Подруга лешего - Людмила Семенова

обрывком рубахи. Он понял, что жизнь Хейкки вне опасности, но несколько дней он не сможет ходить и будет нуждаться в обезболивающем, — если, конечно, помощь подоспеет вовремя. В противном случае всех ждала участь Яри…

Склонившись перед огнем, Илья тихо промолвил:

— О великие хозяева вод, примите своего потомка, и пусть его энергия даст вотчине силу и чистоту — и весной, и летом, и осенью, и зимой. И простите меня, если можете…

Огонь больше не трещал, горел тихо и умиротворенно, будто и не в полумертвом городке, а в печи уютного деревенского дома. Тело молодого духа растворилось в нем, смешалось с золой, и товарищи надеялись, что его аура достигнет родного мира. И там он уже станет бессмертным, хоть и никогда не вспомнит об их веселье, подвигах на охоте и дежурстве, нежных глазах человеческой девушки.

Тем временем в городке вновь началось волнение: крики уже доносились издалека, все более отчаянные и надрывные. По земле пошли трещины, в воздухе поднялся гул, а небо стало сверкающе-белым.

Илья махнул парням рукой и они направились к площади, где ничто не напоминало о вчерашней пирушке. Земные колебания, от которых дрожали стены и лопались стекла в окнах, везде пробудили панику, и жители прятались или бестолково метались по улицам. При виде демонов Среднего мира кто-то начал сыпать проклятиями, — мол, они и накликали беду на городок, — но большинство не обращало на них внимания.

Вдруг Юха резко остановился и поднял что-то с серой земли, перемешанной со стеклом и кровью. На его ладони лежала глиняная свистулька.

— Это же Линды, — прошептал он, — я точно помню! Так она все это время была здесь? Неужели все-таки помогала Баруздину?

Илья осторожно тронул фигурку и уверенно произнес:

— Она недавно сюда попала, Юха, чтобы спасти тебя! Я чувствую такой же жар, какой исходил от той булавки. Не болтай глупостей и скорее беги на поиски — мало ли что случится с девочкой в этой бетономешалке!

Юха неуверенно кивнул и сам взялся за свистульку, затем по привычке опустился на четвереньки и стал нюхать землю. Через минуту он быстро вскочил, подул в свистульку так, что трель разлетелась далеко от площади, и бросился по следу. Товарищам оставалось лишь мысленно пожелать ему удачи.

След вывел Юху к той самой станции, где они безуспешно пытались сбежать, только теперь вокруг было множество других беглецов — испуганных, рассерженных, отчаявшихся. Многие падали от очередного подземного толчка и дальше ползли, обдирая руки и ноги о стеклянное крошево, оставляя в пыли кровавые полосы. Да и сам Юха пару раз с трудом удержался на ногах.

По дороге кто-то из местных перегородил ему путь, грубо схватил за лицо и попытался всмотреться, но лесовик без церемоний укусил его пропахшую табаком руку и вырвался. Родные флюиды постепенно крепли, и Юха то и дело останавливался, чтобы принюхаться или позвать любимую свистом. Усталость накапливалась, он успел заново поранить ступни, и только мысли о ней заставляли сжать клыки и двигаться дальше.

И вдруг он споткнулся и замер: навстречу быстро шла толпа — вернее, организованная группа людей и нелюдей, с выверенной техникой и чутьем, явно повидавшая немало таких миров. Их сопровождали животные, как фамильяры, так и оборотни: своих Юха чуял за версту. Он видел и мужчин, и женщин, с разным цветом кожи и разрезом глаз. Только форма у всех была одинаковой — прямые темно-фиолетовые куртки и штаны, украшенные символикой народа или племени, которые те представляли.

Впереди шел высокий, худощавый, но крепкий мужчина с черными волосами, заплетенными в косы, и блестящими глазами. Юха быстро вспомнил это непроницаемое смуглое лицо и куртку с изображением ворона, в которой мужчина явился на Ваппу. Значит, шаман не только дал Илье напутствие, но и пришел за ним сам, хотя уже не имел деловых обязательств перед Патрулем…

— Эй, парень! Ты что тут делаешь? — крикнул индеец на чистом русском языке, быстро нагнав лесовика. — Где твой господин? Где твои друзья?

— Там, ждут вас, — тихо ответил Юха, показав в сторону площади, — а я сюда пошел невесту искать, господин дал мне разрешение. Это ее вещь…

Он протянул шаману свистульку, и тот сказал:

— Что же, любовь зла, кому-то приходится и в ад за невестой спускаться! Ты ее по запаху нашел? Видно, у тебя уникальный нюх!

— Я же волк-оборотень, — произнес Юха уже более твердо, — а моя невеста ворона, как и вы… Я верно угадал?

— Можно и так сказать, — усмехнулся индеец, — хотя прежде всего я человек. Правда, за время службы порой хотелось об этом забыть!

Патрульные тем временем стали расходиться по городку, и за ними тянулись новые трещины в земле. Обитель потерянных душ рушилась на глазах, и приходилось спешить, чтобы друзья не остались по другую сторону разлома. Юха еще раз отчаянно подул в свистульку и услышал слабый крик.

— Она там! — крикнул парень и бросился к обочине дороги, густо усеянной почерневшим стеклом. Трещины уже ползли сюда, земля содрогалась все чаще, и Юха порой еле держал равновесие. И безумно боялся, что это очередная ловушка междумирья, которое ослабило хватку, но еще не отпустило их окончательно. Сам он был давно готов к смерти, но нельзя было допускать, чтобы умерла Линда.

— Фиалка! — отчаянно закричал он. — Родная моя! Отзовись еще раз!

— Юха? — донеслось уже более отчетливо. И через несколько шагов, показавшихся вечностью, он увидел ее, скорчившуюся на земле, исхудавшую и бледную. Все ее тело было в засохшей крови, к которой липла пыль и еще какая-то дрянь, одежда висела клочьями, в сбитых коленях застревали мелкие осколки. Она уцепилась за его шею и хрипло прошептала:

— Значит, ты действительно живой? Или мы оба заточены здесь навсегда?

— Конечно, живой! Посмотри туда, нас пришли спасать! Это колдуны, которых вызвал Велхо, теперь все будет хорошо…

Линда робко улыбнулась и прильнула к нему, но тут Юха с ужасом заметил синяки и кровавые разводы на ее бедрах. Подхватив девушку на руки, он прошептал:

— Прости, что я опоздал! Эти твари тебя изнасиловали?

— Шутишь, что ли, клыкастый? — слабо усмехнулась Линда. — Попробовали бы только! Нет, не могу сказать, что мне сейчас хорошо, но я чертовски рада, что ты даже здесь меня достаешь!

— Дуреха! Зачем только тебя сюда понесло? — прошептал Юха и быстро потащил ее к оставшимся патрульным. Индеец бегло оглядел девушку и поручил двум женщинам позаботиться о ней.

— А ты, парень, иди с нами в город, — велел он. — Невесту заберешь, когда ее немного подлатают