Непокоренный остров - Евгений Юрьевич Сергеев

из метрополии в, казалось, далекую и безопасную британскую средиземноморскую колонию. Однако с июня 1940 г. они снова очутились в эпицентре бомбежек, которые воспринимались ими как нормальный фактор повседневной жизни[128].

Нужно признать, что глубокая религиозность мальтийцев, о которой постоянно упоминали мемуаристы, действительно играла важную роль в мобилизации населения на защиту Родины. Именно вера в покровительство высших сил укрепляла моральную стойкость жителей архипелага, глядя на поведение которых военнослужащие гарнизона также преисполнялись мужеством и надеждой на победу[129]. Ярким образчиком религиозных чувств обывателей стала молитва, которую многие из них повторяли при каждой воздушной тревоге: «О Мадонна победы, о Владычица небес и земли! Собери бомбы в Твоей широкой мантии и избавь нас от этой [воздушной. — Е. С.] атаки» (O Virgin Lady of Victory, o Queen of Heaven and Earth! Gather the bombs in Thy wide mantle and deliver us from this attack)[130].

Тем не менее, любое, даже столь фанатичное упование на небесные силы, оберегавшие Мальту от иноземных вторжений со времен великой осады XVII в., требовало постоянной моральной поддержки метрополии. Неслучайно поэтому 19 июня 1940 г. король Георг VI направил личное послание правительству и народу Мальты, которое выражало твердую уверенность суверена в их мужестве и преданности британской короне: «Я уже слышал о храбром духе и прекрасной стойкости мальтийцев с момента нахождения в зоне боевых действий, и у меня нет сомнений в том, что они будут достойными продолжателями великих традиций в той борьбе, которую активно ведут сегодня»[131].

Высокая оценка состояния духа защитников архипелага, данная монархом, была далеко не лишней, поскольку в конце июня — начале июля 1940 г. на них обрушились сотни авиабомб. Настоящей трагедией в эти недели стала гибель 21 пассажира (девять было тяжело ранено) рейсового автобуса в результате прямого попадания зажигательной бомбы, которое случилось 26 июня, а также смерть десяти гражданских лиц, включая женщину с пятью детьми, в ходе продолжительной бомбардировки Мальты 7 июля. При этом еще 19 чел. получили ранения[132].

Нельзя сказать, что ПВО Мальты бездействовала в этот период. Уже первая контратака истребителей береговой обороны итальянских самолетов 11 июня вызвала паническое сообщение пилотов «Реджиа Аэронавтика» о том, что в небе над Мальтой против них сражались целых двадцать британских «Гладиаторов», хотя, как уже говорилось ранее, таковых в начальные недели войны у защитников острова было всего три (по другим данным — шесть)[133]. 22 июня летчикам Королевских ВВС региона Средиземноморья под общим командованием коммодора Ф. Мейнарда, уроженца Новой Зеландии и ветерана Первой мировой войны, удалось сбить первый бомбардировщик противника. Героем дня стал командир эскадрильи капитан Дж. Бёрджес, который 13 июля был награжден «Воздушным крестом доблести» (Distinguished Flying Cross) за шесть побед, одержанных над асами итальянских ВВС[134].

21 июня 1940 г. на Мальту были доставлены первые «Харрикейны» (Hurricanes) — истребители-монопланы, различные модификации которых во второй половине 1930-х гг. составляли значительную часть авиации Соединенного Королевства. По своим техническим характеристикам они превосходили «Гладиаторы» и могли вполне на равных бороться с итальянской воздушной техникой, хотя более крупная партия из двух десятков «Харрикейнов» прибыла на мальтийские аэродромы только к октябрю 1940 г.[135] Зато гораздо раньше — 5 июля — на Мальту с базы в Бизерте, расположенной в Тунисе, перелетело несколько французских морских летчиков, отказавшихся стать коллаборационистами[136].

И все же от Лондона требовались значительные усилия, чтобы сохранить средиземноморскую твердыню в своих руках. Необходимость принятия стратегии удержания Мальты любой ценой диктовалась еще и тем неблагоприятным обстоятельством, что после объявления Италией войны Великобритании последняя оказалась вынужденной перевозить стратегическое сырье из стран Азии вокруг Африки, а не через Суэцкий канал по Средиземному морю. Столь удобный и относительно безопасный ранее южноевропейский маршрут таил теперь немалые риски, и поэтому на его долю с июня 1940 г. приходилась лишь транспортировка продуктов питания, вооружения и боеприпасов для Мальты и британских войск на Ближнем Востоке[137]. С целью оптимизации управления морскими силами на интересующем нас ТВД в июне 1940 г. Адмиралтейство поделило Средиземноморский флот на два отряда: Западный со штабом в Гибралтаре, который первоначально располагал 1 авианосцем, 1 линкором, 5 крейсерами, 10 эсминцами и 6 субмаринами, а также Восточный, имевший в составе 2 авианосца, 5 линкоров, 10 крейсеров, 26 эсминцев и 12 подводных лодок. Заметным дополнением к этой группировке стали французские корабли — 3 линкора, 8 крейсеров, 8 эсминцев, несколько субмарин и более 200 малых судов различного типа, операция по захвату которых была осуществлена англичанами 8 июля 1940 г.[138]По замыслу британского командования, ВМФ должен был обеспечить безопасность конвоев на Мальту как с запада, так и востока, прикрывая правый фланг английских сухопутных сил в Северной Африке и одновременно блокируя транспортировку противником живой силы вместе с вооружением в Ливию[139].

Особенно серьезную обеспокоенность Лондона вызвали сообщения агентов военной разведки МИ-6 о достигнутой 17–20 июля договоренности Гитлера и Муссолини синхронизировать в начале осени 1940 г. операцию «Морской лев» по высадке немцев на Британские острова с началом генерального наступления итальянских войск из Триполитании на Египет с целью захвата Александрии и Суэца. Учитывая эти сведения, англичанам следовало ожидать высадки парашютистов и морских десантников неприятеля на Мальтийском архипелаге в любую минуту[140].

Неслучайно поэтому губернатор Добби регулярно информировал Черчилля о недостаточных, по его мнению, оборонительных возможностях колонии, что также заставляло премьер-министра торопить имперское командование относительно укрепления военного потенциала Мальты. Так, 12 июля он потребовал от генерал-майора Г Исмея — главы Комитета начальников штабов — в трехдневный срок разработать схему создания модернизированной системы ПВО архипелага[141]. В аналитической записке для представителей высшего имперского командования Исмей обосновывал эту необходимость следующим образом: «Столкновения, которые произошли у нас с итальянцами, побуждают к активизации действий против материковой Италии путем бомбардировки как с воздуха, так и моря. Также очень желательно, чтобы флот мог свободнее использовать Мальту. Необходимо подготовить план усиления ПВО Мальты самым решительным образом с помощью зенитных орудий различных типов и авиации»[142].

15 июля 1940 г. Черчилль затронул эту же проблему в обращении к первому морскому лорду, адмиралу флота Д. Паунду: «Можно считать обоснованным, что масштаб вражеских атак в бассейне Средиземного моря возрастет, когда немцы придут туда. Поэтому крайне важно срочно создать очень сильную систему ПВО Мальты и разместить там несколько эскадрилий наших лучших самолетов-истребителей...» Важнейшей задачей в этой связи, как полагал Черчилль, становилось обеспечение скорейшего перехода от оборонительной к наступательной стратегии в Средиземноморье с опорой на «крепость Мальту»[143].

Спустя более