Подруга лешего - Людмила Семенова

лишнего пафоса, речей и слез, которые он терпеть не мог и говорил, что нечего попусту тратить влагу. Духи развели костры, чтобы сжечь тоску, пустили по волнам веночки из листьев, поклонились святилищам Ахти и Вэден-Эмя. Затем отправились купаться, и Мила составила им компанию. Окунувшись в прохладную воду, она будто на миг ощутила прикосновение рук любимого, услышала в шелесте песка родной голос, а золотистые блики от костра, отражающиеся в заливе, напомнили его глаза. Вероятно, божества смилостивились и подарили ей возможность попрощаться с тем, кого она никогда не забудет.

К осени Мила собралась уезжать в город, чтобы забрать брата от бабушки и заняться их дальнейшей жизнью — впрочем, Илья заверил, что они всегда смогут рассчитывать на его поддержку. Однако затем планы поменялись: Никита сам приехал к ней и они задержались в гостинице, чтобы отпраздновать свадьбу Юхи и Линды.

Этому событию — тихому, скромному, овеянному еще не изжитой грустью, — предшествовали важные перемены в жизни леса. Еще в августе духи стали готовить вотчину к сезону увядания, чтобы лес спокойно перезимовал и к весне порадовал новыми цветами, ягодами, пением птиц и звериными тропами. И в это же время Рикхард принялся усердно тренировать и испытывать молодых лесовиков.

Юха на этих состязаниях явно выделялся: не столько ловкостью и силой — в этом все лесные парни были хороши, — сколько знанием и чуткостью к соприкасающимся в лесу мирам. Кроме того, он не утратил дара проникать в мысли людей, полученного от Линды, и распоряжался им очень грамотно. Впрочем, она и теперь украдкой ему помогала, то прячась в ветвях незримой тенью, то летая над чащей, пока он волком рыскал по гиблым местам или выслеживал нечестных охотников. А в минуты отдыха, когда оборотень лакал воду из озерца или купался, просто сидела рядом.

Однако Рикхард, похоже, относился к этим уловкам молодежи снисходительно и даже тепло. И в первые дни осени, позвав Илью и собрав всех лесных парней и дев, он объявил:

— Юхани, подойди ко мне!

Парень растерялся, но выполнил приказ и поклонился. Рикхард снял со своего пальца деревянный перстень в форме свернутого дубового листа и надел на палец Юхи.

— Этот оберег мне передал отец, когда доверил власть над его лесом, — произнес леший, — а теперь я хочу, чтобы он был твоим. Я долго к тебе присматривался и уверен, что ты станешь толковым хозяином для нашей вотчины, не дашь спуску ни людям, ни призракам из Нижнего мира, ни враждебным колдунам. Мне известно о ваших с Линдой приключениях в городе, и я очень рад, что вы решились познать эту среду, которая пожирает наши земли и ресурсы. Может, мы еще и поладим с ней, а может, придется воевать всерьез, но вы ее не боитесь, и это главное! Для леса грядут непростые времена, но я в тебя верю, Юха, и думаю, что наш Велхо со мной согласится.

Илья кивнул, не желая прерывать хозяина леса, и Рикхард добавил:

— Кроме того, у тебя есть Линда, а для лешего нет ничего ценнее, чем славная и надежная лешачиха рядом. Ваша любовь и верность уже испытаны, и вдобавок у Линды хорошее приданое — благосклонность самой Хозяйки болот! Поэтому в какой-то мере я за тебя спокоен.

Понимая, что слова Рикхарда давно обдуманы и взвешены, Юха не стал отнекиваться и лишь промолвил:

— Благодарю тебя за доверие, Рикко! Я обещаю быть строгим, но честным хозяином, и те, кто принесет в лес благую ауру, будут вознаграждены, а вредители — наказаны. И разумеется, все, что ты сказал о Линде, — правда.

Рикхард сдержанно улыбнулся, а Силви ступила вперед, положила руку на плечо Линды и ласково сказала:

— А это мой подарок для тебя, девочка, — цветок папоротника, который давно и упорно ищут люди, но принадлежит он только нам, лешачихам. Береги его, будь для всякой лесной твари заботливой хозяйкой и наставницей для дев-хранительниц!

Линда в безмолвном восхищении засмотрелась на нежные полупрозрачные лепестки, от которых шло алое сияние. От ее дыхания оно обратилось в легкое пламя, которое взметнулось к небу и рассыпалось золотыми искрами по деревьям, кустам, травинкам. Все собравшиеся поняли, что лес принял молодых хозяев и без сожалений отпускал лето.

Вскоре Юха и Линда поженились — праздник ввиду недавних горьких событий был не таким красочным и удалым, как обычные свадьбы духов. Но ребят все же принарядили: жених был в тунике из тонкой серой шерсти, а невеста в льняном белом платье и с венком из фиалок, среди которых подруги вплели и цветок папоротника.

И сама осень, казалось, благоволила молодым своей недолгой безмятежной прелестью. Над ними возвышалось небо, серебристое как волосы Юхи, а под ногами раскинулся еще зеленый ковер под цвет глаз новобрачной. Первые желтые листья, трепетавшие от легкого ветерка, напоминали плескающихся золотых рыбок.

Илья обвенчал их перед идолами Тапио и Меликки, но также поклонился и гряде камней, посвященной Хийси, чтобы духи мертвого мира не тревожили их в праздник. По древним обычаям он положил на ладонь Золотого царя кусок свежей зайчатины, окропил его вином и прочел благословляющие руны. Но в отличие от Антти, Илья любил добавить в такие ритуалы что-то человеческое, почерпнутое из разных культур, и молодым духам это очень нравилось.

Поэтому он спросил:

— Согласна ли ты, Сиглинд, взять молодого лешего Юхани в мужья, быть ему верной подругой и добросовестной хозяйкой леса?

— Согласна, Волхв, — тихо промолвила Линда.

— А ты, Юхани, берешь в жены Сиглинд и обещаешь стать для нее заботливым и благодарным супругом?

— Беру и обещаю, Велхо, — заверил Юха.

После этого Илья дал жениху кусок сахара «на будущую сладость», а другой протянул Яну, который впервые помогал отцу на таком обряде.

— А ты угости невесту, — сказал он.

На этом торжественная часть завершилась и молодые стали мужем и женой. От пышного застолья и плясок в гостинице на сей раз отказались, ограничившись прогулкой и угощением в лесу — в основном это были фрукты, варенье, сыр, ветчина, творог, пирожки-калитки. Большую часть еды предоставил Коскелайнен, который был одним из почетных гостей, а его жена испекла свадебный пирог с черникой и сметаной. Также из людей на празднике собрались Мила с братом, Саша и Вероника Силаевы, подружившиеся с Ильей после аномальной зимы, и, разумеется, Марина.

А к Линде пришел старый леший Любомир с семьей, решивший благословить девушку по-отечески, и еще несколько русских духов. Несмотря на налет печали, день показался Илье очень теплым и душевным. Впрочем, немудрено: в брак вступили не просто духи, а новые хозяева леса, и вся природа