Молох Мори - Мираниса Мираниса

– Еду, лекарства. Можно попросить его привезти побольше перекиси.

– Было бы отлично, – согласилась Района, но тут же спотыкнулась, будто на своих словах.

Она выставила руки вперёд, вцепившись в рукав мужского пиджака, и от внезапности настоятель чуть не рухнул вместе с ней. Чудом устояв на ногах, Алистер снова помог О'Лири подняться и поспешил вперёд.

– Надо спешить.

– Поверьте, я не специально задерживаю вас. Просто здесь темно, – робко уронила Района и обняла себя за плечи. – Мне страшно.

– Я знаю. Мужайтесь.

– А как насчёт молиться?

– Нужно иметь недюжинное мужество, обращаясь к Господу. – Фланаган судорожно вдохнул. Выдоха Района не слышала. – Мы вольны обращаться к Нему со знанием, что Он, вероятно, никогда не внемлет нам.

– Странно слышать такое от священника. Однако тут мужество не поможет.

– Нет, поверьте, – выдал настоятель.

Дыхание его сделалось тяжёлым, сквозь тёмную пелену торговка отличила клубы пара, валившие из настоятельского рта. Морийке подумалось, что небо и впрямь начало проясняться.

– Каждый день и каждую ночь мы просим. С надеждой ли, обидой или скорбью. А потом начинаем снова.

– Для чего? – спросила Района, ускорив шаг.

– Что угодно, лишь бы не впадать в отчаяние, что сродни безумию, – пояснил Фланаган и остановился. Синева играла полумраком на его лице. Однако О'Лири по-прежнему не смогла отличить черты собеседника. Глаза, губы, морщины – всё поглотили тени. Алистер нарочито протянул: – Это роскошь, которую мы не можем себе позволить.

Района задумчиво оглядела небо. Оно и в самом деле начало светлеть. Но то удивительное утро скорее походило на сумерки, словно день начался задом наперёд. Сизые тени скатывались с курганов на дома. Пахло тишиной и самую малость покоем, будто свет развеял все невзгоды с острова. Однако вместе с чернотой редела и уверенность путников. Не глядя они плутали по невидимой тропе. Угроза заблудиться навсегда стерегла их за каждым встречным кустом. Торговка не видела лица пастыря, но прекрасно улавливала, как голос его терял твёрдость с каждым пророненным словом. Сам Алистер Фланаган неустанно продолжал идти. Он бросил через плечо:

– Нужно добраться до моря, пока не рассвело.

– Почему туда?

– Йорик выгружается.

Района догадалась, что настоятель в последнее время часто виделся с мытарем. Ей от такого стало дурно. Она с тоской взглянула на Фланагана. Пробивающийся свет и впрямь сильнее обличал в том неуверенность и страх. Алистер при дневном свете вновь сделался ослабленным и неживым. Голод пугающими чертами вылезал из пустых глазниц и стекал по впавшим щекам. Настоятельский стан стал покатым и шатким – теперь за священником едва ли мог укрыться маленький высохший саженец. Района разглядела обветренные бледные губы пастыря.

– Как долго вы на ногах? – спросила она, пытаясь унять тревогу в голосе.

– Недолго.

– Не лгите мне. У нас ведь был уговор.

– Разве сейчас обо мне надо думать?

– Ни о ком нельзя забывать. Даже в такое смутное время, – воспротивилась О'Лири и, сравнявшись с мужским плечом, с вызовом задрала подбородок. – Вы едва на ногах держитесь. Как будете справляться с Йориком?

– Думаете, снова дойдёт до мордобоя? – он прочистил горло. – Просто забегался немного. Пить хочется.

– Я заметила, – ответила Района и, выудив из кармана безымянный платок, протянула священнику. – Возьмите. Протирать уста.

– Благодарю. – Алистер принял платок. – Это ведь не тот? Не могу нащупать вышитые инициалы.

– Вы забыли?

– Ах, да. Как я мог? – священник вновь усмехнулся. – Как кстати я вспомнил, что хотел вас попросить. Когда покончим со всем этим, не соизволите зайти в церковь в свободную минуту?

– Непременно.

Светало. В слишком поздний час, даже для такой ретивой зимы. Пугающая хмарь стягивалась к одному концу небосвода, освобождая солнце от оков. Теперь вдоволь проглядывались очертания сонного острова. Вновь раскинулась обуянная снежной порой земля. Скалистые берега походили на замёрзшие морские волны. Мороз брал с новой силой. А самое главное, из-под ног путешественников куда-то пропала дорога. Районе вновь стало боязно. Но она знала – не одной ей.

– Алистер, послушайте.

– Что?

– Вам нужно знать, что мы всё уладим. Не стоит недооценивать силу слова.

– Какого ещё слова?

– Слова, которым одарит смягчившийся Йорик своих дочерей, – объяснилась Района. Она услышала, как тихонечко фыркнул настоятель. – Поверьте, я знаю, о чём толкую.

Фланаган поморщился, но лавочница заметила и это. "Мужайся", – шепнула себе. Был её черёд нести дозор мужества. О'Лири вновь ускорила шаг.

– Можете не верить, но однажды ваше доброе слово исцелило меня, Алистер, – выпалила на выдохе магазинщица. Тот в ответ лишь неловко кивнул, но морийка и не думала останавливаться. – У меня болела нога. Уже много лет как. Так ныла в непогоду, что хоть бросайся со скалы.

– Отчего же у вас нога болела?

– Трудно сказать, – задумалась О'Лири. – Я уже и не помню времён, когда та не ныла. Может, с маминой болезни. Долгое время она передвигалась только на коляске – огромной и тяжёлой. Приходилось приподнимать махину за ручки и облокачивать на ногу, дабы миновать пороги в комнатах.

– Вы обращались к врачу?

– Н-нет, – запнулась Района. – Эта боль – единственное, что я хранила после её смерти.

– Зря вы так. – Алистер вновь покосился на торговку. Уже с заметным сожалением.

– Да. Зря. Но спустя долгое-долгое время вы оказались первым, кто не поскупился одарить меня добрым словом. Уже и не вспомню, какое было-то. Но знаю одно – нога стала болеть меньше. По маме стала плакать реже. Даже по утрам так сильно не хочется убиться.

– Только не в церкви, пожалуйста, – протянул Фланаган.

Слабая улыбка на его лице придала пущую уверенность морийке. Ноги Районы словно налились силой. Они ясно ощущали, как земля выровнилась, толщей выстроилась в извилистый, но весьма зримый путь.

– Алистер… – на выдохе уронила О'Лири.

– Я вас понимаю, Района.

– Сейчас очень многое зависит от того, как вы обратитесь к Йорику.

– Дайте подумать, – ответил Фланаган, нахмурившись. Задумчивый вид его показался торговке даже вымученным, пока пастырь не выставил указательный палец над головой. – Ах, бедный Йорик! Я знал его, Горацио.

– Так вы пытаетесь совладать с паникой? – с укором спросила Района. Поймав недоумённый