Непокоренный остров - Евгений Юрьевич Сергеев

в заливе Суда, совершенно невероятно, чтобы крупные силы противника пытались высадиться на Мальте, которую мы уже укрепили танками и орудиями, переброшенными со Среднего Востока...»[168]

Аналогичный вывод был сделан Каннингхэмом по итогам посещения Валлетты. На рубеже нового 1941 г. он докладывал в Адмиралтейство: «В настоящее время остров действительно испытал всю силу итальянских ВВС и приобрел некоторый иммунитет против ущерба, наносимого воздушными рейдами. Те разрушения, которые были сделаны ранее, постепенно устраняются, и Мальта как база также эффективна, как и в начале войны, будучи, кроме того, гораздо лучше защищена от налетов или вторжения». Хотя, как в заключении подчеркивал флотоводец, «требуется дальнейшее наращивание оборонительного потенциала» важнейшей средиземноморской крепости Великобритании[169].

Анализируя оборонительные возможности Мальты, уместно задаться одним немаловажным вопросом: почему итальянское правительство так и не решилось провести десантную операцию на архипелаг в первые недели после объявления войны, когда остров был гораздо хуже защищен, чем впоследствии. Неслучайно, по мнению главнокомандующего войсками держав «оси» на юго-западе Европы фельдмаршала А. Кессельринга, отказ от захвата Мальты в начальные недели ее осады итальянцами стал одной из главных, поистине фатальных ошибок Муссолини[170]. Аналогичного мнения придерживался и коллега Кессельринга, другой известный гитлеровский военачальник фельдмаршал Э. Роммель, который в связи с подготовкой десантной операции против Крита подчеркивал в одном из писем, что необходимо было сперва оккупировать Мальту[171].

Специалисты называют различные причины: недостаток у Муссолини сил и средств для быстрого и эффективного осуществления десанта; страх дуче перед мощью британского Средиземноморского флота, который мог спустя двое-трое суток прийти на помощь защитникам Мальты; наконец, тесное сотрудничество гарнизона, 44 % которого составляли мальтийцы из Корпуса добровольцев сил обороны (Malta Volunteer Defense Force), с гражданским населением средиземноморской крепости. Все эти обстоятельства препятствовали успеху десанта экспедиционных сил либо во всяком случае могли заставить их увязнуть в кровопролитных боях на продолжительное время[172].

Как представляется автору, совокупность названных факторов, безусловно, повлияла на отказ Рима от немедленной оккупации Мальты. Однако, с нашей точки зрения, определяющую роль все же сыграли два момента: недооценка итальянским командованием колоссального значения этого бастиона Великобритании в качестве главного логистического пункта для успешных действий на пространстве всего Средиземноморья, а также высокий моральный дух защитников архипелага, подорвать который не смогли варварские бомбардировки территории Мальты в ходе первого акта «воздушного блицкрига».

К началу 1941 г. как для Рима, так и Берлина стало очевидным, что переломить ситуацию в пользу держав «оси» на мальтийском фронте могло только непосредственное вмешательство Германии, которому посвящена следующая глава.

Глава 3

Люфтваффе усиливает натиск, 1941

For we will stand while yet a British heart

Beats on the soil; while yet we've breath to give.

Tell them at home, if death should be our part,

We die that England live.

George Hogan. Awaiting Battle, 1941[173]

Ибо мы будем стоять, пока хотя бы сердце одного британца,

Бьется на земле; пока мы способны дышать.

Скажите им дома, что, если смерть выпадет на нашу долю,

Мы умрем, чтобы жила Англия.

Джордж Хоган. Ожидание сражения, 1941

Вслед за представителями британских колониальных властей большинство современных исследователей называют хронологический отрезок с января по май 1941 г. вторым, на этот раз германским, периодом осады Мальты. Именно тогда инициатива в воздухе над «непотопляемым авианосцем» Соединенного Королевства перешла к ассам Люфтваффе — гитлеровским военным летчикам, имевшим богатый опыт боевых действий против англичан над Атлантикой и Северной Европой[174].

К переброске X авиационного корпуса под командованием генерала Г Гайслера из Норвегии на Сицилию высшее руководство Третьего рейха приступило еще в середине декабря 1940 г., а спустя три недели 450 новейших немецких самолетов были размещены в Комизо, Катанье, Геле, Гербини и Палермо, не считая баз в Южной Италии и на упоминавшемся ранее островке Пантеллерия поблизости от Мальты. Сосредоточенный там авиапарк, который предназначался для усиления воздушных атак против нее, включал 102 истребителя «Мессершмит-109» и 36 «Мессершмит-110», 144 бомбардировщика «Юнкерс-87» и 72 пикирующих бомбардировщика «Юнкерс-88 (Штука)», 36 транспортных самолетов «Юнкерс-87», 12 разведывательных самолетов «Юнкерс-88», а также 36 торпедоносцев «Хенкель-111» и 12 миноносцев аналогичной модели. Кроме того, на аэродромах Сицилии и Сардинии продолжали базироваться 220 итальянских самолетов: 120 бомбардировщиков и 100 истребителей, чья основная задача состояла в нанесении максимального ущерба британским военно-морским силам на их коммуникациях между Гибралтаром, Мальтой, Критом и Александрией, а также защите конвоев, следовавших из Италии в Ливию[175].

В предыдущей главе уже отмечалось, что резкое снижение частоты и интенсивности воздушных налетов со стороны «Реджиа Аэронавтика» в декабре 1940 г. имело несколько причин: отвлечение войск Муссолини на осеннюю кампанию в Северной Африке и Греции, усиление эффективности системы мальтийской ПВО и размещение на острове дополнительных эскадрилий боевых самолетов. К январю 1941 г. ВВС Мальты включали 5 подразделений истребителей, бомбардировщиков, разведчиков и летающих лодок, представленные помимо 25 «Харрикейнами» (по другим данным — 33 «Харрикейнами» и «Спитфайерами» (Spitfier) и 25 гидропланами типа «Свордфиш» (Swordfish), также несколькими «Веллингтонами» (Wellington) и «Сандерлендами» (Sunderland)[176]. При этом зенитная артиллерия состояла из 18 батарей, вооруженных скорострельными орудиями калибров 3, 3,7 и 4,5 дюйма. Их основное предназначение заключалось в прикрытии Валлетты вместе с промышленными пригородами и военных аэродромов в Такали, Луке, Хальфаре и Калафране[177].

Учитывая количество самолетов противника, сбитых ПВО Мальты во время 211 налетов за первые полгода осады, — 23 бомбардировщика и 12 истребителей, гарнизон и мирные жители острова могли ожидать передышки в воздушных налетах. Действительно, с 21 по 28 декабря 1940 г. действовала своеобразная рождественская пауза, когда итальянцы прекратили рейды на архипелаг[178]. Местные власти решили воспользоваться моментом, организовав сбор пожертвований в пользу детей беженцев и беднейших семей, тем более что температура воздуха резко упала, а 17 декабря выпал снег — необычное синоптическое явление для Мальты даже зимой. Призыв делать пожертвования не оставил мальтийцев равнодушными, что обеспечило сбор более 500 ф. ст. к началу нового 1941 г.[179] В канун Рождества большинство храмов провели специальную мессу, а семьи по обычаю украсили свои дома в честь праздника, собравшись вокруг столов, накрытых небогатым, но все же угощением.

По воспоминаниям очевидцев, 26 декабря над Мальтой появился разведывательный самолет «Фиат-СР-42» (Fiat-SP-42), который сбросил на землю небольшой металлический цилиндр. Он содержал рождественские поздравления в адрес «ребят из Хальфара и Калафраны» наряду с карикатурой, изображавшей мускулистого итальянского летчика, который из кабины своего аэроплана