Непокоренный остров - Евгений Юрьевич Сергеев

десантом с моря и воздуха не представляла особой сложности, на что указывали многие исследователи[99]. Кроме того, до капитуляции Франции определенные надежды Адмиралтейство возлагало на ее военно-морские силы, которые в соответствии с распределением сфер ответственности между Парижем и Лондоном отвечали за оборону Западного Средиземноморья[100].

Убеждение в тщетности усилий сделать архипелаг неприступной морской крепостью получило наибольшее распространение среди высших офицеров Королевских ВВС (Royal Air Force — RAF), созданных еще 1 апреля 1918 г. Примером служило высказывание маршала авиации Дж. Сэлмона, который после начала итало-эфиопской войны в ноябре 1935 г. заявил корреспонденту популярной лондонской газеты «Ивнинг Стэндард» (Evening Standard), что «при бомбардировке с воздуха, которая, вероятно, произойдет с вражеских баз на берегу, Мальта превратится в руины через 48 часов»[101]. И здесь надо отдать должное настойчивости Черчилля. Несмотря на реальную угрозу германской оккупации Британских островов, глава Адмиралтейства настоял на необходимости оборонять Мальту любой ценой. Черчилль сделал все от него зависевшее для того, чтобы перед вступлением Италии в войну остров был превращен в неприступный бастион.

Между тем еще в феврале 1939 г. на заседании Большого фашистского совета Муссолини представил собравшимся план ликвидации влияния западных демократий в бассейне Средиземного моря путем превращения его в «итальянское озеро» с последующим выходом к Атлантическому и Индийскому океанам. Молниеносный разгром Франции и оккупация сразу нескольких европейских стран гитлеровскими войсками в мае-июне второго года войны побудили дуче резко ускорить подготовку к удару по британским владениям в «мягком подбрюшье» Старого Света, одну из ключевых позиций среди которых занимал Мальтийский архипелаг.

Любопытно, что в воскресение 9 июня 1940 г. католическая кафедра собора в Мдине — древней столице Мальты — организовала шествие более чем 20 тыс. верующих к святым иконам Девы Марии в храмах Биркиркары и Лие. Замысел клира состоял в проведении общей молитвы паломников с просьбой о мире и спокойствии для жителей острова[102]. Однако их призывы, видимо, не были услышаны Всевышним. Решающий момент вступления Италии в войну пришелся на следующий день — 10 июня, когда Муссолини, который первоначально намеревался сделать это не ранее 1942 г., но опасался не успеть воспользоваться блиц-победами Гитлера, объявил решение фашистского правительства по радио. А в 6:49 (по другим данным в 6:25) 11 июня воздушный радар на скалистом юго-западном побережье в Дингли зафиксировал появление первого неприятельского самолета над морскими водами, омывающими Мальту[103].

Прозвучавший сигнал тревоги открыл период осады Мальты, который был назван историками «итальянским воздушным блицкригом». Он продолжался до конца 1940 г.[104] 11 июня с 7 до 19:25 итальянские бомбардировщики «Савойя Марчетти СМ-79» (Savoia Marchetti SM-79) в сопровождении истребителей «Макки МС-200с» (Macchi MC-200s) совершили семь рейдов против защитников Мальты, не считая восьмой тревоги из-за появления в небе над островом разведывательного самолета[105]. Главной целью итальянцев стали аэродромы в Такали и Луке (оба недостроенные и плохо защищенные), упоминавшаяся база летающих лодок в Калафране[106], а также Главная гавань (Grand Harbor) Валлетты с расположенными по ее периметру верфями и доками. Поднимаясь с аэродромов в Сицилии — Катании, Джелы, Комизо и др., а впоследствии и с авиабаз на Сардинии, в Таранто на юге Апеннинского полуострова и в Триполи на севере африканского побережья, вражеские бомбардировщики доставляли смертоносный груз до Мальты всего за 15–30 мин.

Согласно данным Информационного бюро заместителя генерал-губернатора, публиковавшего ежедневные сводки в «Таймс оф Мальта», только первая волна из десяти (по другим данным — семи) вражеских бомбардировщиков, атаковавших гарнизон и жителей острова, привела к гибели пяти мальтийцев и одного британца — пожарных наблюдателей, служивших в 1-м Прибрежном полку. Последующие рейды самолетов ВВС Италии — «Реджиа Аэронавтика» в этот страшный день стали причиной смерти 11 гражданских лиц и ранения еще 120 мирных граждан, находившихся в районе Главной гавани. Многих очевидцев, сумевших пережить бомбардировку начального дня войны, поразила гибель юного защитника самого мощного укрепления острова — форта Элмо — 16-летнего добровольца Филиппа Бузуттила и молодой женщины — Нины Фарруджиа, вместе с которой от разрывов бомб скончались ее дети: четырехлетний Джо и шестилетняя Нину[107].

Уже первые налеты, в результате которых оказались разрушенными жилища мальтийцев, положили начало массовому исходу населения из городов, особенно столицы с предместьями и упоминавшегося Трехградья, расположенного на юго-восточной стороне Главной гавани: Витториозы, Сенглии и Коспиквы. Хотя к 22 июля эвакуация основной массы горожан в деревни была практически завершена[108], стремительный наплыв лиц, переместившихся с согласия властей из прибрежных населенных пунктов в глубинные, сельские, вызвал проблему внутренних беженцев, которых необходимо было в кратчайшие сроки обеспечить крышей над головой, питанием и работой. Часть из них смогла найти кров у родственников или друзей (любопытно, что количество принятых семей обозначалось крестиками на дверях мальтийских домов[109]), но большинство нуждалось в оборудованных убежищах длительного пребывания. Спустя всего лишь неделю после начала войны около 100 тыс. чел., то есть почти половина населения колонии, хлынули во внутренние районы Мальты либо направились на Гозо, значительно меньше подвергавшийся воздушным налетам противника, хотя количество таких беженцев в первые недели войны не превысило 700 чел.[110] К 18 июня более 18 тыс. чел., в основном рабочих верфей, доков и ремонтных предприятий, нашли убежище в скальных туннелях Валлетты и ее предместий, построенных рыцарями в XVI в. Несмотря на некоторое уменьшение количества авиарейдов в конце первого месяца войны только за три недели 80 мальтийцев были убиты и 180 ранены[111].

Свою лепту в решение проблемы внутренних беженцев внес и католический епископат Мальты, разрешивший эвакуированным семьям занимать крипты и катакомбы при храмах и монастырях на всей территории острова[112]. Примерами могли служить Моста — небольшой средневековый город в центральной его части или пещеры в упоминавшемся районе Дингли. Получив одобрение британских военных властей, практически весь местный клир и монашество были привлечены к оказанию помощи гражданским лицам, многие из которых из-за бомбардировок лишились жилищ, имущества и вообще каких-либо средств к существованию. Служащие-волонтеры районных отделений Регистрационной службы отправляли беженцев после прохождения учета и получения необходимой медицинской помощи в семьи, располагавшие свободной жилой площадью, либо в школы, музеи и клубы, превращенные в центры нахождения перемещенных лиц[113].

Сразу же после начала бомбардировок губернатор Добби вместе с членами мальтийского правительства и находившимися в их распоряжении чиновниками предприняли немедленные шаги для усиления защиты архипелага от воздушных нападений. Так, 12 июня была утверждена официальная форма ежедневных бюллетеней, которые составлялись Информационным бюро канцелярии губернатора и затем, конечно, с необходимыми цензурными купюрами публиковались в печати