожительная улыбка, те же кудри. Правда, волосы Йохана были гораздо светлее и длиннее, чем у брата.

– Ты, вообще-то, молодец, – продолжил Йохан. – Всю работу за нас сделала: нашла тайники, установила круг причастных лиц, устроила ловушку для ордена. Мне осталось только засаду организовать.

Он почти полностью повторил реплику Себастьяна, отчего по спине пробежал холодок.

– Ну, Леа была не одна! – обиженно фыркнула Анастасия. – Я тоже помогала.

Она с почти садистским удовлетворением наблюдала, как членов «Круга Тевтона» в наручниках уводят к полицейским машинам.

– И попутно убила двух человек, – Йохан повернулся в сторону Стаси.

– Издеваешься? Я защищалась! – с искренним возмущением заявила Анастасия.

– Защищалась она. – Йохан оскалился. – В Вене, Мадриде и Нью-Йорке ты тоже защищалась?

– Это были очень, очень плохие люди, – с интонациями идеальной блондинки назидательно покачала головой Стаси.

– Ну так я тебя и хвалю, Кнопка, – неловко пожал плечами Йохан. – Пойдемте уже, а то вы и правда простудитесь.

Его слова не звучали как приказ и скорее напоминали вежливую просьбу, поэтому Леа осмелилась задать вопрос.

– Йохан, слушай, там, в машине, я…

– Не дослушала, – понимающе усмехнулся он.

– Да, – кивнула Леа. – Герр Хофман назвал Райнера сыном.

Она коротко кивнула в сторону часовни, где два офицера терпеливо выслушивали истеричный монолог Себастьяна Хофмана.

– Все верно. Себастьян – наш отец. Был им, пока едва не убил Райнера в детстве, – бросил Йохан и уже мягче посмотрел на ошеломленного брата. – Ты был слишком мал, чтобы помнить. Себастьян с детства забивал мне голову философией «Круга Тевтона». Таким… организациям всегда нужны новые адепты. Идейные. Готовые на любую глупость. Проще всего растить их из собственных детей.

– Так точно, – тихо сказала Анастасия, уставившись себе под ноги. – Теперь, надеюсь, Леа, ты понимаешь, что значит плохие родители?

Леа насупилась. Она никогда вслух не произносила претензий к матери. Разве что когда-то давно, на сеансе у детского психолога, – запинаясь, глотая слезы. Но, видно, редкие обмолвки об Элизе все же складывались в определенную картинку.

Но последняя встреча в гроте расставила все по местам. У нее была чудесная мама. То время, что они провели вместе, оказалось наполнено теплом и уютом. Элиза дала ей все, что могла. Все, что успела.

– Да, Кнопка, ты понимаешь, – с печальной улыбкой подтвердил Йохан. – Со мной у Себастьяна поначалу даже получалось. Его сказки о высшей справедливости легли на благодатную почву. Я мечтал увидеть Стража. Райнер же был другим. Ветреный мечтатель. Он каждый день находил себе нового кумира, впитывал чужие идеи, а потом пересказывал их по-своему.

– Все дети такие, – пожала плечами Леа.

– Возможно, – не стал спорить Йохан. – Но обычные дети выбирают увлечения попроще: динозавры, машины, рыцари. А у меня был Страж из Штарнбергского озера. Райнера это не зацепило. Его мир изначально был шире.

Анастасия нервно хмыкнула и обняла себя за плечи. Йохан небрежно потрепал ее по макушке – с той неловкостью убежденного холостяка, который пытается утешить соседского ребенка.

– Не отдам я тебя полиции, не дрожи.

– Сам съешь? – криво усмехнулась