Гематофаги - Стивен Козеневски

Изображение останавливается.

Невозможно, если только ты не Заниб.

- Ты правда все это знаешь?

Я пожимаю плечами, понимаю, как сильно напряжены мышцы, и пожимание перетекает в потягивание.

- Наверное. За это мне и платят.

- Тогда объясни - вот, эта компания, эти "Объединенные Штаты Америки"...

- Страна.

- Что?

- Да ничего, неважно.

- Ладно. Так чего они надеялись добиться, отправив колонизационный корабль на Вилами́н? Ну, они не знали, что это живой мир, но знали же, что он бесплодный, да? Какая была выгода?

Я киваю. Наверное, все-таки придется объяснять эту "страну".

- Ну, они не очень-то думали о прибыли. Это было до того, как... В общем, они не понимали важности прибыли. Это было по-старинке. Их волновали такие вещи, как честь и гордость, и... ну не знаю. Старомодные штуки.

Заниб кивает.

- Какая тогда была цель?

- Ну, просто создать самодостаточную колонию.

- Я не понимаю.

На моем лице появляется улыбка. Я так долго была в академической среде, что почти забыла, как объяснять сложные архаичные концепции простым смертным.

- Ну, тогда люди не думали о выгоде для своих компаний.

- Не думали?

- Ну, некоторые, конечно, думали. Но были еще эти штуки - нации/государства, которые заботились о массовых войнах и культурной гегемонии. Америка хотела расширить свое влияние на другие миры - отчасти ради престижа, отчасти просто чтобы больше людей были верны ее флагу.

- Этому флагу? - спрашивает она, указывая на знамя на заднем плане, за головой капитана.

- Этому.

- А как же все эти животные, что они взяли с собой? В смысле, они что, не понимали, что это пустая трата места на борту и...

- Заниб.

- Да, целочка?

- Мне нужно все это рассказывать на совещании завтра. Ты ведь будешь там, да?

- Конечно.

- Тогда прибереги свои вопросы до завтра. А сейчас я хочу узнать, вырвутся они с орбиты или нет.

Я кладу голову ей на плечо, и она снова запускает фильм.

4

- Есть что добавить, Заниб?

Я с такой силой и внезапностью втыкаю локтем в мягкое место под ребрами Заниб, что удивляюсь, как она не вскрикивает. К счастью, ее веки распахиваются как раз до того, как все головы в комнате поворачиваются к ней, и она умудряется не дернуться от моего тычка.

Не сбиваясь с ритма, она говорит:

- Думаю, ксеноклиматологи все осветили. Мы очень тесно сотрудничали при подготовке этой презентации. Но если есть конкретные вопросы...?

Элегантный ход. По залу пробегает легкий гул.

- Если на кровавой звезде есть внеземная жизнь, чего нам ожидать? - раздается глухой бесцветный голос.

Это Хелена, наша глава службы безопасности. Как и все охранницы, она носит очки, которые, по слухам, транслируют ей жизненно важные показатели людей и обстановки вокруг. Светлокожая женщина-гора, когда-то получившая страшную, сокрушительную травму правой стороны лица. Ее правая ноздря и правая сторона рта несимметричны, несколько зубов сделаны из металлического сплава. Такие долгосрочные увечья встречаются редко, учитывая современные возможности пластики и стоматологии, так что я могу только предположить, что ее "латали" прямо в полевых условиях, да еще и неумелой рукой, и никакая реконструктивная хирургия не смогла исправить остаточные повреждения. Сомневаюсь, что ее это беспокоит. Так она выглядит устрашающе.

Заниб кивает.

- Спасибо за вопрос, Хелена.

Постанывая, Заниб поднимается с места и выходит к передней части конференц-стола. Я не понимаю, почему она такая уставшая. Это я последние сутки лихорадочно изучала материалы. Но пока я на взводе от стимуляторов, кофе и естественного волнения от предстоящей миссии, Заниб уже сдается, отдаваясь во власть той тягучей сонливости, которая всегда сопутствует межзвездным перелетам

- Итак, давайте представим себе мир из плоти как огромный... - Заниб, подыскивая слова, несколько раз щелкает пальцами, - Ну, кровяной волдырь! По сути, вся планета - от поверхности до самого центра - состоит из вещества, жижи, чуть более густой, чем кровь. Эдакая каша. А сверху что-то вроде кожи, но это не совсем точное слово - на самом деле это просто давление атмосферы вызывает коагуляцию на самом поверхностном уровне и мы имеем наружный слой эдакой свернувшейся, загустевшей крови. Я, эм... ничего не напутала?

Она бросает взгляд на ксеноклиматологов, которые отключились, как только закончили свой доклад. Ученые в основном носят лабораторные халаты хотя бы для того, чтобы их идентифицировали. Некоторые бухгалтеры и офисные работницы носят юбки, туфли, платья и тому подобное. Я не слишком выделяюсь в своем комбинезоне, потому что служба безопасности и некоторые работницы физического труда предпочитают практичную, удобную одежду. Единственное универсальное правило - зеленые банты у всех в волосах. По крайней мере в этом Опал меня не подвела.

- О да, - соглашается одна из ксеноклиматологов, энергично кивая, - отличное сравнение. Жидкая грязь, или... да та же овсянка, например.

- Итак, центр скорее всего будет непригоден для жизни. Возможно, проще представить это как вишню с косточкой внутри. Собственно кровяная часть - это верхний слой. Прошу прощения, леди, если я слишком смешиваю метафоры. Знаете, теоретическая ксенобиология - это больше искусство, чем наука.

Это вызывает сдавленный смешок. Впервые я понимаю, что Заниб, возможно, даже не расслышала исходный вопрос. Она просто импровизирует, повторяя то же самое, что уже сказали ксеноклиматологи.

- Итак, если там есть жизнь... - говорю я, скорее как утверждение, которое нужно завершить, чем как вопрос.

Заниб кивает. Надеюсь, никто больше не видит благодарности на ее лице.

- Итак, если там есть жизнь... - oна, кажется, впервые замечает слайд-шоу. - У нас есть мой слайд, э-э... G-... это мои слайды?

- Вот G-7, - говорит оператор слайдов, выводя на экран поперечный разрез мира из плоти, похожий на ту самую вишню с косточкой, которую описала Заниб.

- Нет, э-э... на два-три дальше.

Слайды пролистываются с нарочитой медлительностью.

- Вот! Остановитесь здесь.

На экране появляется серия анатомических рисунков ртов животных - восемь или десять, выстроенных в отдельные ряды, каждый отвратительнее предыдущего.

- Хотя у нас нет возможности точно знать, с какими существами мы можем столкнуться на мире из плоти, мы знаем, что они, по сути живут в крови. Или, по крайней мере, в растворе, настолько похожем на то, что мы считаем кровью, что разница не имеет значения. Они не просто обитают там - они питаются этим,